Месть королевы мафии (ЛП)

— Я боюсь, что ты не захочешь иметь со мной ничего общего, когда все узнаешь.
— Mia amata, — он запечатлевает на моих губах нежный, как перышко, поцелуй. — Я знаю, что ты лгала мне о том, кто ты такая. Так же знаю, что ты сотрудничала с русскими не просто так. Я знаю, что ты приехала в Нью-Йорк с большими амбициями. Я уже смирился с этим. Подробности не изменят моих чувств к тебе.
— Могут изменить, — я прикусываю губу. Мне уже давно не было так страшно. Мысль о том, что я потеряю Массимо, разрывает меня изнутри.
— Кто-то может сказать, что это безумие, потому что мы знаем друг друга не так долго, но я знаю, что ты хороший человек. Что бы ни двигало тобой, это оправдывает твои действия. Я не буду осуждать тебя за это.
— Это связано с…
— Не сейчас, — говорит он, прикладывая пальцы к моим губам и обрывая меня на полуслове. — На сегодня хватит. Я хочу пригласить тебя куда-нибудь вечером. Показать Лондон. Когда мы вернемся домой, ты сможешь мне все рассказать.
Интересно, догадывается ли он о том, что я собираюсь сказать, просто улавливает мои эмоции, или он действительно не хочет разбираться с этим прямо сейчас. В любом случае, я испытываю облегчение. С моей стороны трусливо признавать это и соглашаться с его заявлением, но я не собираюсь спорить. Я хочу насладиться сегодняшним вечером со своим мужем и притвориться, что мне на все наплевать. Как будто русские не охотятся за нашими головами. Как будто «Комиссия» не поступит так же, если узнает, что я сделала. Как будто Ренцо не почувствует ко мне отвращения, когда узнает, что у меня нет намерения убивать Массимо, его семью или дона Маццоне.
— Хорошо.
Он целует меня нежно, совсем не так, как обычно.
— Я бы хотел знать одну вещь сейчас.
У меня в груди все сдавливает, пока я жду, что он продолжит.
— Что собирался сказать Ли Чанг перед тем, как ты его убила?
— Я подозреваю, он догадался, что я его подставила. Я подстроила все между ним и парагвайцами, чтобы у меня была возможность обратиться в «Комиссию». Они должны были нуждаться во мне. Я создала возможность.
Он удивляет меня, усмехаясь.
— Ты еще более изворотлива, чем я думал.
— Ты даже не представляешь, на что я пошла, чтобы достичь своих целей. Я много натворила.
— Мне нравится, что ты добиваешься того, чего хочешь, и ничему не позволяешь себя остановить. У нас с Фиеро такой же оптимистичный подход к жизни. Я никогда не буду критиковать тебя за это, — он проводит пальцами по моим волосам, когда машина останавливается перед большими черными воротами. — Кроме того, «Триаде» не пришлось заглатывать наживку. Будь они благородны, то не ударили бы нас в спину. То, что с ними случилось, не твоя вина, mia amata. Это полностью их вина.
Я не очень согласна с этим, даже если в его словах какой-то смысл.
Я кладу голову ему на грудь, пока водитель разговаривает с охранником у ворот, передавая ему какие-то бумаги. Рикардо сидит на пассажирском сиденье, а Эцио и остальные мои люди сегодня ночуют в отеле. Мой муж заверил меня, что его лондонский таунхаус надежно защищен; он находится на единственной частной дороге в Белгравии, за высокими воротами, доступ ограничен, если вы не являетесь владельцем или зарегистрированным гостем. В его доме установлена лучшая система безопасности, какую только можно купить за деньги, и есть дополнительное преимущество — убежище.
Я верю, что здесь я в безопасности.
Я верю, что Массимо защитит меня.
Просто… я доверяю ему, и точка.
***
— Это великолепно, — говорю я, поднимая голову, чтобы посмотреть на высокие потолки с узорчатыми перилами в элегантном холле, после того как муж провел для меня экскурсию по своему великолепному дому. Здесь три этажа и есть все удобства, известные человечеству. — Но мне больше всего нравится терраса на крыше, — там обширное пространство с обеденной зоной, огороженным садом и удобной зоной отдыха с телевизором. — Или, может быть, ванные комнаты, отделанные мрамором.
Мой муж рад, что я довольна, и тянется ко мне. Даже раненый, он не может перестать прикасаться ко мне. Как и я к нему. Кладу ладони ему на грудь и улыбаюсь, как будто у меня нет кучи проблем, ожидающих своего часа.
 
— Это один из моих любимых домов. Еще я люблю берлинскую квартиру, и виллу на побережье Амальфи — мое любимое место. Скорее бы показать тебе.
— Я нечасто выезжала за пределы США, — признаюсь я. — Никогда не было времени на отпуск, и почти все мои дела ведутся в Штатах.
— Я с удовольствием исправлю это. Мы можем быть заняты и при этом находить время для отпуска, — он трется своим носом о мой. — Давай сделаем это правилом.
— Донна Греко. Мистер Греко, — Рикардо заходит в коридор из гостиной. — Прошу прощения, что прерываю, но я хотел сообщить, что звонили из ресторана и просили подтвердить заказ на восемь тридцать.
— Отлично, спасибо, — говорит Массимо. — И кстати, Рик? Пожалуйста, называй меня по имени. «Мистер Греко» звучит как «старый пердун».
Губы Рикардо подергиваются, а я хихикаю.
— Как пожелаешь, Массимо, — он уважительно кивает нам обоим, удаляясь в гостиную и оставляя нас наедине.
Отношения между Рикардо, Эцио и моим мужем потеплели, и я рада это видеть. Дарио и Ник тоже потеплели к нему. Ренцо может стать проблемой, но сейчас он — наименьшая из моих забот.
— Осталось всего две недели до того, как ты станешь доном Греко, — напоминаю я ему. — Ты ждешь этого?
— Да, — он щиплет меня за нос. — Все возвращается на круги своя, и я с нетерпением жду следующего этапа своей жизни, — он обхватывает мое лицо руками. — То, что ты рядом со мной, — это вишенка на торте. Я не подозревал о твоем появлении, пока ты не подкралась ко мне пять лет назад и не пробралась в мое сердце, — его глаза сияют искренностью, и с каждым его словом я влюбляюсь все глубже и глубже. — Теперь я с трудом могу представить, какой была моя жизнь до тебя.
— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — кладу руку на его ладонь у себя на лице.
Он чмокает меня в губы, потом отпускает мое лицо и, схватив за задницу, притягивает ближе.
— У меня сегодня большие планы на вас, миссис Греко, — я вскрикиваю, когда он сильно сжимает мою попку. — Привезли кое-какие вещи от Харви Николса. Они в шкафу в нашей комнате. Мне нужно сделать пару телефонных звонков, только потом я переоденусь, — он снова целует меня, словно ничего не может с собой поделать, и я таю в его объятиях, будто это моя единственная миссия в жизни. — Собирайся, я скоро присоединюсь к тебе. Можем выпить по коктейлю на террасе, прежде чем отправимся в ресторан.
— Отличный план, — я осторожно обхватываю его руками и крепко прижимаю к себе. — Спасибо, что ты всегда так заботлив, — честно говоря, он невероятный. Мы бежали из Берлина с минимумом свободного времени, и он все равно каким-то образом нашел возможность организовать ужин и подобрать для меня наряд. — Я как будто недостойна тебя.
— Ни одна женщина не была более достойной, чем ты. Поверь мне.
Я провожу пальцами по его волосам, улыбаясь и чувствуя головокружение, как у подростка в первом порыве любви.
— Тебе нужно еще обезболивающее? — спрашиваю я, высвобождаясь из его объятий, и замечаю, что он слегка морщится.
Он качает головой.
— Я в порядке. С болью можно справиться, но возьму немного таблеток с собой, если тебе так спокойнее.
— Да. Мне не нравится, что тебе больно.
— У меня высокий болевой порог.
— У меня тоже, — невысказанные слова повисают в воздухе между нами, но я не позволю им испортить сегодняшний вечер. — Пойду подготовлюсь, — приподнимаюсь на цыпочки и целую его, потом ухожу в спальню.
***
— В золотом ты выглядишь восхитительно, — говорит Массимо, когда час спустя я выхожу из ванной в потрясающем дизайнерском платье, которое он мне купил. Оно облегает мои формы во всех нужных местах, длина идеальна и мягко струится вокруг лодыжек. — Как настоящая королева, — добавляет он, протягивая мне коробочку.