Ангел-мечтатель (СИ)
— Я хотел бы узнать, что вчера произошло, — не позволил он мне даже начать его. — Чрезвычайное происшествие такого масштаба должно было потребовать от Вас полного внимания — там каждая мелочь могла иметь критически важное значение. Почему Вы остановили прямое вещание? Или оно тоже прервалось?
— После того, как выяснилось, что сканеры не работают, — взял я самый уверенный тон, — и глава светлых ищеек отправил ответственного за связи с аналитическим отделом с докладом к ним, передавать было собственно нечего. Светлые набросились друг на друга с обвинениями в саботаже — я передал Вам пару сцен, когда они хоть в какие-то рамки пристойности возвращались.
— Пристойности? — брезгливо поморщился мой глава.
— Поверьте мне, все остальное — особенно вначале — было намного хуже, — кивком подтвердил я обоснованность его отвращения. — Мне не хотелось, чтобы Вы стали свидетелем столь немыслимого хамства. Но я не предполагал, что устранение неисправности будет поручено Гению — иначе я бы сам, без посредничества светлых, обратился к Вам.
— Гений! — недовольно Поджал губы мой глава. — У него просто талант отсутствовать в тот самый момент, когда в нем возникает острая потребность. Мое согласие на его участие в этом проекте было данью моего уважения к нему и … — Он явно скорректировал свои слова, — … и к его прошлым выдающимся заслугам, но он имеет привычку злоупотреблять своим особым положением.
— Сканеры, однако, он восстановил практически мгновенно, — увел я разговор от совершенно недопустимой критики самой выдающейся личности нашего течения — о которой, в чем я не сомневался, мой глава сам впоследствии пожалеет.
— И что же вызвало их сбой? — правильно оценив мой деликатный намек, вернулся он к основной теме разговора.
— Как я и показывал Вам, — охотно поддержал я его, — незначительные отклонения от режима эксплуатации сканеров обнаружились практически у всех, но самое грубое их нарушение совершил, как нетрудно догадаться, глава светлых ищеек.
Мой глава нахмурился — с таким видом, словно перед ним лежали кусочки разорванного документа и ему нужно было сложить их в правильном порядке. Чем он и занялся, выстреливая в меня одним вопросом за другим и кивая моим ответам на них то с удовлетворением, то с досадой.
— Сбой в работе сканеров обнаружил глава светлой службы охраны?
— Да.
— С докладом о сбое отправил сотрудника он же?
— Да.
— Грязный скандал после этого тоже он начал?
— Да.
— Не совершал ли он каких-то манипуляций со сканерами в это время?
— Нет.
— Не оставался ли он один в помещении со сканерами перед этим?
— Нет.
— Не заметили ли Вы каких-то странностей в работе сканера после его восстановления?
— Нет.
Глава 20.3
Я отвечал на все вопросы быстро и уверенно — даже на те, которые требовали от меня предположений. Разумеется, карающий меч оставался наедине со сканерами во время нашего посещения земли и мог совершить любые манипуляции с ними, но их к тому времени уже отключил Гений. Не говоря уже о том, что у карающего меча просто ума бы не хватило нанести сканерам хоть сколько-то значимый ущерб — единственное, на что он оказался способен по нашем возвращении, это замахнуться своим на горе-хранителя.
Однако, во всех этих вопросах моего главы просматривался вполне определенный ход мыслей.
— Вы подозреваете умышленное вредительство? — медленно проговорил я.
— Когда речь заходит о наших партнерах, — снова сжал губы мой глава, — весьма разумно предполагать любые варианты, вплоть до самых худших. Они имеют тенденцию нарушать договоренности и совершать несогласованные действия.
— Тогда я бы скорее предположил, — продолжил я, вспомнив особенно злопыхательское выступление подкидыша в присутствии Гения, — что вредителем является не глава светлых ищеек — он слишком примитивен — а тот новичок, который напрямую связан с аналитическим отделом светлых. Он более чем откровенен в своей ненависти к нашему течению — при одновременном преклонении перед светлыми.
— А, этот! — пренебрежительно махнул рукой мой глава. — Не обращайте на него внимания. Он всего лишь статист, пешка на доске, которую оттуда снимут, как только она сделает свой ход. А вот говоря о фигурах, — нарочито сменил он тему, — я вновь хочу Вас поздравить.
Я вскинул брови с подчеркнуто озадаченным видом.
— Ваша дочь приобретает все большее значение в этой партии, — охотно пояснил он. — До меня дошла информация, что она уже пользуется довольно обширным влиянием, и с тех пор, как она взяла на себя контакты с другими исполинами, ее светлый приятель начал показывать куда более приемлемые результаты. Прежде ни один из его прогнозов не сбылся, и мы уже вполне закономерно подняли вопрос о правильности выбора его в качестве центральной фигуры в этом проекте. Сейчас он остался ею только благодаря Вашей дочери — и, собственно говоря, она уже уверенно делит с ним эту роль.
Когда-то мысль об этом приводила меня в ужас. Когда Гений подтвердил мне реальность такого сценария, я попытался его предотвратить. Когда же выяснилось, что моя дочь твердо намерена находиться рядом с юным стоиком, где бы он ни оказался, я смирился — я не смог отказать ей в праве выбора, оставив себе одну-единственную задачу: обеспечить им с юным стоиком всю возможную безопасность.
— Благодарю, — склонил я голову не так перед моим главой, как перед этим выбором. — Моя дочь всегда играет достойную роль.
— И сейчас, когда наша партия выходит на финишную прямую, — с одобрительным видом подхватил мой глава, — мы никому не позволим изменить ее ход. С сегодняшнего дня поручаю Вам особенно внимательно — отставив регулярную трансляцию — следить за работой сканеров. И при малейшем подозрении в отношении постороннего вмешательства немедленно сообщать мне.
Я не стал спрашивать его о финишной прямой — мне хватило его упоминания о ней. Выйдя из кабинета моего главы, я буквально взлетел в апартаменты Гения и тут же набрал мою дочь.
— Скажи-ка мне, Дара, — начал я, едва поздоровавшись, — что это за бурную активность ты развела?
— Чего? — оторопела она.
— Мне сообщили, — лишил я ее возможности увиливать, — что ты ведешь еще более обширную работу среди своих контактов. Неужели непонятно, что в сложившихся обстоятельствах нужно проявлять осмотрительность?
— И ты туда же! — надулась она.
— Но это же очевидно … А кто еще? — дошел до меня смысл ее восклицания.
— Нас Гений уже отчитал! — буркнула она. — Велел сначала опросник составить и пропустить через него всех наших, чтобы сразу было видно, кто просто потрепаться хочет, а кто готов делом заниматься. И потом только со вторыми и контактировать, а до тех пор время на болтовню не тратить — вот сейчас над вопросами думаем.
— Отличная мысль! — немного отлегло у меня от души. — Если она прозвучала от Гения, поверь мне, это самое оптимальное решение на данный момент — пока мы не найдем возможность встретиться с вами. Гений дал вам задание — это очень большая честь! — и я надеюсь, что вы на нем и сосредоточитесь и не подбросите нам еще какие-нибудь сюрпризы.
— Ну, ты уже совсем, как Тоша, говоришь! — фыркнула моя дочь. — Тот тоже уже второй день талдычит: «Как вы могли! Как вы могли!».
Как ни смехотворна была мысль о моем — пусть даже мимолетном — сходстве с недалеким опекуном моей дочери, я все же решительно взял себя в руки. Разумеется, у меня и в мыслях не было пенять им с юным стоиком на похвальную инициативность — а уж о том, чтобы вдалбливать моей дочери, с ее наследственной способностью схватывать все на лету, прописные истины, и речи быть не могло.
— Значит, Гений все же успел поговорить с вами? — твердо отбросил я пустую болтовню в пользу более значимых тем.
— И с нами, и со всеми, — подтвердила моя дочь свое неизменное умение слышать больше, чем было выражено в словах.
— О чем он мог с людьми говорить? — настала моя очередь удивляться.