Месть королевы мафии (ЛП)

— У тебя нет чести, Иван, — я провожу ножом ниже по его телу. — Неудивительно, что братва тебя выгнала, — медленно вгоняю нож, погружая его все глубже и глубже в его сердце, его глаза выпучиваются, на лбу выступают капельки пота, и он изрыгает в мой адрес ругательства на своем родном русском языке. Когда свет в его глазах гаснет, я достаю свой нож и вытираю о его рубашку.
— Что теперь? — спрашивает Катарина.
— Я вызову бригаду зачистки, взломаю необходимые системы безопасности, чтобы стереть улики со всех камер, подготовлю своих лондонских парней для задержания Якоби, и потом мы свалим отсюда к чертовой матери.
Глава 31
Катарина
— Хватит! Хватит! — хрипит Якоби, умоляюще глядя на Массимо опухшими, налитыми кровью глазами. Британские связи Массимо помогли задержать предателя, и мы прибыли на заброшенный склад в пятнадцати милях от центра Лондона. Массимо мучал его последние двадцать минут, зная, что в конце концов тот сломается. — Я расскажу вам все, что хотите, но мне нужна защита. Для меня и моей семьи, — Якоби хорошо говорит по-английски, хотя у него отчетливо слышен немецкий акцент.
— Ты не в том положении, чтобы что-то требовать, — Массимо бьет его кулаком в живот, потом отступает, чтобы оценить дело своих рук.
Якоби в ужасном состоянии.
Его лицо в ссадинах. Из носа сочится кровь, стекая по подбородку на обнаженную грудь. Его тело наклонено вперед на стуле, насколько это возможно из-за веревок на запястьях и ногах. Грудь и живот у него в синяках, и очевидно, что мой муж сломал по меньшей мере пару ребер. На его коже остались тонкие рваные раны от ударов, которые Массимо нанес моим ножом.
Я бы с радостью вызвалась пытать человека, который помог организовать покушение на моего мужа, особенно после того, как Массимо ранили, но я знаю, что он должен сделать это сам.
— Тогда убейте меня, — выдыхает Якоби, сплевывая кровь на пол. — Убейте меня, и вам никто не сможет сообщить, если они попытаются нанести еще один удар, — его дыхание прерывается, и я вижу, что ему трудно говорить. — А если оставите меня в живых, я скажу вам, кто это сделал. Я буду вашими глазами и ушами. Я дам знать, если за вами снова придут. В свою очередь, вы обеспечите защиту мне и моей семье. Таковы мои условия.
Массимо поднимает на меня взгляд, и я киваю. Похоже, в данном случае в наших интересах сохранить жизнь этому засранцу. Массимо запрокидывает голову Якоби, пристально глядя ему в глаза.
— Если ты меня обманешь, я убью всех, кого ты любишь, и не стану медлить, — достав из кармана сотовый, Массимо открывает файл с фотографиями, показывая снимки, как я полагаю, семьи и друзей Якоби.
Страх Якоби очевиден.
— Я на твоей стороне. Клянусь, — выпаливает он. — Если мы договоримся, я буду весь к твоим услугам.
— Я подслащу сделку, — говорит Массимо, выпуская Якоби из хватки. — Если кто-нибудь придет и предложит тебе напасть на меня, на мою жену, на Фиеро Мальтиз, мою семью или любого, кто связан со мной или моими близкими, обращайся прямо ко мне. Я заплачу тебе вдвое больше за информацию, которая поможет поймать заказчика.
Это разумное решение, потому что такие люди, как он, общаются деньгами.
— Я согласен, — говорит Якоби, кивая с явным облегчением.
Массимо стоит перед пленником, излучая смертоносную силу.
— Скажи то, что мне нужно знать.
— Это были русские, — говорит Якоби без дальнейших колебаний. При этом откровении вся кровь отхлынула от моего лица. — Приказ поступил через контакт в Москве, но первоначальный приказ на убийство поступил из Нью-Йорка.
Антон сделал это, чтобы предупредить меня.
Я разорву его в клочья.
— Это моя вина, — тихо признаю я, не сводя глаз с мужа. Я не стану скрывать правду. Не тогда, когда мои ошибки угрожают его жизни.
Массимо хмурится, отворачиваясь от Якоби и поворачиваясь ко мне лицом.
 
— Почему ты так говоришь?
Я прижимаюсь губами к его уху, горя шепотом.
— Последние четыре года я сотрудничала с Братвой. Антон Смирнов — мой связной в США. Я солгала, когда сказала, что колумбийцы были моим основным поставщиком.
Потрясение сменяется беспокойством на его красивом лице.
— Господи, Рина. Ты же не хочешь сказать, что русские тоже в деле?
Я говорю шепотом, чтобы меня могли слышать только Массимо и Якоби.
— Да, но за последние несколько недель все поменялось. Их мотивы мне больше не ясны, и мои собственные планы изменились. Они пытались оказать на меня давление. Я дала отпор, и это, очевидно, их предупреждение.
— Я бы не был так уверен, — Массимо проводит рукой по подбородку, глубоко задумавшись. После нескольких секунд молчания он снова поворачивается к Якоби. — Нужно убрать Смирнова. Но я не могу этого сделать, не навлекая на себя подозрения. Нельзя связать все это с итальянской мафией. Вызовет слишком много шума. Может, попросить сделать это Терминатора? Пять миллионов за чистую работу.
— Нет, — я делаю шаг вперед и кладу руку Массимо на поясницу. — Это все равно может привести к тебе. У меня есть идея получше. Смирнов — посол России в Нью-Йорке. Любой намек на скандал разрушит его статус, и Москва вернет его на родину с позором. У меня есть информация, которую мы можем использовать.
Глаза Массимо загораются признательностью.
— Страховка.
Я киваю.
— Страховка.
— Черт, вот почему из нас получилась такая отличная команда, — его губы соприкасаются с моими в обжигающе-горячем поцелуе, который я ощущаю до самых кончиков пальцев ног. На мой взгляд, поцелуй слишком короткий, но всегда можно отложить на потом.
— Я все устрою, — продолжаю я. — Его отзовут, и Москва сделает всю грязную работу за нас, — они ни за что не оставят его в живых, но мне плевать.
Он пытался убить моего мужа, чтобы послать мне сообщение.
Так что, пусть катится к черту.
Он заслужил все, что с ним случится.
— Они заменят его, — говорит Массимо.
— Я знаю, но, по крайней мере, это устранит угрозу и даст нам время перегруппироваться и подготовиться, — это ставит меня перед еще большей проблемой, но я найду решение. Всегда нахожу.
Массимо зовет одного из своих людей с улицы, где они вели наблюдение.
— Развяжите его, — приказывает он, указывая на Якоби. — Помогите ему привести себя в порядок, а затем отведите в одно из безопасных мест.
— Завтра мне нужно будет вернуться домой, чтобы избежать подозрений, — говорит Якоби, разминая запястья, когда путы падают на пол.
— Я договорюсь об этом с охраной в Берлине.
Якоби стоит на дрожащих ногах, хватаясь за подлокотник стула, чтобы не упасть.
— Я не откажусь от нашей сделки. Я знаю, что выбираю сторону победителей, — его взгляд мечется между мной и Массимо.
Я искренне надеюсь, что он прав.
***
Я с интересом слушаю загадочный односторонний телефонный разговор Массимо с Фиеро, пока мы едем в затемненном «Лендровере» от склада к дому Массимо в Белгравии, модном районе Лондона, где живет множество состоятельных бизнесменов и знаменитостей. — Ладно. Увидимся утром, — говорит он, заканчивая разговор.
— Фиеро приедет сюда?
Массимо кивает, потом берет меня за руку и притягивает ближе к себе.
— Ты еще многого не знаешь, — он убирает несколько выбившихся прядей волос с моего лица, когда мы проезжаем по оживленным улицам Лондона. Сейчас ранний вечер, и на улице все еще светло.
— Расскажи.
Он приподнимает мой подбородок одним пальцем.
— Ты серьезно говорила о том, что больше никаких секретов и мы будем настоящей командой?
Я сразу отвечаю.
— Я говорила искренне.
— Тогда мы можем прекратить эту чушь со слежкой, — говорит он. Я приподнимаю бровь, и он усмехается. — Николина разгуливает по всему Нью-Йорку в черном парике и белом костюме, в то время как мы находимся по другую сторону океана. Если бы я заранее не знал, что ты используешь ее как приманку, эта маленькая вылазка открыла бы все тайны.