Месть сурка (СИ)

— Это действительно не твоё дело, — недовольно нахмурился Дункан. — Моя жена обладала отменным здоровьем. Нас разлучило убийство, совершённое могущественным волшебником. Большего тебе знать не стоит.
Джессика кусала губы, провожая спину удаляющегося парня. Её извечное любопытство привело к неприятной ситуации — она чувствовала себя мерзавкой, которая поковырялась грязными пальцами в свежих душевных травмах вдовца, который недавно потерял жену. Человек ей спас жизнь, а она отделалась от него жалкими чарами пятого курса и нагадила в душу. Жгучий стыд сжигал её яростным пламенем.
*Рэйр — вторая степень прожарки стейка. С «кровью» (красным соком) (рэйр, англ. Rare) — непрожаренное мясо (обжаренное снаружи, красное внутри) с красным соком, прогретое до 49–55 °C (готовится 2–3 мин при 200 °C).
  
Глава 49
 
После расставания с Джессикой было уже поздно бродить по лавкам Косого переулка. Как и большинство малого бизнеса в небольшом закрытом обществе с минимальной конкуренцией или её полным отсутствием, волшебные лавки работали по щадящему для себя графику. Ближайшей аналогией является деревенский магазин. Лавки в Косом переулке открываются в десять утра и закрываются к пяти-шести.
Дункан и не думал, что сегодня успеет что-то купить. Более стабильно и по расширенному графику с восьми утра до восьми вечера работает лишь Гринготтс. Вот гоблинский банк он и посетил, обменяв часть фунтов на галлеоны.
Покинув торговый квартал волшебников, Дункан снова наведался в туалет Торгового центра, где смыл грим.
В отель он попал ближе к девяти вечера, где сразу после аренды номера сделал большой заказ еды с доставкой в апартаменты.
Уничтожая богатые белком продукты, он перенёс на бумагу рецепт философского камня и Эликсира молодости.
Косой переулок он посетил в десять утра следующего дня уже в другом образе. Бородатый бледнолицый брюнет в традиционном шотландском килте, приобретённом с утра пораньше в специализированном магазине. К килту прилагалась белая полотняная рубаха, высокие гольфы до колена и броги — кожаные туфли с перфорацией и очень длинными шнурками, при помощи которых они фиксируются на ноге поверх гольф и доходят до середины икры. Через плечо перекинут тартановый* плед в цветах и со знаком клана Хоггарт.
На круглом гербе изображена голова жёлтого пегаса с синими крыльями на фоне цветов клана (болотный с жёлтыми и синими полосами на нём), которые заключены в чёрную окантовку с белыми буквами девиза «CANDOR DAT VIRIBUS ALAS» (Искренность дает крылья силе).
Он выглядел в этом образе типичным шотландским горцем. В обычном Лондоне на него особо не глазели, ибо тут хватает шотландцев, в том числе и тех, которые предпочитают носить килт. Среди волшебников он смотрелся эпатажно, то есть как самый обычный колдун, что делало его ещё более незаметным.
Там он приобрёл свой стандартный набор из сумки путника, палатки с незримым расширением, набора зелий и вредноскопа. В сумку путника тут же отправились немногочисленные припасы Дункана прямо в спортивной сумке.
Второй раз спасать Марлин он не был морально готов. Он понимал, что это не его жена, а совершенно другой человек. Начинать отношения с начала сложно как морально, так и физически. Но и оставить её на погибель он не мог. Поэтому Дункан написал три письма.
Первое письмо он до этого направил обычной почтой Далласу Маккиннону. Там он чётко описал, чем занимается его дочь (состоит в незаконной группировке «Орден Феникса» в роли боевика) и чем это грозит их семье (имена членов организации слили предатели организации, вскоре к семье Макмиллан явятся каратели Пожирателей). В этом письме он настоятельно рекомендовал Макмилланам сбежать из страны и никому об этом не говорить. А дочери, если не проявит благоразумия, рекомендовал всыпать ремня, чтобы вправить мозги через мягкое место.
Такое же письмо совой отправилось на имя Мэри Маккиннон.
Третье письмо схожего содержания, но в мягких и обтекаемых фразах, он направил самой Марлин.
 
Он надеялся, что к его предупреждению прислушаются. В противном случае сами себе Буратины, и его совесть будет чиста. Он не Супермен, чтобы бегать по всей стране и спасать попавших в опасность волшебников.
Он уже спешил на выход из Косого. В животе громко заурчало, требуя новой порции топлива. Из складки тартанового пледа он достал пачку драже, чтобы хоть как-то приглушить аппетит. Когда организм перестраивается, нутро терзает такой голод, что ни на что не обращаешь внимания. Хочется лишь набить брюхо. И всё же кое-что он заметил, когда подходил к лавке Олливандера.
Сложно не обратить внимания на то, как вчерашняя знакомая покидает магазин отца и направляется туда же, куда и он — на выход из переулка. Она была в том же платье, что и вчера.
Поскольку других волшебников не наблюдалось, он нагнал девушку как раз в момент открытия арки и просочился следом. Они вдвоём оказались в тупике перед задним входом в «Дырявый котёл».
Джессика нервно обернулась, вздрогнула и выхватила палочку.
— Мерлин! Сэр, вы зачем так тихо подкрались ко мне?
Дункан закинул в рот несколько драже «N&N’s», распихал их за щёки, чтобы его не опознали по голосу, и невнятно пробормотал:
— Прстите, мисс.
— Что?
— Звинте.
— Чего? Я вас не понимаю, сэр.
— А! — махнул на неё рукой Дункан и невежливо прошёл через дверь вперёд дамы.
— Шотландцы… — многозначительно протянула ему в спину Джессика, словно это многое объясняет.
В «Дырявом котле» у Дункана похолодало нутро. Краем глаза он заметил троих Пожирателей смерти, которые выглядели приличными волшебниками в добротных тёмных мантиях. Крепыш Гойл, толстяк Крэбб и высокомерный Люциус Малфой.
Таким магам тут не место — это очевидно. Тем не менее, они сидели за столиком справа от входа и с беззаботным видом потягивали сливочное пиво. Но по мелкой моторике Дункан заметил, что все трое нервничают. Люциус скользнул по нему скучающим взором, но стоило позади него появиться Джессике Олливандер, как у всей троицы участилось сердцебиение.
— Фокайль сасанах! — тихо пробурчал Хоггарт, поняв, ради кого они тут.
Он свернул к барной стойке.
— Том, что есть пожрать из готового на вынос?
Пожилой лысый бармен бегло осмотрел клиента.
— Могу предложить яйца по-шотландски и пирог с говядиной и почками.
— Давай всё, что есть.
— Два пирога и одна порция яиц, сэр, — взмахом палочки Том приманил блюда из шкафа для хранения. Вторым взмахом наколдовал подобие сумки-холодильника, в которую уложил одуряюще пахнущие пироги и похожие на котлеты варёные яйца, обмазанные мясным фаршем и обжаренные в панировочных сухарях. — С вас три галлеона.
Вручив Тому три золотых, Дункан достал всё три яйца по-шотландски, после чего закинул в рюкзак трансфигурированную сумку с пирогами.
Джессика пересекла бар и покинула его. Тут же троица Пожирателей отложила в сторону бутылки с недопитым сливочным пивом и через несколько секунд устремилась прочь из «Дырявого котла» через выход на Чаринг-Кросс Роуд.
Хоггарт не мог терпеть терзающий голод. Он кивнул бармену и впился зубами в манящее блюдо. Сначала язык ощутил вкус пряного жареного мяса, затем нежное мягкое варёное яйцо.
Дав фору троице магических расистов, он спокойно вышел из бара. Первая порция исчезла, словно и не бывало. Вторая не отстала от неё. Третью он пытался растянуть, откусив четверть. Тут желток был тягуч и норовил вытечь на асфальт. Хоггарту пришлось с причмокиванием высосать его, дабы не пролить ни капли.
 
Он чувствовал всех людей в радиусе сотни метров, включая трёх колдунов и одну ведьму, за которыми последовал по всем заветам слежки, то есть с видом праздного гуляки. Никто в здравом уме не заподозрит в слежке ярко одетого шотландца, который с видом туриста пялится на витрины и смачно поедает национальный фастфуд. Самым сложным оказалось не поглотить остаток блюда, а медленно растягивать его, откусывая по микроскопическому кусочку. Это напоминало пытку.