Невыносимый Дар (СИ)

— А вы уже друзья? — фыркаю я, не собираясь признаваться, что от души немного отлегло. Дар уехал, но не перестал за меня волноваться. Это подкупает.
— Друзья. Не друзья… какая разница. В отношении тебя у нас одинаковое мнение, тебя лучше не оставлять одну.
— Раз он так беспокоится обо мне, почему не остался и не подождал меня сам?
— Ну, мне кажется, этот вопрос тебе лучше задать ему. Не находишь? — спрашивает Волк, а я морщусь. Совершенно точно, я не буду задавать Дару этот вопрос. Я, вообще, не готова никакие вопросы ему задавать. Это он ушел, а не я. Вот пусть и приходит тоже он. Мне кажется, это справедливо.
— Не нахожу. Поехали, — огрызаюсь я и направляюсь к осе друга.
— Ты неправильно вела себя, Каро. Ты хоть это понимаешь? — говорит мне в спину Волк, и я резко притормаживаю, сжимая кулаки и впиваясь ногтями в руки, чтобы не сорваться.
— Как неправильно? Фрост бы его покалечил!
— Вот в этом ты и не права. — Волк вздыхает, словно пытается разговаривать с неразумным ребенком. — Дар сильнее, чем ты думаешь. Ему не нужна твоя защита. Неужели, ты просто не можешь поверить в него?
— Я не хочу им рисковать.
— Ну, я и говорю, что ты ведешь себя неправильно. — Волк качает головой, но больше не спорит. Я тоже не спорю, но на душе паршиво. Ну почему я не должна была вмешиваться? Почему я не могу защитить того, кто мне важен?
Именно об этом я думаю всю дорогу. Примеряю на себя шкуру Дара и к моменту, когда оказываюсь на территории колледжа, почти признаю свою неправоту. Первый порыв идти к Дару и поговорить, но мы оба взрывные. Я еще не до конца осознала свою вину и злюсь, что он не ценит заботу. Он тоже, подозреваю, вряд ли остыл. Решаю, что нет ничего такого, что не может подождать до утра.
Немного параноит необходимость оставаться одной в комнате. Мне все еще страшно. Но я решаю, что нужно перестать бояться любого шороха. Уже на подходе вижу тонкую полоску света, и сердце начинает биться быстрее. Хотя это совершенно ненормальная реакция. Я все еще живу не одна.
Не ошибаюсь в своих подозрениях. В нашей комнате Энси.
— Ой! — испуганно подскакивает она, когда я захожу, и едва не роняет банку с чаем с верхней полки, но успевает поймать налету.
— Ты решила вернуться? — спрашиваю я осторожно. Понимаю, Энси может быть здесь, только если разругалась с парнем. Но девушка, потупившись, улыбается.
— Да нет, забежала за некоторыми вещами. Но вышла раньше, еще полчаса свободных. Чай? — Она демонстрирует мне банку, и я, кивнув, соглашаюсь. Почему бы и нет? Все лучше, чем сидеть одной в темноте.
 Мы болтаем пару часов, а потом Энси в один момент, получив сообщение, подрывается. Хватает сумку и поспешно прощается, даже не допив свой чай.
— Прости, Каро, но мне нужно спешить! Я была так рада тебя видеть! — тараторит она, надевая ботинки, а я смотрю на эту нервозную суетливость, и мне становится противно, хотя неправильно испытывать это чувство, если не к подруге, то к приятельнице точно. Но как же нужно себя не уважать, чтобы так зависеть от парня. Мне никогда подобного не понять.
Проводив Энси и закрыв за ней дверь, решаю лечь спать. Слишком длинный день, ссора с Даром, которая так и не была облечена в слова, общая накопившаяся усталость, заставляют меня вырубиться тот же миг. Радуюсь, что хотя бы заставила себя раздеться.
Сон липкий, тяжелый и какой-то неестественный. Я словно муха, упавшая в мед. Вроде бы пытаюсь проснуться, но не могу. Сон затягивает все глубже, лишая сил и возможности сопротивляться. Еще бы понять почему, но в голове вата. Борюсь со слипающимися глазами, но очень быстро забиваю. Ведь непонятно, почему мне нельзя сейчас засыпать. Ночь, я у себя в комнате в безопасности.
Просыпаюсь от крика и то того, что кто-то трясет меня за плечо. Подрываюсь резко и едва успеваю задержать руку, занесенную для удара. Вовремя замечаю у своей кровати заплаканную и, похоже, напуганную Энси.
— Я… я… — всхлипывает она. — Я думала, что ты умерла! Каро! Я так испугалась! Я пришла… а ты… — захлебывается слезами подруга.
 
— Так! Объясни…
В комнате полумрак. Явно раннее утро, спросонья я соображаю плохо, поэтому не сразу улавливаю несоответствие. Сажусь на кровати и с удивлением таращусь на пышную юбку, прикрывающую колени.
— Что это за хрень? — Не сразу соображаю, что говорю это вслух.
— Тебе лучше посмотреть на себя в зеркало… — осторожно произносит Энси, а от ужаса в ее глазах, у меня леденеет где-то в районе солнечного сплетения.
Я подскакиваю, несусь к шкафу с зеркальными дверцами и с ужасом смотрю на себя, пока Энси рассказывает.
— Мы поругались с парнем… — печально вздыхает она. — Я каждый раз наступаю на те же грабли… но это неважно. Я психанула и уехала. На этот раз совсем. Захожу, а тут ты… — Она снова всхлипывает, а у меня дрожат руки и губы.
Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что близка к тому, чтобы просто уплыть в обморок. Мои гладкие черные волосы завиты крупными упругими локонами, собраны с висков и заколоты на затылке крупным кукольным бантом. Неестественный румянец на щеках, наклеенные длинные ресницы и, по-особому накрашенные алые губы, делающие кукольный образ еще более правдоподобным. Из одежды на мне платье, с пышной юбкой и кружевом. Очень знакомое платье, его словно заказывал в той же мастерской, в которой заказывал его Он.
Кто-то ночью сотворил со мной такое, а я, даже подозревая опасность, не смогла проснуться. Накрывает паника и отчаяние, и я чувствую, как, отступив, начинаю сползать по стене, закрыв голову руками. Меня сносит волной панической атаки.
— Каро! — зовет меня Энси откуда-то издалека. — Каро! Да что же такое!
Она мечется передо мной, а я даже на эту суету не могу отреагировать. Когда Энси это понимает, то, разрыдавшись, выскакивает из комнаты, оставив меня одну в прострации. А мне наплевать. Мне сейчас вообще на все наплевать, я словно не здесь.
  
Глава 15
 
Кто-то приходит. Ко мне обращаются по имени, но я среди лиц, слившихся в одно, среди голосов, которые что-то от меня требуют — вижу только его. Дар. Только он способен вытянуть меня из оцепенения и заставить дышать, двигаться, говорить.
Отступают обиды, становится неважно, кто и почему ушел, не попросил прощения. Мне нужен он. Здесь, сейчас и всегда.
— Каро!
Дар расталкивает кого-то из преподавателей и подхватывает меня на руки прямо с пола. Хочу сказать, что ему «нельзя», но молчу. Потому что сейчас я слабая, сильный он. Я покоряюсь этой силе. Обхватываю его за шею и с рыданиями утыкаюсь в воротник рубашки. Мне все равно, куда и зачем он меня несет. Лишь бы был рядом. С ним я чувствую себя живой, а не куклой.
— Все пошли отсюда! — рыкает парень, на набившихся в комнату людей. Энси своими воплями собрала кучу зевак. Как всегда.
— Молодой человек… что вы себе позволяете? — возмущается кто-то из преподавателей. Я даже не могу понять, кто. Перед глазами пелена слез. В голове туман. То ли, потому что не прошел эффект зелья или заклинания, которым на меня воздействовали. То ли, я значительно слабее, чем представляла себе.
— Вы видите, ей плохо!
— Так, может, врача? — суетливо предлагает Энси, пытаясь угодить. На ее лице застыло встревоженное выражение.
— Ее шэха и Лестрата. Больше никого не нужно, — коротко отрезает Дар.
— Некроманта? — в ужасе выдыхает девушка.
— Не мельтеши! Пожалуйста! Кит! — кричит Дар, и я понимаю, что второй близнец тоже здесь. А я его даже не заметила.
— Я тебя услышал, — отзывается он. Фокусирую взгляд и вижу только спину Кита, который уходит, чтобы выполнить поручение брата. Когда надо, между ними воцаряется удивительное взаимопонимание.
— Молодой человек, куда вы ее несете? — доносится сбоку, и Дар рвано отвечает:
— В душ! Чего непонятного? Ее пугает этот образ! Нужно смыть дурацкий грим.
Заполнившие мою комнату люди, что-то спрашивают, но Дар их не слушает. Запихивает меня ванную комнату и под возмущенные вопли преподавательского состава захлопывает дверь. Меня постепенно начинает отпускать, но я все равно напугана и растеряна.