Ангел-мечтатель (СИ)

Галантно пропустив Татьяну и подкидыша перед собой по лестнице, я немного замешкался на самом ее верху — и увидел краем глаза, что горе-хранитель тут же исчез. Из чего следовало, что охвативший его порыв не имел ничего общего с трудовым энтузиазмом, а вполне мог быть инспирирован карающим мечом. После всех наших разминок и демонстрации полной боевой бездарности горе-хранителя на каждой из них, было смешно даже подумать, что карающий меч вызвал его в качестве подкрепления в возможном столкновении с Неприкасаемыми, но в качестве пушечного мяса, призванного отвлечь их внимание до прихода основных сил карающего меча, он вполне мог сойти.
На втором этаже мне пришлось включить свое самообладание на полную мощь: во-первых, чтобы не нарушить наши договоренности и не вызвать Неприкасаемых первым, и во-вторых, чтобы не отвечать Татьяне. На нее вдруг напала непереносимая болтливость — временами ей даже удавалось перещеголять своего горе-хранителя в едких репликах в адрес как подкидыша, так и мой собственный. Она явно пыталась задеть каждого из нас, чтобы мы бросились в перепалку, забыв обо всем на свете. Из чего следовало, что она была в курсе исчезновения своего горе-хранителя — а значит, последнее было отнюдь не спонтанным.
  
Глава 20.20
 
Не скажу, что этот вывод принес мне успокоение: в руках карающего меча горе-хранитель мог быть только дубинкой — причем, ломающейся при первом же ударе; что была способна натворить эта безмозглая дубина по собственной воле, мне, к сожалению, было известно не понаслышке — взять хотя бы тот день у реки, когда он в почти безлюдном кафе раскрыл мое инкогнито и спровоцировал вызов на землю целой комиссии из ангельских глав …
— Встреча закончилась, — короткой фанфарой прозвучал в моем сознании голос снова не лидера Неприкасаемых. — Прошла хорошо.
— Без инцидентов? — прорвалось в моем невероятное облегчение. — Посторонних не было?
— Нет, все, как договаривались, — уверил он меня. — Даже лучше.
— И что скажете? — не удержался я.
— Скажем, — эхом отозвался он, — но сначала спросим. Когда Вы будете в башне?
— Завтра, — напрягся я — если карающий меч решился все же на провокацию, то координатор встречи также ответственность за это несет.
— Будем ждать Вас на том же месте, — оставил он меня теряться в догадках.
Когда мы спустились после перерыва на первый этаж, горе-хранитель уже был на месте. Если бы не разговор с Неприкасаемыми, я бы предположил по его взъерошенному, потрепанному виду, что он таки получил урок смирения от превосходящего его в мастерстве противника. Татьяна бросала на него обеспокоенные взгляды — он бодрился, отвечая ей жалкой усмешкой, но когда вернулся карающий меч и уставился на него с плотоядной ухмылкой, вообще сник, сжался за своим столом, стараясь укрыться за сканером и не поднимая глаз даже на него.
Из чего я сделал вывод, что горе-хранитель либо не оправдал в чем-то ожиданий карающего меча, либо наоборот — действительно пустился в самостоятельное плавание и где-то перешел ему дорогу. Меня устраивали оба варианта: в любом из них одинокая дичь привлекла к себе взор истинного стервятника, который теперь не успокоится, пока не заклюет ее до беспамятства — и ни один из них не имел ни малейшего отношения к Неприкасаемым.
Их я нашел в апартаментах Гения, куда направился сразу после доклада главе, который вновь оставил у меня впечатление чистейшей формальности. Я намеревался расспросить его между делом и о внедрении Искателя на землю, и о более точных сроках моего собственного перевода туда же, но он слушал меня в полуха — кивая не к месту и явно думая о чем-то другом — и отпустил нетерпеливым жестом, как только я закончил. Ни о каких последующих вопросах в подобной ситуации в нашей цитадели и речи быть не могло.
С Неприкасаемыми моему любопытству также пришлось проявить терпение — как они и обещали. В апартаментах Гения говорил опять только их лидер, и я отметил про себя, что то ли у них определенная иерархия существует, то ли они из предосторожности функции разделили: лицом к лицу от их имени один выступает, а при мысленном контакте — другой. Во время разговора я пытливо вглядывался в спутников лидера, пытаясь догадаться, кто же это был, но ни один из них не произнес ни слова, лишив меня даже весьма туманного шанса определить своего невидимого собеседника — мысленный голос далеко не всегда совпадает с реальным.
 
— Как Вы можете охарактеризовать этого силовика? — сразу приступил к делу лидер Неприкасаемых, едва я переступил порог апартаментов Гения. — Только без всяких Ваших светлые-темные — профессионально.
Я с шумом выпустил уже набранный для длинной и вдохновенной речи воздух — при таком ограничении она автоматически сводилась буквально к паре фраз: дело свое карающий меч знает и безгранично ему предан. Не стоит, впрочем, забывать, что под этим делом подразумевается чуть ли не звериная охота на представителей нашего …
— Как он поступит, — перебил меня лидер, — получив приказ, противоречащий его точке зрения?
— В открытое противостояние он вряд ли вступит, — задумался я. — Хотя были случаи, когда он просто саботировал такие приказы и, вынужден признать, проявлял при этом недюжинную изобретательность. Но еще раз подчеркиваю: если ему придется выбирать между своими головорезами и любыми моральными ценностями …
— Насколько ему преданы эти головорезы? — снова не дал мне договорить лидер.
— Насколько я могу судить, абсолютно, — без тени сомнения уверил я его. — Он признает только жесточайший диктат со своей стороны и беспрекословное подчинение с их. Даже сейчас, уже не являясь их руководителем, он ежедневно подвергает их изнурительной муштре, типичной для светлого …
— Насколько хороши они в деле? — опять купировал лидер самое легкое критическое замечание в адрес карающего меча, сколь бы справедливым оно ни было.
— С ними лично мне сталкиваться не довелось, — сдержанно заметил я, — для этого им потребовалось бы загнать меня в угол, что абсурдно даже предполагать. Но ходят слухи, что их главарь их собственноручно муштрует — а с ним я в последнее время ежедневно на тренировках встречаюсь, и не стану скрывать, что в свои лучшие моменты он нередко почти до моего уровня дотягивает.
Неприкасаемые переглянулись — один из них сделал жест рукой с видом: «Ну, я же говорил!», другой пожал плечами со смиренным видом, а лидер несколько раз кивнул с решительным.
— А какое у вас о нем впечатление сложилось? — приступил я, наконец, к своим вопросам.
— Работать с ним можно, — огласил их коллективный вердикт лидер.
— Вполне с вами согласен, — заверил я их всех, — сам много лет более-менее сносно сотрудничал с ним на земле. Но хочу все же призвать вас к осторожности: он является не просто представителем светлых со всей их манией величия — он входит в их руководство и отвечает в нем за самые недружественные действия по отношению к нашему течению. Из чего следует, что на эгоцентризм у него наложена жажда диктата и агрессии …
— Мы тоже из той башни, — поднял на меня лидер тяжелый взгляд, — по происхождению. Не важно, откуда ты — главное, куда ты пришел.
Я смешался, поймав себя на мысли, что поведись мне прямо сейчас телепортироваться на землю только с одним спутником, которого пришлось бы выбирать между главой нашей цитадели и карающим мечом — со мной тут же отправился бы туда последний.
— Нет ли у вас известий от Искателя? — крайне обеспокоенный этим воображаемым и, главное, столь мгновенным выбором, увел я разговор в сторону от него.
— Каких известий? — озадаченно моргнул лидер.
— Я не успел полностью ввести его в курс дела, — объяснил я. — Там, куда он отправился, ситуация крайне запутанная — с людьми, ангелами и их потомками и чрезвычайно непростыми отношениями между ними, многие из которых тщательно скрываются от постороннего взгляда. Чтобы разобраться с ними, требуется довольно много времени — я мог бы помочь ему ускорить этот процесс …