Любовь по переписке (СИ)

– Давай я тебя попарю? А потом вместе пойдем в джакузи.
– Да нет, я и так… – начала выворачиваться, беспокоясь о том, чтобы быстро отсюда уйти и при этом не привлечь внимания.
– Ложись! – грозно приказала Вирина, и я послушалась, чувствуя, что Вера взяла позицию: «НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ И ВСЕ КАК ОБЫЧНО».
Это хорошо, если бы Назаров и его друг не пялились на подругу. Я до сих пор точно не знала, кто из них кто, но вот чувствовала, что недовольный темноволосый парень. Кстати, а почему он тогда белый волк, а не черный?! Потом спрошу, а пока вот была уверена, что это ОН. Но с другой стороны – еще был и блондин, который мне подмигнул. Бабник! У оборотней еще и бабники есть… Даже не верится.
Глазки прищурила, мордочку тяпкой и… ничего ко мне лезть! Тигра хватает. И не стоит забывать, что у меня есть Алекс.
Странно, но угрызений совести я не испытывала за ночь в клубе. Вот именно сейчас неудобно стало. Совесть проснулась.
Пусть дальше спит! Один раз и никто не видел.
Тем временем Вера налила в таз кипятка и кинула в него веник. Отлично! Еще немного и меня попарит. С нетерпением ждала.
Стеклянная дверь отворилась, и в сауну вошли две девушки. Стройные, фигуристые, так и видно, что сами в восторге от своей внешности. Одна красавица пока дошла до деревянной скамейки три раза поправила трусики, которых не было, нитки не в счет, и бикини. Вторая выпячивала грудь и без перерыва смотрела на нее.
«А почему бы нет?! Вдруг отстегнется и убежит!»
Знала их. Оборотни. Лиса и волчица. Две фифы из группы Веры. Она часто рассказывала про них, злясь на их острый язык.
У нее тоже не подарок, если постоянно донимать. Только Вирина могла очень долго терпеть в отличие от меня.
Девушки с презрением посмотрели на Веру, совсем меня не замечая (еще бы – принцессы оборотней), и присев рядом с парнями, начали о чем-то переговариваться, а потом Анита, лисица, вдруг сказала:
– Ой, забыла сказать. У нас же сегодня было распределение на практику. Вера, тебя в какую стаю направили?
А прямо-таки слышала, как хрустнул веник. Все, не попарит меня и никого. Видно, достали подругу с этим вопросом. Вирина пожала плечами и произнесла:
– Преподаватель рассматривает мою заявку.
– Ой, а мне так повезло, я направляюсь в стаю белых волков, – совсем не слушая Веру, пропищала тонким голосочком волчица, все ближе двигаясь к темноволосому парню. Потом она нежно улыбнулась, сделала смущенное лицо и, повернувшись к напряженному парню, с недовольством размышляющем о своем, и иногда кидая на Веру задумчивый взгляд, спросила:
– Ой, Вадим… я ведь к вам… в ресторан. Так что буду рада, если зайдешь и попробуешь.
Угадала! Темноволосый – это и есть Назаров Вадим – белый волк.
– Вер, а мне кажется, я видела тебя в списке, – вдруг воскликнула волчица, вытягивая лицо, будто задумываясь. – Постой-постой… ах да… та кафешка в конце города… Там еще весь сброд питается. Верусичка, ой, надо же, как тебе не повезло. А ведь…
Нужно было видеть, с каким гневом начала полоскать подруга веник в тазу. Это хорошо хоть не по моей спине… Только хотела по-тихому сбежать, как она вытащила его из горячей воды и обернувшись к компании, выдала:
– Кто бы не ходил, тот будет рад той еде, что я приготовлю. А вот с твоей готовкой… боюсь… как бы в мою невзрачную кафешку не кинулись.
Волчица зашипела, поднялась и с искренним возмущением посмотрела на Назарова, намекая, что нужно защитить ее и поставить на место неполноценную самку, но парень только скривился, но ничего не сказал, продолжая думать о своем. Красавчик же нагло улыбался, тоже поглядывая на подругу. От обиды волчица громко хмыкнула и убежала, громко хлопнув дверью, а за ней и лисица.
Ну а моя подруга, наконец, подошла ко мне и начала аккуратно бить им по спине. Что удивляло, на ее лице было совершенно беззаботное состояние, будто ничего не случилось. И если бы я не знала ее пять лет, то, конечно, поверила. Но нет… Вера переживала, мечтая поскорее отсюда свалить, но не могла, чтобы не показать Назарову и всем, что боится.
 
Считала минуты, когда все закончится, как вдруг дверь открылась, и вошел Амуров, что я почувствовала по запаху его туалетной воды. Такое ощущение, что весь флакон вылил на себя.
«Невероятно! Сегодня просто ужасный день!»
Как хорошо, что в сауне пар, приглушенный свет и ничего толком не видно! И да, еще подруга веником отменно поддавала, отрываясь по полной программе. Как бы не отбила ничего от усердия…
– Могу предложить свою помощь… – нагло заявил Александр где-то рядом, отчего на мгновение перестала дышать. Появилась только одна мысль – нужно быстрее уходить, пока этот оборотень лишнего не увидел. А то кто его знает, начнет потешаться или еще чего.
Я моментально поднялась, наплевав, как это будет смотреться со стороны. Пусть считается хоть бегством – безразлично, главное, чтобы подальше от него. Посмотрела на подругу и, будто не слыша, не замечая, полностью игнорируя Амурова, громко предложила:
– Пойдем домой? Невероятно проголодалась.
Она кивнула и, швырнув веник в специальную деревянную бадью, первая поторопилась из сауны, а я за ней. Прошли ВИП-зал и тут подруга пробубнила:
– Думала, сожрут взглядами. Вот попали! Нужно быть настороже.
– Да уж… не повезло тебе.
– А я о нас, дорогая. К сведению, Амуров странно реагирует на тебя… как на свою самку. Не пугает? Может, это он был в клубе?
Продолжала идти, удивляясь, что не упала после ее странных предположений. Как скажет – можно и помереть от сердечного приступа.
– Нет, не он. Уж слишком тот спокоен был, а этот вообще дикарь неотесанный. Парнокопытное.
– А я считала, что ты хорошо знаешь, что тигры относятся… – заумно начала подруга, а я перебила:
– Знаю, но Амуров… ОЛЕНЬ! И реагирует он не как на самку, а как на особу, с которой желает пободаться. Эта сволочь целый год мне портила жизнь, потешаясь при всех.
– Это да… Ладно, пошли в магазин и домой. Забудем обо всех неприятностях, приготовим невероятно вкусный ужин и все съедим.
«Ага… и перед этим дверь закроем, чтобы половина нашего этажа не прибежала на халяву».
– И что насчет похудения? Может, не стоит готовить в ночь? – предложила, не желая губить мечты подруги, когда она задала себе новую цель. Вкусно поесть для меня – это волшебно, но я хотела Вириной самого лучшего. А значит – обойдусь.
– Какое похудение? Я в норме и этот волчара уже видел меня, поэтому будет странно, если начну потеть и уменьшать формы. Мне нормально. Кстати, я тебе не говорила, Сергей из моей группы предложил встретиться и посидеть в кафе, – поделилась она радостной новостью, но вот на лице счастья я не заметила.
– Какой молодец! – воскликнула, решив напомнить, что вроде как радоваться нужно.
– Не знаю… он предложил встретиться в моем кафе, аргументируя, что хочет попробовать, как я готовлю.
– Хитрый лис! Обойдется! Не ходи. Пусть платит за ужин в твою смену, а потом свое мнение скажет.
– И я так подумала. Отдыхать вместе – это когда отдыхают ВМЕСТЕ, а не один вкалывает и старается, а второй за его счет ест.
– Тогда в магазин, а потом готовить?
– Да, – радостно поддержала она.
Тут вспомнила о том, что ей через неделю уезжать и прошептала:
– Слушай, у тебя практика будет…
– Да, теперь моя очередь, – с грустной улыбкой проговорила Вирина, намекая, что я уже отмучилась. Только вот на каникулах я поеду в неизвестную стаю на свадьбу матери. Ужас. Даже страшно было думать о будущем торжестве.
– И что, такое поганое кафе? – сразу в лоб спросила, не желая ходить вокруг да около.
 
Подруга хмыкнула и прошептала:
– Представь… самое худшее из всех. И кому? Мне! Выпускнице, которая лучше всех готовит. Но, как ни печально, в мире оборотней… я вроде урода. И мне можно самое худшее. Из всех кафе, ресторанов в городе оборотней на мою кандидатуру согласилось лишь одно, притом без предоставления места жительства. И я не могу пройти практику в ваших ресторанах – запрещено. Я представитель оборотней и практика у них. Даже не выразить, как мне обидно. И все перевертыши в нашей группе поспешили поделиться впечатлениями о том, где я буду работать. Столько презрения… Это в универе. А что будет, когда я приеду в Санкт-Петербург, где только сильные оборотни?