Месть королевы мафии (ЛП)

Пусть и вынужденно, но я не думал, что многие это заметят.
— Это фарс. Я наблюдала за ней.
— Мам, — я наклоняю ее подбородок, чтобы заглянуть ей в лицо. — Ты винишь ее? Ты была замужем по расчету. Конечно, поначалу ты тоже была настороже?
В ее глазах появляется злость.
— Мне было восемнадцать. Я была совершенно невинна и напугана до ужаса. Твой отец не делал мне поблажек.
Она вздрагивает всем телом, и боль разрывает сердце. Я не посвящен во все факты, но знаю, что их брак не был счастливым. Я сам видел достаточно, чтобы понять это.
— Ты не твой отец! Ты достойный человек, Массимо. Ты совсем не похож на это чудовище! — слезы застилают ей глаза, и она шумно сглатывает. — Эта женщина даже не представляет, как ей повезло! Многие состоявшиеся мужчины — жестокие, неверные ублюдки, но только не ты. Ты будешь хорошо с ней обращаться, а она позорит тебя, поступая так. Она не имеет права!
Головы поворачиваются в нашу сторону, и я медленно направляю нас к краю танцпола. Я не знаю, сколько мама выпила сегодня, но, возможно, слишком много. Обычно она не бывает такой бойкой. Особенно на публике, где обычно проявляется вся степень ее социальной тревожности. Она берет мои щеки в свои маленькие, почти детские руки.
— Вы с Габриелем избежали проклятия. Вы хорошие мальчики. Вот почему вы оба до сих пор стоите на ногах, а остальные гниют в могилах.
— Отец оказал услугу, пренебрегая нами и сосредоточившись на Карло и Примо, — тихо признаю я, хотя в тот момент я так не думал.
— Верно, но он был глуп. Ты лучший из всех моих сыновей. Гейб… Я люблю его, но у него нет ни стержня, ни выносливости для этого мира. Но ты… — она сжимает мои щеки. — У тебя есть. Ты всегда был настоящим наследником Греко. Я увидела это, пока твой отец был ослеплен. Ты будешь сильным лидером. Ты не потерпишь несправедливости или глупости.
Ее глаза пылают решимостью, и это впервые за последние годы, когда я видел свою мать настолько оживленной.
— Не позволяй любви ослепить тебя, сын мой. Если она не с тобой, то она против тебя. Не позволяй ей разрушить твое будущее, ведь ты упорно за него боролся.
Глава 13
Катарина
— Я не буду с тобой трахаться, — говорю я, выходя из спальни в главную гостиную роскошного номера для новобрачных, который мой муж забронировал для брачной ночи. Номер находится на последнем этаже отеля, тут открывается потрясающий вид на город, и есть все, что только можно пожелать.
Он с ухмылкой смотрит на меня, вставая и направляясь к полностью укомплектованному бару.
— Как скажешь, — говорит он, заходя за стойку.
Опустившись на диван, я потираю больные лодыжки, чувствуя облегчение, сняв убийственные туфли на каблуках и платье. Это был долгий день, и я бы даже сказала ночь.
— Я же говорил, что не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.
Он направляется ко мне, неся деревянную коробку и два хрустальных бокала, наполненных льдом.
— Но ты хочешь, — он одаривает меня самодовольной ухмылкой, его высокомерие не знает границ. — Просто не признаешься самой себе.
Мои глаза расширяются от удивления, когда он садится рядом со мной и открывает коробку, показывая, что спрятано внутри. «Macallan Rare Cask» — это лимитированная специальная серия виски, которая очень дорого стоит и которую трудно достать.
— Где ты это взял? — спрашиваю я, благоговейно проводя пальцами по лицевой стороне бутылки.
— В Шотландии, — отвечает он, доставая ее из коробки, а я закатываю глаза. Он ставит стаканы на стеклянный кофейный столик и наливает две щедрые порции. Слюна скапливается у меня во рту, когда в воздухе появляются знакомые ароматы.
— Считай это свадебным подарком, — говорит Массимо, передавая мне бокал. — Я знаю, что ты большая поклонница, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы приобрести эту бутылку.
Поднеся бокал к носу, я закрываю глаза и вдыхаю насыщенные ноты сладкого изюма, которые переходят в ваниль, темный шоколад и легкую цитрусовую цедру.
 
— Спасибо, — говорю я, открывая глаза. — Это очень продуманный подарок, я впечатлена.
Я делаю глоток насыщенного бархатистого виски, смакуя жидкость, которая скользит по горлу.
— Но я все еще против секса.
— Ты же знаешь, что не сможешь долго сопротивляться, — опираясь на спинку дивана, он закидывает свои босые ноги прямо на мои бедра. — Я тоже не смогу, если ты будешь надевать сексуальное белье, — добавляет он, и его взгляд становится все более горячим, скользя по моей белой шелковой ночнушке. Кружевная отделка на бюсте и по подолу, доходит мне до середины бедра, обнажая большую часть тела. Я специально надела ее, чтобы подразнить его, потому что он весь день бесил меня, и пришло время расплаты.
Откинувшись назад, я повторяю его позу на противоположной стороне дивана, поднимая ноги, устраиваясь рядом.
— Обычно я сплю обнаженной, — вру я, поднося бокал к губам. — Пощадила тебя, — делаю еще один глоток виски, наблюдая за тем, как взгляд моего мужа еще больше темнеет.
— Я не понимаю, почему ты сопротивляешься. Это всего лишь секс. Если только ты не боишься влюбиться? — он вскидывает бровь, жадно отпивая из своего бокала.
— Подхватить болезнь — вот что меня больше волнует.
— Ой, — он проводит рукой по груди. — Ты ранила меня.
Резким движением он садится, оказываясь гораздо ближе. Инстинктивно я подтягиваю колени, и теперь ему открывается прекрасный вид на мои девственно невинные белые кружевные трусики.
Его ноздри раздуваются, а радужки глаз почти черные.
— Ты знаешь, что я чист, и уже больше месяца у меня не было женщины.
Выпив виски, он, как и подобает язычнику, ставит пустой стакан на стол и смело кладет руку на мою голую ногу. Тепло от его ладони проникает в мою кожу, согревая.
— Не знаю, почему ты сопротивляешься. Я хочу тебя. Ты хочешь меня.
— Ты мне даже не нравишься, — холодно отвечаю я, делая еще пару глотков своего напитка.
Он проводит кончиком пальца вверх и вниз по моей ноге, вызывая огненные мурашки по коже.
— Ври себе сколько хочешь, но ты никого не обманешь, особенно меня.
Его ладонь ложится на мою ногу, и он начинает продвигаться вверх. Внутри поселяется вожделение, когда он смотрит на меня похотливым взглядом, полным намерения. Его пристальный взгляд и ощущение сильной руки подобны удару, и я изо всех сил пытаюсь сохранить решимость.
— Тот раз был невероятным, — добавляет он, когда его рука огибает мое колено и поднимается выше. Я сглатываю из-за внезапного комка нервов, ненавидя то, как вздымается моя грудь и бабочки порхают в животе в диком предвкушении. — Я несколько месяцев не мог выбросить тебя из головы. Я даже вернулся в аэропорт Мэна, чтобы попытаться найти тебя, но там не было никаких следов.
Моя команда хороша. Они знают, как замести следы. Мои глаза расширяются, и с губ срывается вздох, когда его пальцы задирают подол ночнушки и скользят по внутренней стороне бедра. Мое ядро пульсирует от острой нужды, а соски твердеют, отчетливо выделяясь на фоне хрупкого шелка.
Огонь вспыхивает в его глазах, смотря на мои груди.
— По правде говоря, я много думал о тебе с того дня, как мы встретились, — его глаза пронзают меня насквозь, а рука ненадолго замирает на внутренней стороне бедра. — До тебя ни одна женщина не проникала в мою душу.
Я хочу ему поверить, но он слишком сладкоречивый. Его тактика соблазнения очень изящна. Он мужчина. Они запрограммированы на то, чтобы хотеть секса. Большая выпуклость в его брюках — тому подтверждение. Я его жена, и он хочет секса со мной.
Он знает, что есть границы, но сделает все, что угодно, скажет все, что угодно, чтобы я уступила.
Массимо уже беспокоит меня, и я не могу дать ему такую власть над собой.
Он должен понять, что я контролирую ситуацию.
— Прекрати, — говорю я, когда его пальцы касаются передней части моих трусиков. — Я не хочу этого, — лгу я, потому что давно так не возбуждалась.