Месть сурка (СИ)

***
Волшебники могут жить долго, даже очень долго. Среднестатистический волшебник может прожить до ста и более лет. Сильные маги способны протянуть полтора столетия. Дамблдору сто девятнадцать лет, и он ведёт активный образ жизни. Историку магического мира Батильде Бэгшоу сто сорок семь лет, но старушка уже едва волочит ноги. Предыдущий директор Хогвартса Армандо Диппет прожил триста пятьдесят пять лет, и это в среде волшебников никого не удивляет, хотя такое долгожительство даже среди магов уникальное явление.
Пусть большая часть магов свято уверена в том, что Дункан — отошедший от злодейских делишек тёмный маг, но те же преподаватели Хогвартса точно знают, что он не волшебник. И если он будет жить долго, при этом оставаясь молодым, это наведёт их на мысли о том, что у него есть философский камень.
Можно менять внешность и личность. К этому Хоггарт готовился, создавая резервные секретные базы с запасами ценностей. Но этот вариант он рассматривал на крайний случай. С его шрамом не так уж просто спрятаться. Реально сменить внешность с помощью пластической хирургии, но шрам всё равно останется и может его выдать.
Он решил пойти по другому пути — раскрыть всем волшебникам секрет изготовления философского камня. Если секрет вечной молодости перестанет быть тайной — за философским камнем никто не будет столь активно охотиться, а его наличие у любого волшебника станет нормой.
Он не понимал, почему этого до сих пор не сделал Фламель. Ведь в создании философского камня нет ничего предосудительного. Конечно, процесс сложно назвать простым, но он не требует жертвоприношений, каннибализма или ещё чего-то столь же жуткого. По сути, это кристалл из соли, прошедшей через множество магических манипуляций. Немного философской соли добавляется в простенькое зелье — тем самым создаётся эликсир молодости.
У него имелось лишь одно объяснение — жадность мага, родом из средневековья.
В прошлом плюшкинство считалось нормой. Открыл новый рецепт зелья или изобрёл заклинание, и сам пользуешься — никому об этом не говоришь. Научился варить булат — держишь рецепт в строжайшем рецепте. К тому же в то время в среде алхимиков было модным хранить свои наработки в секрете и всячески изощряться с шифрованием записей.
Фламель — продукт своего времени. Он потратил десятилетия на разработку рецепта философского камня. Хотя по легенде ему кто-то помог. То ли подкинул рецепт недоделанного философского камня, то ли Николас на восточном базаре купил папирус с рецептом древнего иудейского мага и потратил много времени на его расшифровку.
Дункан сомневался, что великий алхимик не делится рецептом из-за каких-то глобальных мотивов, мол, все волшебники станут бессмертными, отчего жить станет хуже. Или маглы узнают о бессмертии, посадят всех волшебников на цепь и заставят клепать философские камни и варить эликсир молодости в промышленных масштабах. Хотя кто его знает? Может, он действительно опасался чего-то подобного.
Дункан же не боялся. Он считал, что если каждый маг будет владеть рецептом долгожительства, то интеграция с простыми людьми пройдёт куда проще. Все хотят жить долго. Есть редкие исключения, но их можно не брать в расчет. Как бы то ни было, волшебников намного меньше обычных людей. Следовательно, вечная молодость будет оставаться дефицитным товаром, который смогут позволить лишь богачи.
Деньги равно власть. То есть власть имущие будут кровно заинтересованы в безопасности волшебников, чтобы иметь стабильные поставки эликсира. Сами же волшебники получат возможность высокого стабильного дохода. Конечно, не исключены лентяи, которые даже с рецептом бессмертия и богатства палец о палец не ударят, но они сами себе Буратины.
Эликсир для поддержания молодости необходимо принимать всего раз в полгода. Для омоложения наверняка его придётся пить чаще и больше, но в целом одного философского камня хватает лет на сто использования одним человеком.
По легенде философский камень способен превращать свинец в золото. На самом деле это аллегория. Единственное его предназначение — создание эликсира молодости. А уже сам эликсир превратит любого в богача, если его не пить и не закатывать в банки, а продавать.
 
За двадцать лет Джессика ещё шесть раз приступала к великому деланию. В эти разы Дункан оказывал ей всевозможную посильную помощь в моментах, когда не требовалось использовать магию. Четыре камня он спрятал в заначках на чёрный день. Один отложен для семейного использования. Два других лежат про запас.
***
Милисента Булстроуд, полная некрасивая черноволосая и кареглазая волшебница, единственным достоинством которой является молодость, как обычно разбирала мешки с корреспонденцией.
Она считала, что ей сильно повезло попасть на работу секретарём к известному на весь мир герою и писателю, кавалеру Ордена Мерлина первой степени и семикратному обладателю ежегодного приза на лучшую улыбку — Гилдерою Локхарту. Высокая зарплата, хорошие условия труда, работодатель не домогается.
В Министерстве магии она бы за перекладывание бумажек получала раза в два-три меньше.
Она была счастлива, ведь из тридцати претенденток, все из которых были красивей, умней, талантливей и более одаренными в волшебстве, именно её выбрал мистер Локхарт. Ей было невдомёк, что Гилдерой крайне нетерпимо относится к тому, что кто-то перетягивает на себя внимание. Он уже обжёгся, нанимая симпатичных секретарш. Когда он находился в их обществе — они неизменно крали часть внимания от него к своей внешности. Поэтому он искал максимально непривлекательную сотрудницу. Но опустить планку до страшной старухи у него не поднялась рука.
Локхарту приходило очень много писем как от волшебников, так и от простых людей. В обязанности Милисенты входит сортировка корреспонденции и рассылка шаблонных писем с благодарностью от имени писателя. Из тысяч писем она отбирает важную корреспонденцию и передаёт её боссу. Вот и сейчас накопилась стопка бумаг, требующих личного внимания шефа.
Взяв готовую стопку, Милисента отправилась к кабинету босса. Вежливо постучав, она приоткрыла дверь.
— Сэр, разрешите?
— Да-да, Мили, что у тебя? — даже в одиночестве Локхарт оставался одетым, словно на балу, в идеально подогнанный по спортивной фигуре васильковый камзол. По въевшейся привычке он натянул роскошную улыбку.
— Письма и газеты, сэр.
— Есть что-то важное?
— Есть, сэр. Как обычно, я положила наиболее важные бумаги сверху.
Милисента мысленно вернулась к ящику своего стола, в котором лежала копия этих самых бумаг, которые она сделала для себя. Она даже подумывала уволиться и в тот же день сбежать с этими бумагами, но если всё будет так, как просит автор письма, то это бессмысленно.
— Как закончишь с сегодняшней корреспонденцией — можешь быть свободна.
Молча кивнув, секретарша унесла свои пышные телеса из кабинета шефа.
Гилдерой потянулся за верхним письмом с печатным текстом, но без подписи отправителя. К нему прилагалась толстая пачка бумаг наподобие книжной рукописи, подготовленной для издателя.
Уважаемый мистер Локхарт, я ваш большой поклонник. Долгие годы я пытался расшифровать главный труд волшебников за последнее тысячелетие «Мутус Либер». Вам, как столь великому волшебнику, наверняка известно, что «Мутус Либер» — книга с зашифрованным рецептом философского камня.
Гилдерой этого не знал, но он в этом никому не признается, даже самому себе.
Мне слава ни к чему. Я скромный волшебник. Но я ваш большой поклонник. Мне доставит радость, если ваша слава станет ещё больше. Поэтому я передаю вам рукопись с расшифровкой рецепта философского камня и Эликсира молодости.
 
Прошу вас, мистер Локхарт, издайте эту книгу среди волшебников от своего имени. Уверен, после этого ваша слава среди магов взлетит на недосягаемую высоту.
P.S.: На всякий случай я подготовил рукопись на разных языках: английский, французский, русский, испанский и японский.