Ангел-мечтатель (СИ)

— Да выше крыши, — начал брать разгон Стас.
— Это ваши общие направления, — решительно прервал его Винни. — Все остальное — в рабочем порядке и сами. Не с вашей квалификацией детальных инструкций ждать. Главное — повторяю — максимально замедлить работу над проектом и подготовить все необходимое для его остановки. Когда я вернусь с правом на это.
— Вы уверены, что получите его? — тихо спросила я, не в силах избавиться от своей навязчивой идеи.
— Нет, — помолчав, ответил Винни. — Но у меня есть все основания его требовать.
— Ну что, погнали? — поднялся Стас и шагнул к выходу.
— Вас же еще через Путь провести нужно! — досадливо хлопнул себя по лбу Винни, и на мгновение лицо его сложилось в прежнюю дурашливую гримасу — которая тут же снова исчезла. — Потом я к главе — ждите его вызова для получения направления в новый отдел, — бросил он Максу и поманил пальцем Стаса от двери. — А Вам нужно будет доложить своим об ошибочном задержании и представить Анатолия с Татьяной и здешнюю свежую кровь в целости и сохранности. Желательно, сразу той же комиссии, чтобы они договор сразу подписали.
— Вот прямо все сразу сейчас? — выпучил на него глаза Стас.
— Ну, давайте отхронометрируем, — с видом величайшего одолжения вздохнул Винни. — Сколько Вам времени понадобится? Чтобы наш глава тоже запрос на включение Макса отправил и тот прямо на заседание комиссии с направлением пришел.
Пока Стас захлебывался, размахивая руками и брызжа слюной перед Винни и Максом, я подошла к моему ангелу.
Мне нужно было всего пять минут, от силы десять, чтобы сделать то, что совершенно необходимо — и что никто, кроме меня, не понимает. Что никто, кроме меня, просто не может понять.
Для этого мне понадобятся все мои способности. И новые — главным образом, приобретенное умение инвертироваться и свалившийся на меня непонятно откуда талант ощущать других ангелов в инвертации.
Но это потом. Прямо сейчас мне нужны старые, человеческие, многократно проверенные на земле, способы общения с самоуверенными небожителями.
Я подошла к моему ангелу и глянула ему прямо в глаза.
— Извини, — произнесла я негромко, но отчетливо.
— Ничего, — буркнул он, отводя взгляд.
Я ступила еще на шаг ближе и обхватила его руками за талию.
— Я не должна была так плохо о тебе думать, — добавила я, сложив брови домиком.
Голова его метнулась назад.
— Забудь, я сказал, — послышалось в его голосе долгожданное порыкивание.
Я прижалась щекой к его плечу и потерлась ею об него.
Ну?
Через несколько показавшихся мне бесконечными мгновений я почувствовала его руки у себя на плечах.
— Ну, не злись! — просительно пробормотала я. — Пожалуйста.
Наконец он обнял меня по-настоящему — так, что кости хрустнули.
И хорошо, что хрустнули — он не услышал и, главное, не почувствовал, как я вытащила из заднего кармана его джинсов телефон.
  
Глава 3. Марина о земной тактике
 
Ничего хуже этого года в моей жизни не было. И в предыдущей — судя по обрывочным воспоминаниям той мокрицы, которой я в ней оказалась. Раньше ничего не помню — наверно, к счастью.
Эта начиналась тоже непросто — решившему работать студенту многое терпеть приходится. В турагенстве, куда меня взяли, мне сразу объяснили, что клиент всегда прав. Причем правыми всегда оказывались самые отпетые самодуры, заказывающие индивидуальные туры и выжимающие из сопровождающих все соки. Я в то время научилась носить улыбку поверх крепко сжатых зубов и видеть истинное лицо людей за фасадом социального статуса.
Очень мне эти знания пригодились, когда я до руководителя своей фирмы доросла. Особо кичливые фанфароны с пол-пинка отправлялись у меня на поиски экстремальных подводных камней в туристическом бизнесе, а нормальным клиентам мы всегда старались предложить новые туры, не имеющие аналогов на рынке. Нашим девизом тогда стало: «Остановка в развитии равна деградации».
А потом этот девиз вторгся в мою личную жизнь. Которая уже много лет состояла из двух моих подруг — Татьяны и Светки. Светка к тому времени уже в семье состоялась — как я в работе — а Татьяна все еще в облаках витала. Вот с этих облаков меня и послали в мое собственное экстремальное путешествие.
 
У Татьяны появился ухажер, который оказался ангелом. Догадалась я об этом не сразу — какому нормальному человеку такое объяснение в голову придет? Но уже много лет проработав с людьми, я просто чуяла, что с ним что-то не так. К тому же моменту, когда у меня пропали последние сомнения, ангелов вокруг Татьяны расплодилось, как микробов в благоприятной среде.
Управляться с ними оказалось не намного сложнее, чем с моими человеческими клиентами. По крайней мере, с теми, которые на земле постоянно — или почти — находились. У меня тогда уже вообще возникло стойкое ощущение, что ангелы делятся на небесных и земных, так сказать. Первые меня просто до исступления доводили своим заносчивым отношением к людям и полной невозможностью преподать им пару уроков. Во вторых же явно просматривалось благотворное влияние человечества, с его собранностью и стойкостью.
Во всех, кроме Татьяниного Анатолия. Это был абсолютно безнадежный случай, которого даже земля оказалась не в состоянии обтесать. Авантюрист до мозга костей — истерил всякий раз, когда любой человек в его окружении решался на малейший риск. Незамолкающий болтун о свободе выбора людей — стремящийся с маниакальный упорством контролировать каждый их шаг. Вечный источник хаоса во всех ангельских начинаниях — доказывающий с пеной у рта их благость и безошибочность.
Стоит отметить, что даже его соплеменники в один голос соглашались с таким о нем мнением. Причем, самые разные их представители: хоть Тоша, его коллега-хранитель, хоть Стас, один из их руководящего звена, хоть Макс, его темный противник, условно говоря.
Кстати, последние двое всегда были для меня ярчайшим примером узколобости и нетерпимости в ангельской среде. Стас — светлый, Макс — темный, но ведь одно же дело делают — выискивают пороки у людей — так зачем враждовать с незапамятных времен?
В моем с ними сотрудничестве этот вопрос был сразу поставлен ребром. Так и родился мой летучий отряд возмездия за уголовно ненаказуемую человеческую подлость. И оказался весьма успешным.
Мне, впрочем, тоже пришлось свою цену за его создание заплатить. Как только мне предоставили неоспоримые доказательства существования ангелов, эти милосердные существа поспешили сообщить мне, что в прошлой жизни у меня был свой хранитель. Который со своей задачей не справился. Его реабилитация в нынешней и была условием моего участия в деятельности их экспертов по низменным сторонам человеческой натуры.
Меня прямо от смеха распирало, когда я представляла себе их самодовольство — нашли они, понимаешь, слабое место у недалекого человечка, затронули в нем струнку сочувствия, чтобы не остался их разгильдяй без пресловутого второго шанса.
Я же с этим хранителем, Кисой, сразу все точки над ё расставила, предоставив ему право только совещательного голоса — и то, полушепотом и наедине. И соглашалась на его присутствие рядом с собой, поскольку оно давало мне в будущем довольно высокую гарантию доступа в недостижимые иначе сливки ангельского общества. Где я смогу, наконец, преподать им уроки смирения и адекватной самооценки.
Одним словом, после выхода на новый уровень моя жизнь снова организовалась и вошла в обычную четкую колею.
Потом у Татьяны с Анатолием родился сын.
А у Макса дочь. А потом — и у Тоши.
И оказалось, что все они — как любые полукровки — чрезвычайно талантливы буквально во всем.
Что чванливые небожители пережить не смогли и приставили к каждому мелкому наблюдателя — для сбора досье, на основании которого их можно будет — ни много, ни мало — уничтожить.
Наши земные ангелы оказались на грани бунта, мой летучий отряд — на грани распада.
Взрыв произошел, когда Анатолий попытался физически устранить наблюдателя своего Игоря. В результате его несдержанности всех ангельских папаш арестовали, а мелкие узнали о своей природе.