Месть сурка (СИ)
— У нас мало времени, — командный со стальными нотками голос Дункана оторвал девушку от самокопания. — Скоро Пожиратели забеспокоятся, что от боевой пятёрки нет сведений, и пришлют сюда усиление. Марлин и Даллас, собирайте ценные вещи и документы. Грузите всё в пикап. Мэри, убери следы, — показал он на кровавые пятна, — и наложи на дверь Репаро.
Приказы Дункана были восприняты ультимативно. Никто не думал ослушаться, все понимали, что он лучше знает, как действовать. Марлин с отцом поспешили домой. Мэри принялась колдовать, приводя лужайку у дома и входную дверь к первоначальному виду.
Хоггарт потащил палатку в дом. Отец с дочерью, несущие тюки из простыней, застали его за странным занятием. Они застыли соляными столбами. На полу гостиной в живописных позах были разложены тела Пожирателей. Рядом с палаткой лежала стопка зелёных армейских ящиков. Они выглядели массивными и тяжёлыми.
На их глазах Дункан выскочил из палатки, как чёртик из табакерки. Он держал в руках три таких ящика, словно невесомые. Они закрывали ему обзор, но его это не беспокоило. Он ловко миновал все препятствия и положил ящики на пол. Затем он открыл верхний.
Марлин не поняла, что за странные пакеты с надписью «С4» лежат там. А вот её отец очень даже понял и посерел лицом.
— Эм… Дункан, — прохрипел он. — Ты что делаешь?
— Минирую дом.
— Но это же мой дом! — ужаснулся Даллас. — Ты хочешь его взорвать?!
— Да. Не переживай, у тебя в семье две волшебницы. Несколько десятков заклинаний, и он будет новее прежнего. С подмогой этих ублюдков такой трюк, к счастью, не сработает. Несите вещи в машину — остальное оставьте на меня.
— Пап, — подёргала дочь за рукав рубашки отца, — если это не тёмная магия, то мы с мамой действительно всё починим.
— Нет, это не магия, — его голос все ещё оставался хриплым. — Это взрывчатка. Дьявол! Откуда у тебя её столько?
— С армейских складов, — спокойный как истукан Дункан довольно быстро, но в размеренном темпе, минировал гостиную. — Я запасливый.
— Оно и видно… — скатился на шёпот Даллас. — Сколько тут?
— Тонна. Думаю, этого хватит.
— Пап, идём.
В следующем рейсе к отцу и дочери присоединилась мать. Она помогала себе чарами. Марлин взяла с неё пример. В итоге на этот раз они уменьшали целиком шкафы и тюки с вещами и раскладывали их по карманам. Собрав всё, что посчитали ценным, они вновь спустились в гостиную и обнаружили, что ни взрывчатки, ни ящиков нигде не видно, а палатка небрежно смотана. Дункан прятал что-то под тело Пожирателя.
— Взрыватель, — пояснил он, заметив интерес к себе. — Эти ублюдки наверняка захотят забрать с собой тела подельников или проверить их. И тут их ждёт большой сюрприз… БУМ!
Все трое Маккиннонов вздрогнули, ярко представив себе этот бум. Ярче всех представлял последствия Даллас. Он чуть ни плакал, осознав, что после тонны С4 от дома не останется ничего. Его с потерей мирила лишь мстительная мысль о том, что благодаря этому подохнет толпа тварей, желающих смерти ему и его семье.
Пикап с пятью пассажирами, считая котёнка, с визгом покрышек рванул прочь от опасного дома. Вскоре деревня осталась позади.
Хоггарт заметил, как Марлин, сидящая слева на пассажирском сиденье, достала палочку и собирается колдовать.
— Ты что делаешь?
— Хочу отправить друзьям сообщение, что со мной всё в порядке.
Марлин не заметила, как палочка исчезла из её руки и оказалась у Дункана. Он убрал её во внутренний карман пиджака.
— Никаких сообщений! Никаких контактов со знакомыми. Если хотите жить — для всех вы умерли или пропали без вести.
— Но как же?! — хотела возмутиться Марлин.
— Выбирай, — жёстко припечатал Хоггарт, словно голосом вдалбливал гвозди, — либо твоя жизнь и твоей семьи, либо сообщение типа друзьям. Если выберешь второе — вы все умрёте! Это не игрушки и не аттракцион — на кону ваши жизни. Ты готова пожертвовать мамой, папой, собой и мной ради блажи?
Марлин опустила плечи. Слёзы рвались из глаз.
— Милая, — положила ей руку на плечо мать, — Дункан прав. Пока все будут думать, что мы погибли, мы будем в безопасности.
— Дочка, прости за грубость, но за что ты нас так сильно не любишь?
— Что?! — слова отца стали для неё шоком. — Я люблю вас!
— Но почему тогда ты готова пожертвовать нами ради того, чтобы успокоить друзей? Друзья погорюют, повздыхают, выпьют виски и забудут об этом, как о страшном сне. Всего лишь переживания. А мы можем завтра не увидеть солнечный свет.
— Слушай батю, он умные вещи говорит, — поддержал его Дункан.
— Но что дальше? — слёзы девушки было не остановить. Семья для неё оказалась дороже, чем Орден Феникса — она это осознала чётко, будто на неё снизошло озарение. — Где мы будем жить?
Этот вопрос волновал всё семейство и сделал их лица темнее тучи.
— Пока поживёте у моего друга. У него вторая половина таунхауса свободна. Потом я вывезу вас за границу и устрою на новом месте до тех пор, пока Пожирателей не пересажают в тюрьму.
— Этого никогда не случиться, — всхлипнула Марлин.
— Ты слишком пессимистична. Они настолько всех достали, что нужно потерпеть всего год.
Внезапно позади раздался громкий взрыв, от которого пассажиры нервно подпрыгнули на сиденьях. Лишь двое не показали испуга. Белый котёнок приподнял голову и широко зевнул, показывая своё отношение к взрывам, мол, вечно они мешают спать. Дункан злорадно засмеялся:
— Хе-хе-хе! А вот и БУМ!
Глава 41
Марлин вначале испугалась развалюхи, в которой их собирались поселить. Дом представлял собой две секции таунхауса постройки начала века, расположенного на территории под снос. Судя по размеру огороженной территории, изначально тут располагалось десять секций, восемь из которых уже снесли. Но изнутри дом выглядел так, будто его только что построили. Тут явно не обошлось без магии.
Их поселили в правую секцию дома — отдельную двухэтажную квартиру со всеми удобствами. Дункан отправился в левую. Женское любопытство и вернувшаяся к хозяйке палочка толкали её на добычу информации. Она не сдержалась и наложила подслушивающие чары на стену. Тут же она услышала незнакомого мужчину, по тону было ясно, что он чем-то недоволен.
— Зачем ты их сюда привёл?
— Это ненадолго, — голос Дункана девушка сразу узнала. — За ними охотятся Пожиратели.
— Тем более! Мне не нужны такие опасные соседи. Ты решил превратить мой дом в логово гриффиндорцев?!
— Сайлас, успокойся. Ты и сам пострадал от Пожирателей. Чем быстрее ты сделаешь им документы, тем скорее я вывезу их за границу.
Сайлас… Это имя Марлин знакомо. Очень редкое имя, сложно с кем-то спутать его обладателя. Так звали слизеринца с её потока. Но почему слизеринец пострадал от Пожирателей, если они все мерзкие змеи? Пожиратели же своих не трогают. Или она ошибается?
— Опять этот чиновничий ад? — ужаснулся Сайлас. — Ни за что! Я больше к бюрократам не сунусь. Лучше сам свалю из страны.
— Не дури. Я тебя не отговариваю от бегства, даже, наоборот, советую на время свалить из Великобритании. Но вначале стоит довести до конца лечение. Осталось совсем немного до ритуала — ты почти готов. Ещё чуть-чуть, и ты станешь полноценным членом волшебного сообщества.
— Дункан, ты хоть представляешь, какой это риск? До полнолуния всего семнадцать дней.
— К этому времени их тут не будет.
Полнолуние! До Марлин дошло, в чём проблема Сайласа. Неужели Пожиратели натравили на него оборотня? Теперь он сам… Но причём тут лечение? Разве ликантропия лечится? Она о таком не слышала. Возможно, это какое-то тёмное проклятье, связанное с луной.
Ей стало жалко Сайласа. Но тем странней ей казалось его положение. Ведь Крампы чистокровные и никогда не выказывали лояльности маглам. Почему? Им ведь внушали, что все слизеринцы плохие, а тут один из них живёт среди маглов, дружит со сквибом. Что самое удивительное, она не улавливает в его речи той снисходительности, с которой говорят с маглами и сквибами даже самые промагловские волшебники из Ордена Феникса.