Малышка Главаря (СИ)

А после начинается что-то невообразимое: все шестерки мертвого главаря кидаются на вооруженных бойцов и неминуемо получают свою порцию свинцового метала.
В голову.
В ужасе вскрикиваю и прикрываю руками глаза. Как же так?! Неужели так легко убивать? Ведь их надо судить по закону! Они должны понести свое наказание. Да даже за то, что они сделали с Галей! Но не смерть. Это слишком просто. Они должны покаяться в своих деяниях! Пожалеть о содеянном!
Я уверена, она не первая их жертва!
Как и я. Они должны ответить по закону за все, что сделали!
Открываю глаза и через дымку тумана от пороха вижу бездушные тела на земле, в некоторых из них признавая тех, кто был у меня дома, и того, кто наговорил гадостей буквально недавно. И даже седовласый «док» лежит у ног солдат спецназа.
«Они всех убили. Всех!» В ужасе смотрю на все это и не понимаю, как так-то?!
Внезапно мой взгляд пересекается с одним из бойцов, тем, который убил Темыча. Он отходит от своих и идет в мою сторону. Выхватывает меня, как вещь, из рук того, кто вытащил меня из подвала, и, взяв на руки, приказывает ему:
– Подчистите тут все.
Этот голос мне очень хорошо знаком! Да я узнаю его из тысячи! Но у меня сейчас стойкое желание выпрыгнуть из его рук и сбежать!
– Пусти меня! Не трогай! – толкаю его в грудь, хочу высвободиться.
  
Глава 41
 
– Успокойся, – строго, безапелляционно заявляет он мне, одним лишь словом заставляя полностью подчиниться ему, – набегалась уже! Хватит!
Встряхнул меня в своих руках, расположил, как удобнее ему, и пошел дальше, к машине.
А я понимаю, что он – тот, кто меня спас от неминуемой гибели, опять, в очередной раз, даже несмотря на все, что я ему наговорила ранее.
Обняла его, положила голову на плечо и наблюдаю, как мы отдаляемся от места казни, в прямом смысле этого слова.
В прошлый раз Темыч положил всех в банде Ромы, в том числе и его отчима, а сейчас Молот вернулся и уничтожил банду Темыча.
Один – один.
Мы молча садимся в машину, на заднее сидение, и он вновь притягивает меня к себе и усаживает на колени.
Спереди сидят двое.
Водитель заводит мотор, и машина трогается с места.
Рома поднимает мое лицо за подбородок и внимательно смотрит мне в глаза.
А я буквально таю от этого взгляда, в нем так много отражено: страх за меня, переживание, боль, бессилие и… нежность по отношению ко мне.
– Ты в порядке? – наконец решается он произнести.
Я облегчённо выдыхаю и киваю ему в ответ.
Смотрю в его глаза, опускаю взгляд ниже, еще ниже и останавливаюсь на его губах. Мне так хочется сейчас попробовать их на вкус, ощутить прикосновение к своим губам. Он как будто читает мои мысли и накрывает мой рот поцелуем.
Ощущаю, как кровь приливает к голове, дыхание учащается. В горле пересохло, как будто я не пила воды никогда. Все тело горит, особенно внутренняя часть бедер. Появился зуд и острое желание прикосновений именно там, жажда ощутить ласку и поцелуи.
Интуитивно сжимаю бедра, и он это ощущает. Отрывается от моих губ, а услышав мое недовольство, лишь ухмыляется.
– Парни, – обращается он к водителю и рядом сидящему с ним человеку, – прогуляйтесь немного.
Я смущенно прячу лицо, уткнувшись в шею Роме, а когда слышу звук закрываемых дверей, буквально сама набрасываюсь на него с поцелуями.
Я хочу его! Так, как никого и никогда не хотела. Хочу прямо сейчас! И готова убить любого, кто посмеет мне помешать.
  
Глава 42
 
Открываю глаза, и свет, что пробивается из окна, больно ослепляет. Закрываюсь рукой, щурюсь, хочу понять, где я. Приподнимаюсь на локтях, и адская боль пронзает мою голову и тело. Ощущение, будто кто-то с молотком поселился в черепушке и бьёт ею как по наковальне. Черт, как же мне плохо.
Осторожно беру край одеяла и натягиваю его на голову. И так лежу до тех пор, пока в комнату кто-то не входит.
– Проснулись уже? – спрашивает какая-то женщина, а я, не узнав ее по голосу, аккуратно спускаю одеяло до уровня глаз и пытаюсь ее рассмотреть.
 
– Вам свет бьёт в глаза? Подождите, сейчас. – Она отходит к окну и задергивает шторы блэкаут, и в комнате становится сразу терпимее.
На прикроватной тумбе стоит поднос, а на нем – стакан воды и какая-то таблетка.
– Возможно, у вас болит голова. Я принесла аспирин.
Убранство комнаты мне незнакомо, как и сама эта добродушная женщина.
– Кто вы? – задаю резонный вопрос. – И где я?
Она мило улыбается, но ничего мне не отвечает.
– Выпейте водички, скоро вам должно полегчать.
С этими словами таинственная женщина выходит из комнаты.
– Что за дела?
Выпиваю воды, таблетку не решаюсь, не зная точно, что там. Хочу встать, но адская ноющая слабость во всем теле не дает, поэтому продолжаю лежать в постели. Периодически я забываюсь сном и вновь просыпаюсь. В какой-то момент замечаю, что в окно уже не светит солнце. Это сколько я тут проспала?
Вновь пробую поднять ноги и через боль все же спускаю обе на пол. Вдруг дверь комнаты распахивается с грохотом, и передо мной возникает рассерженный Молот. Из носа только пар не прет, а так ощущение, что сейчас точно повалит.
Он с размаху швыряет стул, находящийся рядом, в другую часть комнаты.
– Все через одно место! – восклицает он и проходит вглубь комнаты к окну.
Ничего не понимаю, мне что, все приснилось? Похищение, плен?
Смотрю на свои руки и на запястьях вижу заживающие следы от веревки.
Значит, не привиделось. Уф, хоть легче стало. Но что тогда здесь делает Молот, и где это «здесь» находится? А самое главное, как сюда попала я?!
– Люба, – неожиданно резко поворачивается ко мне и зло выговаривает, – с этого дня делаешь все так, как я сказал, поняла?! И не дай бог тебя опять понесет не в том направлении!
С этими словами Рома выходит из комнаты, а я, как рыба, открываю и закрываю рот, в шоке, не зная, что сказать.
Последнее, что я припоминаю, – как сбежала от Роминой лжи домой к маме. Там он отказался от меня и передал в лапы другой банде, а после, как ни пытаюсь вспомнить, – пустота. Обрывками воспоминаний возникают видения моих связанных рук, без возможности пошевелиться. И все. Что произошло? Как я снова оказалась у Ромы дома?
А мама?! Как она? Что с ней стало?
Прошло два дня после того моего пробуждения, но все мои вопросы до сих пор остаются без ответа. Единственное, что мне удалось узнать за это время, – что домработницу зовут Людмилой. Больше ни на какие вопросы она не отвечает.
Сегодня она накрыла стол для завтрака на балкончике, на который я иногда выхожу. Составить компанию Людмила отказалась, и, когда ко мне вновь пожаловал сам Молот, я поняла почему.
– Приятного, – говорит он и усаживается напротив.
В глубине души я рада его видеть. Хоть и очень зла на него, но все же я скучала по этому засранцу. По карим глазам, которые могут согреть своим теплом, а иной раз и разрубить на части мое сердце. По легкой, но брутальной небритости, которая манит меня. Я буквально горю желанием провести ладонью по мужественному лицу и притянуть его к себе поближе для…
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает этот гад, наглым образом уставившись на меня.
Заламываю бровь и надменным взглядом смотрю на него, не удосужившись ответить на его вопрос.
– Вот черт, неужели наркота тебя немой сделала? – искренне восклицает и, подрываясь с места, делает шаг ко мне и обхватывает ладонями лицо.
Смотрю на него изумленно. Что за бред он несет? А когда замечаю смешинки в его глазах, все понимаю.
– Ты так остришь! Наверняка готовился всю ночь.
Рома улыбается и возвращается на свое место напротив меня.
– Я смотрю, препараты пошли тебе на пользу, ты вернулась и стала прежней.
Опять он мне что-то про наркоту вдалбливает. Да я же никогда не употребляла. Что он несет?!
– Ты всегда такой противный, или сегодня какой-то особенный день? Думаю, стоит набрать твоего психотерапевта. Уже который раз бред несешь.