Большие планы маэстрины (СИ)

А я девочка, у меня лапки.
Вот со студентами движуху устроить — это я с удовольствием. Мне адски не хватает социальной активности помимо преподавания. Поначалу было безумно тяжело, пока я втягивалась. А сейчас уже разобралась, что и как знаю, процесс преподавания наладила, общий язык с «усачами» нашла. С малышкой Софи тоже пообвыклась и не прихожу в ужас, когда ее надо взять на руки или поменять подгузники.
И теперь я готова к новым подвигам и веселью. Вот насчет КВН, кстати, отличная идея меня осенила. А что? Это всегда весело. У меня в институте тоже была команда. И я с удовольствием приходила на их вечера. У самой таланта нет, увы, ни скетчи писать, ни сценки придумывать, ни выступать.
Как же я забыла-то об этом?
— Маэстрина, а вы справитесь? — спросила меня магистр Хавьер, когда я снова присела за стол и отпила компота. — Такая нагрузка… Ребенок, преподавание, факультативы, а теперь еще и новая должность. Как вы собираетесь все совмещать?
— Пока не знаю, но что-нибудь обязательно придумаю. А вы не хотите поучаствовать, коллеги? Идеи? Предложения? Может, у вас есть увлечение, которое покажется интересным ребятам, и они с радостью подхватят?
— Знаете, Мари, — задумчиво обронила магистр, — я так давно ничего не делала просто для удовольствия… Работа, чтение, прогулки в город. А ведь когда-то я очень любила рисовать. Почему я забыла об этом? Надо бы заказать мольберт и краски.
 [1] Фо́рсить (от англ. to force — «принуждать, проталкивать») — сленговое слово, означающее быстрое и активное продвижение какой-либо новой идеи, товара, процесса.
  
Глава 6
 
Утром меня ожидал приказ ректора о назначении на должность его заместителя по культурной работе. Слово «массовая» он опустил. Должностную инструкцию мне надлежало составить самой, озвучить, что именно я планирую и могу делать. И, разумеется, это не должно идти в ущерб моей основной деятельности — преподавательской.
Хотя если взять предыдущего препода по алхимии, то она вообще балду гоняла. Сколько мы со студентами сил потратили, чтобы наверстать упущенное.
— Маэстрина, какое помещение вам выделить? — спросил Гресс на нашем первом совещании. — Бальный зал? Тронный?
— Ну что вы! — ужаснулась я. — Нам пока нужен всего лишь штаб, какая-то из редко используемых небольших аудиторий вполне подойдет.
— Штаб… — с улыбкой повторил ректор, смакуя слово. — Хорошо, я подпишу распоряжение, чтобы вам помогли найти нужное помещение. Ну и табличку тогда уж на дверь просите сразу сделать. Не знаю, назовите что-то вроде «Культурный штаб» или уж точнее, «Штаб маэстрины», или уж совсем точно, учитывая, что он у нас единственный на весь университет, — просто «Штаб». С большой буквы.
— Ладно, — хихикнула я. — Нам, возможно, понадобятся еще приходящие преподаватели. Давать мастер-классы, к примеру. И оборудование. Мольберты, холсты, шахматные доски, музыкальные инструменты и так далее. Смотря, на что наберется самое большое количество желающих. Разумеется, это все будет собственностью университета. А самые удачные картины или поделки можно продавать на ярмарке или устраивать благотворительные аукционы.
У Гресса стало такое… интересное лицо, будто он очень хочет сказать что-то, но слов не находит.
— Мари, кем вы были в прошлой жизни? — спросил он вдруг.
Я сбилась, оглянулась, чтобы убедиться, что дверь в кабинет открыта и мы на виду. Магистр придерживался этого правила со всеми коллегами женского пола: никаких бесед за закрытой дверью, только так, чтобы быть у всех на глазах. Полагаю, в мире аристократов с их традициями и условностями он опасался, что ему предъявят что-то типа опозоренной чести и попранной репутации, а следом требование жениться немедленно. Но при конфиденциальных разговорах Артур всегда ставил звукопоглощающий щит.
Вот и сейчас, дверь нараспашку, в приемной ходит и поливает цветы секретарь ректора, а мы с ним сидим, беседуем. Он за своим столом, я в кресле напротив, и на моих руках Софи.
 
— Да кем я только не была, — ответила я, решив немного приоткрыться. — Ничего особенного или выдающегося, звезд с неба не хватала, миллионером не стала. Так, обычная среднестатистическая горожанка. Просто у нас совсем другая жизнь, магистр. Как в поговорке — «Волка ноги кормят». Я много училась, много работала, много путешествовала по миру. Но я никогда не преподавала школьникам и студентам, если что. Вебинары вела иногда на своей страничке, всякой полезнятиной делилась. Несколько лет подряд уезжала на полгода к океану, работала оттуда удаленно по сети. Блог развивала. У меня была большая аудитория, и я рекламу брала. С нее хороший доход. Это в социальных сетях, общение такое… Сложно объяснить в двух словах. Работала, когда на кого-то, когда на себя. Всякие варианты пробовала еще со школы. У меня сложный характер, магистр. Очень много энергии, мне не хватает активности, если застой в делах или в социальной жизни. При этом я обычно вгрызаюсь в тему, изучаю ее максимально возможно глубоко. Поглощаю информацию, пока из ушей лезть не начинает. Менеджером была, секретарем, яхты продавала богатеям недолго, в пиаркомпании работала и в рекламе, по юности волонтером на подхвате бывала. Не везде приживалась, если скучно или мало денег, уходила. Последнее очное место работы, где я по контракту подрабатывала, помимо своего блога, я покинула как раз накануне… вот этого всего. Мы с коллегами выпили в баре, попрощались, договорились созваниваться и списываться. Я приехала домой, легла спать, а проснулась уже в Одимене.
— Маша, вы же…
— Мари, — мягко поправила я. — Давайте будем придерживаться легенды.
— Мари… Я не понимаю и половины того, что вы рассказали. Незнакомые термины, а что за ними — неясно. А еще… Наверное, я завидую. То, что вы рассказали, звучит вдохновляюще и удивительно.
— Да не сказала бы. Обычная жизнь. Просто она у нас иначе строится. Больше возможностей для коммуникации и перемещения по миру, благодаря технологиям. Можно вечером внезапно купить горящий билет на самолет, а утром бросить сумку в отеле, забронированном онлайн, и отправиться бродить по пляжу у моря в другой стране. Были бы деньги и время. И у нас огромные потоки информации. Колоссальные. Отовсюду. Телевизор, радио, соцсети, новостные каналы, подкасты, газеты, фильмы, книги, разговоры по телефону и очно. Мы привыкли к этому. Мое утро начиналось с того, что успевала еще до завтрака и во время него… — Я глянула на прифигевшего собеседника и сбилась с речи. — Много чего успевала. К тому же обучена скорочтению и слепой печати. В старших классах школы мама меня уговорила походить на курсы, за что я ей безумно благодарна. Это невероятно облегчает процесс работы и обучения. Да и просто чтения для развлечения.
— Еще и скорочтение… — с кислым лицом прокомментировал Артур. — Научите? И этим вашим мнемотехникам? И меня, и студентов, и преподавателей.
— Да мне не жалко, но как я все это объясню? И потом… Я, вообще-то, преподаватель алхимии и зельеварения. А теперь еще и ваш заместитель по культурной работе. Зачем это, к слову?
— Чтобы иметь возможность платить вам за дополнительную нагрузку. И чтобы мы могли больше общаться, — улыбнулся он. — А научить… Давайте в рамках вашего клуба сделаем группу для желающих овладеть этими навыками. Пару часов в неделю. Или как вы пожелаете. Полчаса, но трижды… Вы сами можете это регулировать.
Я кивнула. Так попробуем. Процесс небыстрый, но можно постараться как-то успеть. И начать стоит с пятикурсников. Им скоро выпускаться, для них будет утеряна возможность научиться чему-то полезному у меня, как только они получат диплом и покинут Усач.
Процесс пошел. Язык мой — враг мой, я в курсе. А еще всегда отдувается тот, кто предложил. Это мне тоже хорошо известно. Но мне действительно хотелось как-то расшевелить этот тихий мирок. Магия — это прекрасно. Но все дело в том, что маги считают ее чем-то обыденным. Как зрение, слух или осязание. Они учатся ею управлять с таким же спокойствием, как я училась кататься на велосипеде, есть ложкой или чертить фигуры на математике и черчении. Я имею в виду эмоциональную окраску, а не сложность обучения.