Когда пророчества сбываются (СИ)

— Пожалуйста, помогите нам поскорее, пока совсем не прикончили враги!
Рыжая наклонилась ко мне и положила руку на голову. И от ее касания боль в голове сразу начала утихать, а тошнота отступила. И я еще больше запутался, стараясь понять, кто же она, целительница какая-то, что ли? Слишком уж ее внешность отличается от остальных здешних жителей. На лице не видно ни следов обветривания, ни морщин. Кремами какими-то мажется тетка, что ли? Да и теткой называть язык не поворачивается. Скорее, девушка среднего возраста. Лет тридцать пять, наверное. Но, сохранилась хорошо. Вот только взгляд странный, словно постоянно свысока смотрит. Впрочем, так и есть. Я же на снегу сижу и подняться не могу, потому что ноги не слушаются.
Между тем, вокруг продолжалось сражение и стоял жуткий запах горелого мяса, крови, пота и нечистот, вытекших из организмов перед смертью. Все те запахи, к которым я уже попривык на переднем крае боевых действий. Вот только мерзкой вони разлагающихся трупов, неубранных с поля боя в простреливаемых местах, пока не чувствовалось в морозном воздухе, да порохом и жженной резиной сгоревшей бронетехники не пахло, как у нас на передке. Война везде страшная, даже здесь в глухомани этой. А место, похоже, весьма отдаленное от центров цивилизации, судя по тому, что сюда даже никакого огнестрельного оружия не завезли. Что же до сказочных персонажей, так и они на пустом месте не возникают. Может, в начале девятнадцатого века где-то в отдаленных лесах России все-таки жили гномы и снежные люди, только в учебниках истории об этом почему-то написать забыли или специально не писали из каких-нибудь политических соображений, например, чтобы не разглашать факты геноцида против этих жителей леса?
Все защитники деревни уже по-видимому втянулись в ворота. И битва закипела прямо в их створе. Люди отступали, а толпу нападавших сдерживали шесть раненых медведей и один окровавленный тигр. Никогда прежде я не видел подобное, чтобы эти животные были натренированы на такой яростный бой. Они просто рвали противников зубами и когтями. Но, гномы и снежные люди все равно лезли и лезли вперед, мешая друг другу в узком пространстве между воротными створками и попадая под удары рассвирепевших хищников. Просто чудеса дрессировки!
Вдруг рыжая женщина отстранилась от меня, обернулась и резко выбросила вперед обе руки, а потом еще и крутанула ими в воздухе. И я увидел, как медведи и тигр отпрянули назад, а потом мощная вспышка, похожая на удар молнии, остановила первый ряд атакующих. И в этот момент обе тяжелые воротные створки, сколоченные из бревен, захлопнулись сами собой прямо перед носом у остолбеневших гномов, словно бы порыв ураганного ветра ударил в проем ворот. Причем, засовы из толстых досок сами собой встали на места в пазах.
«Да она какая-то колдунья, что ли?» — подумал я, когда вдруг почувствовал присутствие еще кого-то. И этот неизвестный явно пытался перехватить у меня управление телом.
— Это еще кто? — мысленно задал я вопрос.
И получил ответ:
— Это я, Петя, а ты кто такой?
— А я Олег. И я думал, что ты умер, — сказал я.
— А вот и не умер. Но, не знаю я никакого Олега, да и не понимаю, откуда ты мог взяться, — проговорил Петя. И голос его души, звучащий прямо внутри меня, казался растерянным.
— Ну, значит, познакомимся поближе. Нам же теперь вместе служить, то есть жить в одном теле придется. Так уж получилось. А почему, я тоже не знаю. Меня Олегом зовут, фамилия Парамонов, я офицер, лейтенант воздушно-десантных войск, — представился я уже подробнее.
— Так ты вроде сотника или даже воеводы, что ли? Но, что за войска такие? — удивился Петя.
— Потом обязательно расскажу, — сказал я. И попросил:
— А сейчас давай лучше на ноги попробуем подняться.
И совместными усилиями нам с Петей удалось встать. Так и пошли дальше. Вместе в одном теле.
Едва удалось подняться на ноги и сделать пару шагов, как тут же рыжая женщина снова обратила внимание, проговорив:
— Я рада, мальчик, что тебе уже лучше. Расскажи мне, как ты сумел сделать такое?
 
Она повела рукой, указав на несколько обгорелых трупов гномов и снежных людей, лежащих совсем рядом с нами.
Мы с Петей ответили хором и совершенно честно, пожав плечами:
— Даже не знаю, как получилось.
— Но, ведь получилось же! Ты испепелил их белым огнем. Я сама видела, — сказала рыжая женщина.
Вот оно что! Петя еще и бесконтактным способом умеет врагов поджаривать! Или, все-таки, это я сам? Понять ничего толком не успел, потому что тут внезапно среди нас двоих внутри паренька появился некто третий, который сразу же попытался отодвинуть нас в сторону от управления телом. Дошло даже до ментальной драки, когда мы с Петей пытались бороться с ним волевыми усилиями. Посторонний был силен, но вдвоем мы все-таки кое-как сдерживали его, не давая перехватить контроль за нашим общим телом. Снаружи, наверное, все выглядело, словно падучая. Физиономию Пети перекосило гримасой, он упал на снег и весь задергался в конвульсиях.
— Ты еще кто такой? Убирайся отсюда! Нас и так уже двое в одном сознании! И мы тут раньше оказались! — возмущенно кричали мы с Петей еще одному попаданцу.
Наконец, он прекратил действовать против нас насильственно, поняв, что кроме вреда телу ничего хорошего из этого не выйдет.
— Дураки! Это я сделал так, что три души оказались в одном месте. Но, видит Создатель, я не хотел этого. Просто пробой магнитукса создал воронку в конвергектуме, куда случайно затянуло лишнюю сущность. И теперь нам нужно научиться действовать сообща. Иначе это тело перестанет слушаться, заболеет и умрет.
— Так ты что, маг какой-нибудь, что ли? — выпалил я.
Он ответил совершенно серьезно:
— Я волшебник Даркумтан Светлый.
— И зачем ты так сделал? — спросил Петя.
— Выбора у меня не осталось. Спасался от гибели, — признался он.
— И что теперь? — задал вопрос я.
— Теперь предстоит как-то уживаться втроем, — подтвердил волшебник.
— Да уж, три в одном флаконе, как в дурной рекламе. Ну, раз такое дело, то будем считать, что служим вместе, наподобие экипажа в танке, — проговорил я.
— Так даже интересней и веселей, чем одному все время быть внутри себя самого, — заметил Петя.
— Надо только нам научиться мирно сосуществовать, а не драться за управление телом, раз так уж получилось, — предложил Даркумтан.
— Научимся, куда же мы денемся с подводной лодки, — сказал я.
После чего Петя и волшебник потребовали, чтобы я про такую загадочную лодку немедленно им рассказал. Ну, я поделился информацией, вспомнив историю возникновения и развития подводного флота от примитивных субмарин до атомных, а Петя и Даркумтан не переставали удивляться. Потом волшебник долго рассказывал о своем мире, похожем на Средиземье с его вечной войной света и тьмы, населенное хоббитами, гномами, троллями, гоблинами, эльфами и прочими подобными тварями, да еще и людьми в придачу. Все это время, пока мы мирились друг с другом и рассказывали интересные истории, делясь знаниями, снаружи наш Петя Илларионов выглядел плоховато, снова впав в бессознательное состояние после припадка.
Когда Петя очнулся, вокруг звучали команды, которые выкрикивали какие-то старики с бородами:
— Всем подняться на частокол! Сдерживать неприятеля! Пусть младшие дети подносят стрелы!
— Пришел в себя, родненький! Слава Господу! — проговорила Петина мама, которая находилась рядом.
Рядом кроме матери и рыжей особы столпились и какие-то дети. Но, благодаря тому, что мы с Петей учились обмениваться воспоминаниями, я уже знал, что это его младшие братья Глеб и Иван. Оказывается, они уже хотели унести брата на руках в дом, но тут Петя вскочил на ноги и, к удивлению всех их, полез на дозорную площадку наверху частокола.
— Сынок, куда же ты? Только что в падучей бился. Вдруг снова упадешь? — запричитала Петина мамаша.
— Ничего, мама. Сейчас мы покажем всем этим гадам! — прокричал я, взяв управление телом на себя. Волшебник в это время даже не взбрыкивал, сообщив, что чувствует силу, он сосредоточенно готовил какое-то мощное заклинание. А сущность самого Пети, кажется, уже вполне смирилась с тем, что командовать буду я. Ну, я и раскомандовался, едва поднявшись на частокол, закричал командирским голосом: