Большие планы маэстрины (СИ)
У отца такой же хищный профиль, острые скулы, темные густые брови, как и у сына. Но волосы скорее каштановые, а глаза светло-карие. Чисто визуально лет пятьдесят. Но, как я уже знаю, верить глазам тут не стоит.
— А вы, значит, та самая Мариэлла, — неприязненно поинтересовалась пришедшая в себя мадам Кармилла.
Кажется, по моему спокойному виду она уверилась, что я ничего не слышала. Она прошла и села напротив меня за стол, повернувшись так, чтобы хорошо видеть.
— Вам виднее, мадам Гресс, — отозвалась я и перехватила руку Софи, потому что она попыталась залезть коту в ухо.
— Что именно?
— Та ли я самая Мариэлла или не та. Про меня много говорят, я привыкла.
— И что же, вас совсем это не смущает?! — вскинулась она.
— А должно?
— Но как же? Что люди подумают?!
— Мадам, мне глубоко безразлично, что обо мне подумают некие абстрактные люди. Я о них не думаю вообще. Мне некогда.
Месье Гресс ухмыльнулся уголком рта и глянул на меня с интересом.
— И что же, — поджала губы куриной жопкой матушка Артура, — вы собираетесь и дальше так же… продолжать?
— Разумеется, — спокойно подтвердила я. — Я буду так же проводить огромное количество часов в неделю, читая лекции студентам, и обучать их премудростям алхимии. И точно так же продолжу развивать университетский досуговый клуб «Двадцать пять часов». Вы читали статьи о нем? Я планирую и дальше сотрудничать с журналистами и вновь вернусь к продвижению нашей пиар-кампании. Нам нужно еще приподнять рейтинг Усача. К тому же скоро выпуск, нужно многое организовать. Мы с месье ректором планируем модернизировать современные инструменты привлечения потенциальных спонсоров и работодателей. К тому же мы с разрешения его величества организовали, в некотором роде, корпоративный выездной лекторий. Обмен преподавателями обещает дать неплохой бонус и повысить коэффициент востребованности как выпускников Усача, так и академии Изнанки.
Глаза мадам Кармиллы слегка остекленели. Кажется, она не поняла и половины из моей речи. А вот ее супруг осознал намного больше. Либо просто умный дядя, либо Артур ему все же что-то рассказывал.
— Как интересно… — сухо и слегка презрительно кашлянула дама. — Маэстрина… Какое все же необычное обращение. Маэстрина Монкар, и что же, вы успеваете со всем этим справляться? А как же ваше материнство?
Она бросила чуть ли не брезгливый взгляд на Софи, увлеченно тискающую довольного и мурлыкающего Барона. Кота не смущало, что ему ковырялись в ухе и пытались обмуслякать вместо соски хвост.
— А что с ним, с материнством? — поймав в очередной раз рыжую пушистую конечность и не дав засунуть в рот, спросила я.
— Ну, вы же должны тратить на младенца уйму времени.
— Да, это так. Я трачу, — согласилась я. — Малышка Софи всегда и везде со мной. На лекциях, на лабораторных работах, на совещаниях, на практикумах. Везде и всегда.
— Но… так же невозможно? И это… недопустимо! — шокированно воскликнула Кармилла.
— Кто сказал? — мягко улыбнулась я ей.
— Но общество… Так не принято!
— И что? Есть какой-то закон, запрещающий женщине с ребенком работать, занимать социально активную роль в обществе, продвигаться по карьерной лестнице?
— Нет, естественно! Но не брать же при этом ребенка с собой везде?! А как же общественное мнение? Так не положено!
— Пустяки. Мне это не мешает.
— Что именно не мешает? — с любопытством спросил Пауль. — Ребенок? Или мнение?
— И то, и другое, — повела я плечом. — Софи чудесный спокойный ребенок. В университете ее все обожают. А мысли чужих людей мне неинтересны.
— Но так же нельзя! — всплеснула руками мадам.
— Можно, — ровно отозвалась я и улыбнулась.
Даже забавно, я впервые столкнулась с представительницей высшего света. Любопытно.
— А как же вы относитесь к тому, что про вас гуляют сплетни? — И снова куриная жопка, сложенная из губ. Надо бы ей намекнуть, что от этого морщинки появляются.
— Никак.
— Но…
Месье Пауль поднес ко рту кулак, чтобы скрыть улыбку. А вот Кармилла явно офигевала от меня и не могла собрать мысли в кучу.
— Нет, я все же вынуждена вам это сказать, милочка, — собралась она с духом.
— Мариэлла. Маэстрина. Мари. Маузель Монкар. Не «милочка», — не поведя и бровью, исправила я ее.
Мадам снова зависла с открытым ртом от моей наглости. Но взяла себя в руки. Я вообще удивлена ее реакциям. Сколько я читала про высшее общество, они все там с пеленок учатся держать лицо, выглядеть как рыбины мороженые, чтобы никто не догадался об их истинных чувствах. А тут такие страсти и эмоции.
— Хорошо, маэстрина Монкар, — нехотя исправилась она. — Я мать. И вы, будучи тоже матерью, должны меня понять. Мне не безразлично будущее моего ребенка. И да, мы с супругом подыскиваем ему выгодную партию. Приличную девушку из хорошей семьи, с кристально чистой репутацией и подобающим приданым. Это высший свет, мил… — наткнувшись взглядом на мою выразительно поднятую бровь, Кармилла тут же исправилась, — маузель. И в нем недопустимо жениться на… первой встречной… особе с запятнанным именем. Мы не знали, что Артур выбрал вас. Он явился с прекрасной новостью, что женится, забрал фамильные браслеты и уехал. Нам и в голову не могло прийти, что такой разумный мужчина, как он, мог совершить такой… такой… Это мезальянс! И он недопустим. И вы должны это знать.
Я внимательно ее выслушала, рассматривая во время эмоционального спича. А когда она договорила, спокойно ответила:
— Я вас понимаю. Кстати, вы знаете, что магистр Гресс очень похож на вас обоих? Просто удивительно гены складываются.
— Что? При чем тут?..
Я пересадила Софи на колени, прижала ее правой рукой к себе и встала. Надоело мне гадости в свой адрес слушать. Встав на ноги, свободной рукой расправила слегка замявшееся платье, прошла к мадам Гресс ближе и покрутилась в поиске часов. Обнаружила их на каминной полке и непритворно удивилась:
— Ох, а времени-то сколько уже! Похоже, магистра ректора я сегодня не дождусь. Жаль, нам нужно было обсудить несколько рабочих вопросов. Вы не передадите ему, что я отправляюсь к магистру Эррадо, чтобы уладить наши текущие планы и программу лекций? — обратилась я к месье Паулю, который наблюдал за мной с любопытством натуралиста, впервые увидевшего непонятное существо и желающего понять его повадки.
— Да, конечно, маэстрина Монкар, — кивнул он.
— Спасибо. — После чего я шагнула к матери Артура, протянула ей левую руку и попросила: — Вы не могли бы помочь расстегнуть? Очень неудобно одной рукой.
Она машинально потянулась, щелкнула замочком. Фамильный обручальный браслет рода Гресс распался на две половинки и остался в ее руках. А она вытаращилась на него, раскрыв рот.
— Благодарю вас, мадам Гресс, вы очень добры. Позаботьтесь о нем, пожалуйста. Хорошего вам дня, мадам, месье. Приятно было с вами познакомиться и побеседовать. — Вот теперь я сделала легкий книксен и пошла на выход.
— Эт-то не… Но я не… — заикаясь, выдавила из себя мама Артура.
— Кармилла-а-а… — почти простонал месье Пауль. — Что ты наделала?!
Конец второй книги