Ангел-мечтатель (СИ)

— Именно поэтому Вам поручили устроить покушение на нашу свежую кровь? — негромко произнес он.
О, дождался набата! А нет — это кровь в висках застучала. Дожился — взрыв бешенства за сигнал тревоги принимаю! Вот что мне на это отвечать? Что руки выкрутили? Не аргумент. Что сделал все, чтобы малой кровью обойтись? Не интересно. Что если бы не я, то другой бы малой кровью не заморачивался? На это мне Марина уже все сказала.
— Первый состав Вашего подразделения, — пробился ко мне через воспоминания о ее пламенной речи голос титана, — большей частью был ликвидирован.
— Что? — догнал его мой собственный.
— Можете не сомневаться в моих словах, — небрежно заметил он, — распылитель и тогда был в наших руках. Убрали тех, кто вошел во вкус уничтожения, кто начал испытывать удовольствие от него. Ваша башня не приветствует никакие эмоции — ей нужно слепое повиновение. Остальным же в Вашем подразделении подавили эти воспоминания. И да, Вы правы, они стали очень законопослушны — такая процедура весьма этому способствует.
Не понял — мне, что, только что намекнули, что мои орлы железно дисциплину держат только потому, что им сознание кастрировали?
— И последнее, но самое важное, — отвлек меня от этой мысли титан. — По косвенным признакам, в том мире, о котором мы с Вами все время говорим, уже давно работают духи. Очень много духов. Они готовят взрыв — равного которому мы еще не видели. И подавлять его направлять Ваше подразделение. Подавлять физически — вместе с тем единственным из миров, у которого хватило сил сопротивляться до сих пор. Я допускаю, что Вы будете против, но сейчас Вы крайне удачно покинули свой пост. Вы уверены, что тот, кто заменил Вас на нем, окажется столь же принципиальным и чистоплотным? Вы уверены, что у Ваших подчиненных при возврате к прошлому не возродятся старые привычки?
Он отключился до того, как я ответил — нормально? Риторические вопросы силовой структуре? Нет, начнет у меня в отряде с азов устава — правил обращения к старшему по званию.
Но я все равно ответил. Вызвал орлов — велел доложить … Нет, оттранслировать мне дверь в мой кабинет. Так, печати все на месте — дисциплина в отряде пока держится.
Не понял — а этому зачем в мой архив? Нет, это нормально? Мы зачем этого дезертира-хранителя назад в строй приняли? Чтобы он вместо боя — по команде — в самый глубокий тыл прорывался? Он в моем отряде будет искать, кто ему его игрушки на землю доставляет?
Послал. Назад в строй.
Сел думать. Запутанный, однако, клубок образовался. И слишком много ниток из него торчит — за какую первую тянуть?
Проще всего начать с духов. С ними можно пойти прямо от исходной точки — ее расположение известно точно. Все вновь прибывшие с земли в учебке содержатся. Чем их там пичкают, никогда не интересовался, в каждом павильоне на них только под углом соответствия чисто профессиональным требованиям смотрят, а вот распределение у них с глазу на глаз с квалификационной комиссией происходит. Представители подразделений за дверью терпеливо топчутся, чтобы принять пополнение прямо на выходе.
Эту картину я сам наблюдал на первом Татьянином распределении. И когда она себе дополнительный курс выторговала, не нашел ее ни на входе, ни внутри — значит, можно тех, кто в духи решил податься, вывести оттуда без шума и пыли.
На втором Татьянином распределении, когда мы ее оттуда выдернули, хватило и шума, и пыли — и, судя по докладу орлов и клещами вытянутого признания балабола, по крайней мере, один в комиссии был от аналитиков.
В этом я лично убедился на ее третьем распределении. А вот среди остальных членов комиссии ни одного даже мало-мальски знакомого лица не оказалось. Рядовой аппарат Генштаба для массовости пригнали или супер засекреченные патроны духов на последнюю схватку с аналитиками явились? На аксакала глянуть — а главное, его послушать — так прямо образцовый кандидат в провокаторы против людей. Аналитики его у конкурентов из-под носа в последний момент выхватили?
Вызвал Зама — велел доложить о распоряжении готовить павильон для новой группы молодых курсантов, как только оно поступит. И держать на контроле график их стажировки в других павильонах. Как только все пройдут, подежурю в учебке, чтобы поприсутствовать на еще одном распределении. Нет, не подежурю — отбросит же.
 
Вызвал … нет, потом вызову орлов — снарядим туда разведчика, чтобы мне все транслировал.
Еще одна ниточка прямо в Генштаб тянулась. На последнем заседании, на которое я с докладом и отставкой ходил, раздрай еще тот был. Такое впечатление, что они по любому вопросу сразу в драку лезли — на меня большей частью никто внимания не обращал, и рассмотрел я их, как следует. Та парочка, что мне приказ на аварию для мелких передавала, явно была из наблюдательного лобби. А вот среди остальных любой мог оказаться адвокатом идеи прижать землю к ногтю.
Прямо хоть пост наблюдения у входа в зал Совета ставь — чтобы выследить того, кто оттуда к аналитикам шастает. Орлов туда отправлять нельзя — ждать, возможно, придется долго, а у них на безделье один рефлекс: вязать. Причем, так, чтобы объект помялся от усердия.
А самому сунуться — так пропуск мне туда никто не выпишет, а если меня от обычных подразделений отбрасывает, то оттуда и отшвырнет, и расплющит. Вызывать потом орлов, чтобы отца-командира со ступенек соскребли? Непорядок.
  
Глава 18.11
 
А вот к целителям — еще одной ниточке — пропуск добыть вполне реально. Хорошо бы и у них в архивах покопаться — выяснить, кто давал приказ на распыление первого состава моего отряда и на чистку памяти у остальных. По этой ниточке я до конца пройду, даже если она с другими не связана. Использовать моих орлов, как бойцовских псов, натаскивать их на кровь и смерть, а потом избавляться от них, когда вся грязная работа сделана — такое у меня никому с рук не сойдет. Где бы этот кто-то ни сидел.
Но целителей же заинтересовывать придется — на этот раз без ответной услуги они на сотрудничество не пойдут. А из всех встречных шагов их только два интересуют — те, которые приведут к ним либо балабола, либо аксакала. Вдохновляют оба варианта. Но аксакала из ставки не выманишь, а похищать — аналитики кипеж поднимут, и как его через блок-пост незаметно протащить?
Балабол сам, на законных основаниях, в штаб-квартиру наведывается. И пропуск к целителям и на него можно выписать. И доставить туда стреноженным, чтобы во время исследования не брыкался. И даже рот кляпом заткнуть, чтобы внештатники на его вопли не сбежались. Но как его заставить инвертироваться, чтобы к моим орлам по поводу его транспортировки вопросов не возникло?
Не говоря уже о том, что вопросы могут у них самих возникнуть — втерся, гад, к ним в доверие! Рисковать крушением дисциплины можно только после того, как не останется ни малейших сомнений в ее неизменной прочности. Которые мне титан подсунул, леший его прихлопни!
Орлов я, вроде, проверил, а вот Зама, от греха, ждет крепкий разговор — на предмет того, все также ли ему еще великовато мое кресло и с какого перепуга орлы под его началом приказы вопросами встречать начали.
В последующие дни выяснилось, что клубок оказался посерьезнее. Настолько, что у меня глаз задергался. И часть ниток в нем обернулись колючими проволоками. Одна из которых лишила меня ценнейшего пополнения в мой отряд, а от другой я и сам берега потерял. Причем, насовсем. И когда за обеими снова не последовало никакого набата, я решил, что Татьяниного балабола из эпицентров катастроф разжаловали.
На следующий день он вернулся от своих еще более довольный — как внештатники, если бы я им в руки попался.
Нормально? У них один и тот же человек по кругу, как проклятый, ходит — а они и в ус не дуют? Передают его с рук на руки — ни разу не подав заявку в мой отряд на расследование, кто им постоянно палки в колеса вставляет? Уже, что, и эти документы подчистили, чтобы мундир хранительский навечно незапятнанным остался?