Любовь по переписке (СИ)
– Я понимаю, что тебе тяжело, – не оправдал моих надежд парень, начиная неприятную тему, – что тебе не нравятся оборотни, но ты здесь, в самом сильном клане оборотней, поэтому должна вести себя уважительно.
Началось… Такое ощущение сложилось, что парень уверен – я без мозгов. Вот с чего такие выводы? С того, что в обиду себя не даю? Вероятно. Привыкли, что все бегают перед ними на задних лапках, танцуя и поскуливая с их разрешения.
Обернулась и с ядовитой любезностью поинтересовалась:
– А твои родители вели себя достойно? Разве это я начала? И почему я должна терпеть наглые нападки в свой адрес? Зачем дали добро быть здесь, если никто не желал этого? И вообще… не думала, что альфа и его жена столь… – задумалась, не зная, как корректнее выразиться, – злобны и высокомерны.
Комментария на мое возмущение не прозвучало. С чего бы это? Думает?
Украдкой посмотрела на парня, продолжающего сканировать дорогу. Никаких эмоций на лице. Интересно. Иногда он удивлял.
– Евгения никогда не отличалась добротой и лаской. Жестокая женщина. Но именно это нравится моему отцу. В этом их сила. Они привыкли так жить, не замечая детей, наплевав на чувства других. В остальных прайдах иначе, но мы сильнейшие. А ты человек, поэтому тебе нужно немного подождать, а потом ты вернешься назад.
Слушала его и вдруг возникла мысль, что Александр о дальних родственниках рассказывает, которые должны большую сумму денег и забыли про это, а не о своих родителях. Примерно так, как я об отце. Никак. Удивительно. А ведь у него еще сестра есть.
– Жестокие вы, – выдала свое мнение. – И что… разве плохо жить в семье, где тебя любят?
Парень мгновенно бросил взгляд в мою сторону, хищно прищурился и грубо сказал:
– Не твое дело! Я не заметил, что у тебя в семье все хорошо.
– А у меня как таковой не было семьи. Бабушка, пока малая была. И я всегда одна. Но у нас это не считается нормой. У других все иначе. Любовь, ссоры, обиды, и вновь счастье. А у вас… жесткая политика – подчинение. Разве это нормально?
– Мы оборотни. Сильнейшие. Если проявлять слабость, то найдутся те, кто сильнее. Вызов неминуем. Так зачем глупый риск?
– Надо же какие снобы, – буркнула про себя, но парень услышал и повернулся, но я не сильно желала оправдываться. Какие уж есть, обратно не вернешь. Провела рукой по шее и медленно протянула: – Пусть я воспитана не в счастливой дружной семье с папой и мамой, но знаю, что такое быть нужной и любимой. Бабушка у меня замечательная. И не забывай, что можно быть сильным с любовью…. в своей семье, без унижений и оскорблений, показывать уважение, чувствовать страсть и испытывать настоящие чувства. И с другими вести себя уважительно.
– Ника…
Я молниеносно подняла руку, предупреждая, что не нужно начинать, но, отмечая убежденность в его глазах, все же озвучила:
– Больше не хочу слышать. Я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы после свадьбы сразу же уехать отсюда, чтобы не видеть ваши «доброжелательные» мордочки. Да, буду рада, если поможешь.
Дальше мы ехали в полнейшей тишине. Парень ничего не говорил, но от него так и несло раздражением. Ничего, ему полезно. Сорок минут превратились в двухчасовую пытку. Когда мы приехали в гостиницу, я уже кипела от злости. Стоило только остановиться, как рванула из джипа и пошла вперед, но в следующее мгновение меня дернули за руку.
Почти влетела в злого оборотня и моментально выставила руки, с недовольством шипя:
– Перестань меня лапать.
– Я еще тебя не лапал, – напомнил он, сильнее прижимая к своей груди.
Рот открылся, но не ответила, замечая в стороне брюнетку, щелкающую зубками в мой адрес. Еще одна воздыхательница пожаловала. Если честно – уже бесили эти мартышки. Ладно, если бы я бегала за Амуровым, как хвостик, высунув язык, ублажая каждое желание парня, но я ведь не знаю, как это делается. Сдался он мне. Пусть себе бегает на здоровье и желательно подальше от меня. Мне проблем с Алексом достаточно. Кстати, нужно прочитать, что он там мне написал. Вернула внимание на парня и прошипела:
– Александр, мне не нужны проблемы. Отцепись от меня. Вот там… выдры твои любуются, мечтая мной перекусить. Кстати, я невкусная.
Он даже не повернулся, продолжая сканировать меня. Стало не по себе. Еще бы – так пялился! Когда он медленно отпустил, обрадовалась, но зря, так как в следующую секунду Александр ухватил меня за руку и повел вперед.
– Соглашусь, особенно запах полыни… желание отбивает.
Напряглась, моментально вспоминая, положила я отвар или нет. Вроде Вера говорила, что да.
– Вот и славно.
– Вещи вечером привезу, – заявил он, мгновенно прижимая к себе, когда на нас двинулась группа молодых оборотней, не реагируя на мои порывы оттолкнуть его. Откормился же.
– Да можешь не стараться, свадьба послезавтра, – выдохнула, застыв на месте, уже не дергаясь, раз бесполезно. Почесала нос и с надеждой воскликнула: – Главное, чтобы в гостинице халаты выдавали. Два дня в нем похожу, а точнее – посплю.
– Я распоряжусь, чтобы тебе его не выдали, – спокойно сказал он, начиная движение, нагло сцепив свои ручищи на моей талии. Обнаглел.
– Если сейчас… – только начала и пришлось закончить – мы подошли к стойке.
Администратор, мужчина в бордовом костюме с усиками, вежливо поздоровался, чуть больше положенного задержав взгляд на моем платье и лице, на секунду скривившись, и спросил, что нас интересует.
– Климова Вероника, – сухо проговорила, считая, что это будет волшебным словом. Стопроцентно – просто так в эту гостиницу не записывают абы кого.
– Да, конечно, – заявил администратор деловым тоном без единой эмоции на лице. На секунду подумала о том, что он и в жизни такой же практичный и дотошный. Его вид угнетал, подавая информацию в мозг – держаться подальше и обходить стороной. Прилизанный, ухоженный, принципиальный… однозначно – дамы нет. Какая ему женщина, когда он себя любит больше всего на свете. Выдавив на лице понимание и презрение, администратор с ленцой протянул: – Второй этаж… крыло 2Г.
– Нет, пятый с бассейном. Только «люкс», – грубо выдал Александр, убивая взглядом наглого администратора, подавляя своей силой. Кстати, почему я ее чувствую? Перепила и стала чувствительна?
– Э-э-э-э… – замычал мужчина, уважительно склонив голову, – Евгения Александровна дала четкие указания…
– Ключ дайте, а я позже подойду, и мы решим вопрос.
Решат они. Всего несколько часов здесь, а все раздражало. У оборотней в этом «славном» городе особенно был развит инстинкт превосходства и желания поставить на место всяких «людишек». Только хотела открыть рот, что оплачу, но дикий защитник уже схватил электронный ключ и потащил меня к лифту. Иначе не назовешь. Еще бы на плечо закинул. Варвар. Стоило только оказаться в просторной кабине лифта, как Александр с рычанием начал:
– Еще раз решишься заикнуться при мне об оплате и тебе не понравятся последствия.
– А тебе отдача, – рявкнула ему в тон, удивляясь его самомнению. Еще бы мне не угрожали. Проклятье. Я хочу домой. А еще лучше к бабушке. Может, правда, серьезно подумать об этом?
– Отлично, я переживу, а ты нет, – заявил он, оборачиваясь, с какой-то пугающей жаждой прожигая меня. Может, все же оборотни каннибалы? Что он вечно так смотрит на меня?!
Что он там сказал?
Очень даже заинтересовалась, а затем уже возмутилась. Что он может сделать мне столь интересного, чего я не переживу? Но, отмечая суровые глаза, поняла, что больше Александр ничего не скажет мне по этому поводу.
– Слушай, а что за крыло 2Г? – не удержалась я от вопроса, желая узнать, куда меня хотела запихнуть его мамаша. Зная ее, могла предположить, что на втором этаже у них комнаты с пытками для особых гостей. Так, фантазирую и надеюсь, что это не так.
– Тебе бы не понравилось.
– Ну что ты… я же скромная, – не унималась, желая услышать ответ.
Прозвучал звук, оповещающий о том, что мы на пятом этаже. Я быстро вышла, желая пойти направо, но меня потянули налево, отчего пришлось буквально влететь в Александра при таком жестком рывке. Я смотрю ему нравится меня дергать, вечно дикие повадки демонстрирует.