Малышка Главаря (СИ)

– Мама, – истошно вою, понимая, в какую западню попала. – Мама! Проснись! Ты мне сейчас так нужна!
  
Глава 37
 
– Мама! – продолжаю кричать, зовя на помощь мать. Но в ее комнате нет никакого движения. Она лежит, спит спокойно на своей кровати, просто не в состоянии услышать крик дочери о помощи. А моя жизнь, моя судьба решаются прямо сейчас. Как же мне выпутаться отсюда?! Поджилки трясутся, паника одолевает так, что я не только чувствую, а вижу, как дрожат мои руки.
Но вот мужиков за дверью эта ситуация забавляет.
– Девочка, твои попытки забавны. Ты мне нравишься, – кричит один.
– Я обожаю сопротивление, отдайте ее мне, обожаю ломать таких, – противно ржут.
– Будет классно, если она целка, – мерзко бросает другой.
– Прикинь! – подхватывает следующий.
Подонки!
Тошно, все внутри сворачивается в узел. Как же гадко слышать подобное из мерзких ртов этих мужиков, и о себе! Как будто вещь бездушную обсуждают.
Глаза мечутся из стороны в сторону, в хаотичном порядке. Ищут выход, как сбежать, куда.
В этот момент осторожный стук в дверь производит шум удара молота, и раздается голос их главаря:
– Люба, давай не будем идти по сложному пути. Тебя отдали мне. Результат все равно будет таким, каким я захочу. Поэтому, лучше не сопротивляйся. Могу тебе обещать: если сдашься спокойно и мы уедем отсюда, не привлекая ничьего внимания,  мы договоримся, и ты всего лишь станешь моей игрушкой на время. Мы с тобой завершим всю историю с Молотом, отправим его на зону, а дальше тебя ждет свобода. – А после продолжает, – Если же хочешь, чтобы мои люди все здесь выломали, разнесли весь дом с твоей матерью вдобавок, то можешь дверь не открывать. Но учти, тогда ты окажешься игрушкой в руках каждого моего человека. А я тебе могу гарантировать, некоторые мои парни – люди со стальным характером и любят пожёстче. И там ты уже с трудом, но поставишь подпись на бумажке.
– Не поняла! Вы же договорись с Молотом, что ничего ему не сделаете, если он меня отдаст вам?
«Идиотка! Когда решается твоя судьба, почему ты волнуешься о договоренностях этих двух бандитов?!»
Чертово чувство справедливости и честности не дает мне покоя даже в этой ситуации!
Через дверь я слышу мерзкую ухмылку «Темыча».
– Этому парнише я, по-любому, устрою ад. Хоть на небе, хоть на земле. Он убил моего племянника. Сестра мне уже весь мозг промыла из-за этого. Хотя парень и знал, куда идет, да все же племяшом был. А теперь его нет, – удар кулаком о дверь раздается так неожиданно, что я отскакиваю от нее в ужасе, – и в этом виноват этот ушлепок! Поэтому, Люба, не зли меня! Или выходи, или я и тебя пущу на корм…
Последних его слов я уже не слышу. Несусь в свою спальню, чтобы вылезти через окно и убежать по огородам, как пришла! Нельзя! Никак нельзя попасть в руки этому извергу. Он не сдержит обещания, данного мне! Раз даже Молоту не собирается!
Забегаю в комнату, открываю окно и взбираюсь на подоконник. Прыгаю в темную, не менее страшную пустоту, но более безопасную, нежели стая этих животных в людском обличии. Приземляюсь, и острая боль пронзает правую ногу. Не разбираюсь, в чем дело, спешу убежать. Поднимаюсь во весь рост и делаю первый шаг, как передо мной возникает мужской силуэт, накачанный и мощный. В темноте не рассмотреть его лица. Неужели Рома все же вернулся за мной?! Но когда этот мужчина заговорил, все стало понятно:
– Прыткая, значит. Мне нравится.
Бежать! Немедленно! Делаю резкий рывок в сторону, но он успевает меня схватить за руку. Пытаюсь отцепить его клешню, а он с такой силой толкает меня назад, что я больно бьюсь головой о стену. А дальше перед глазами все окончательно темнеет…
  
Глава 38
 
Люба 
Меня мутит, живот сводит в рвотном позыве, голова кружится. Хочу открыть глаза, но веки такие тяжелые, что я не могу их разомкнуть. Хочу поднять руку и потрогать лоб, но и это не выходит. Слабость чувствую во всем теле. Ощущаю качание, осознаю, что еду в машине. Как я сюда попала, не помню. Но точно понимаю, что еду в полулежачем состоянии.
 
И вновь сознание теряется в густом тумане.
От резкого удара прихожу в себя. Не сдержавшись, ною от боли.
– Когда полностью придет в себя, позовите меня, хочу быть первым. И камеру приготовь. Отправлю Молоту видеоподарочек.
Не до конца осознавая, что происходит, я все же прихожу в ужас от этих слов. Неужели все это обо мне?! Куда я попала? Мама, помоги!
Шевелю рукой и понимаю, что она привязана. Второй – ощущения те же. Пытаюсь выбраться, вытащить руки из импровизированного плена, но ничего не выходит. Веревки больно врезаются в кожу.
– Ну, ну, девочка, – полушепотом шипит мне на ухо басистый мужской незнакомый голос. – Не двигайся, лежи смирно, только тогда они тебя не тронут. Не послушаешься – пожалеешь, что на свет родилась. Все очень обозлены на Молота, а если ты ему дорога, на тебе живого места не оставят. Поэтому лучше спи.
После этих слов я чувствую легкое иглоукалывание, и дальше голова становится тяжелой, и я вмиг теряюсь в темноте.
– Блин, уже десять часов прошло, я расслабиться хочу, чё она не просыпается? – Проснулась от противного, писклявого мужского голоса. И это первое, что я слышу, когда прихожу в себя.
И вслед за словами острая боль пронзает мой бок. Хочу взвыть от неожиданного удара, но у меня не получается выдавить звук, и я застываю в немом крике. Хочу открыть глаза, но веки настолько тяжелы, что мне не удается их открыть. Тогда пробую рукой дотронуться до места, где ноет, но и ею пошевелить не могу.
– Ты что, блин, творишь, идиот! – сотрясая стены комнаты, орет кто-то другой. Этот ор так давит мне на виски, что хочется прикрыть и уши, но и это у меня не выходит, я не могу пошевелить руками, – Не бей ее, синяк вылезет! Ты забыл, что Темыч хочет с ней сделать? Тем более с ноги зачем, дебил! Точно отметину оставишь!
– Пусть просыпается уже! – недовольно отвечает первый мужчина.
После этого высказывания слышу противный смех.
– Я на ней много отметин оставлю, вот увидишь. – Чувствую прикосновения к моей щиколотке, как омерзительная рука проходится вверх до бедра, и дальше, а затем больно сжимает грудь. – Много, очень. – его гнусный шепот раздается прямо мне в ухо. – Только проснись, детка, ты познаешь настоящего мужика, будешь стонать и рыдать от боли, а я буду сильнее и сильнее насаживать тебя на свой…
– Кирпич, – гремит голос второго мужика, перебивая больные фантазии первого. – Слон ударил девку так, что та в отключке и никак не очнется. Кровью запоганила всю комнату. А Темычу она нужна живой, поэтому свали уже отсюда, надо ее привести в чувство.
– Ладно, малышка, мы еще увидимся, – отвратно шепчет мне на ухо этот урод. – Я буду сразу после Тёмы. Он поимеет тебя ради мести, а я покажу тебе настоящего мужика.
  
Глава 39
 
Затем я слышу удаляющиеся шаги, а после – хлопок закрывшейся двери.
Когда опасность миновала, я несколько успокаиваюсь и вновь пробую пошевелить рукой. В этот раз у меня немного получается подвигать пальцами.
– Проснулась, значит, – голос второго мужчины, который, оказывается, все еще рядом, приводит в ужас.
Я так надеялась, что никто меня не увидит и не поймет, что я уже в сознании.
– Это хорошо, – спокойно завершает он, чем приводит меня в недоумение, – а то я было уже подумал, что убил тебя, превысив концентрацию вещества в дозе.
Он накачал меня наркотой?!
– Все, открывай глаза, он ушел, – недовольным голосом басит мужчина.
Быстро осматриваюсь: лежу на какой-то кушетке, в серой комнате, где и окна-то нет. Рядом железные столы, на них медицинские принадлежности.
Мои руки и ноги привязаны к кушетке.
В комнате холодно.
В страхе содрогаюсь. Неприятный озноб охватывает меня полностью.
– Где я? – спрашиваю, даже не надеясь на ответ. Просто не спросить я не могу.