Его тайная дочь (СИ)

– Что? Ты о чем? Не понимаю?
– Да уже вся желтая пресса на ушах стоит. Все пишут о том, что он проводит ночи с этой Снежаной. Вот опять сегодня их застали отплывающими на его яхте. Хоть бы прятались, ну честное слово. Известные же люди!
Значит, Снежана.
Я медленно оседаю на постель, откладывая телефон.
Он с ней. Поэтому и недоступен!
Черт.
Макс так много сделал для меня! Я должна чувствовать только благодарность!
Но почему тогда внутри меня вдруг становится так холодно и пусто?
21 глава 21
Всю ночь мечусь по постели. Как ни уговариваю себя заснуть совершенно не получается.
Уже под утро проваливаюсь в тяжелый, нездоровый сон.
В котором попеременно вижу то Матвея, то Максима, обнимающего и целующего Снежану…
Просыпаюсь чувствуя себя выжатой, как лимон.
Ползу в ванную и понимаю, что сейчас меня можно просто испугаться.
Темные круги под глазами, запухшие глаза.
Ужас.
Заставляю себя взять себя в руки.
Быстро готовлю завтрак, привожу себя в порядок. Замазываю лицо тональным кремом. Чтобы не испугать Матвея, когда я у него появлюсь.
Максим ничего больше толком не сказал. А, значит, я еду сразу же в больницу. Его больше дергать не стану. Напоминаю себе, что Максим и так сделал гораздо больше, чем я могла мечтать!
– Доброе утро.
Удивленно моргаю глазами, выходя из дома.
Мне показалось, когда я выглянула из окна, что внизу машина Максима. Впрочем, номеров я не помню, а в марках машин разбираюсь плохо. Мало ли черных внедорожников?
Но сейчас…
Оказывается, я была права!
Потому что у распахнутой дверцы машины стоит именно Максим.
Свежий. Бодрый. Пахнущий свежестью и своим изумительным парфюмом, от которого кругом идет голова и слюна сама собой собирается во рту. Неужели так выглядят после бурно проведенной ночи?
– Доброе утро, Максим.
Сама того не желая, отвечаю холодно. Опускаю глаза.
Мне больно думать о том, где он был и чем занимался!
– Я думал, ты еще спишь. Не хотел подниматься и будить тебя. Еще слишком рано. И куда это ты собралась?
– Я? К Матвею.
– Его уже отвезли, Лада. Он…
Максим смотрит на часы, а затем поднимает глаза в небо.
– Уже примерно полчаса, как вылетел.
– Ох… Почему ты ничего мне не сказал? Я смогла хотя бы попрощаться! Сказать ему ободряющие слова!
– Он взрослый парень. И очень сильный. Он сам настоял, чтобы тебя никто не трогал.
– Ты с ним говорил?
– Я ведь должен был сам все проконтролировать. Как иначе?
Мнусь рядом с ним. Не знаю, что сказать.
Хочется задать ему вопросы о его ночи. Но у меня нет таких прав. В конце концов, я не ревнивая жена Максима!
Да и вообще. Не жена. Никто.
– Как насчет кофе? И завтрака?
– Ты за этим приехал? Чтобы мы позавтракали?
Черт.
Я запуталась. Я уже ничего не понимаю в наших отношениях!
– И не только.
Максим усмехается.
Это опасная улыбка! Опасная!
Потому что она режет сердце не хуже ножа! Проникает прямо внутрь!
– А… Что еще?
Его глаза вспыхивают совсем неоднозначным блеском. Когда он в один миг проводит по мне взглядом с ног до головы.
– А еще у меня появились срочные дела в Англии. И мне очень понадобиться там моя переводчица. Вылетаем сразу после завтрака, Лада. Это приказ и не обсуждается.
– Но…
– Все необходимое купим уже там. Это очень серьезные дела. Будет много официальных встреч. Ты должна соответствовать, как и твоя одежда. Поэтому все эти вопросы решим уже на месте.
– Но… Кроме одежды…
Черт. Поездка, это же еще и белье! И разные принадлежности. О которых мне совсем не хочется говорить с мужчиной. С любым мужчиной, тем более, с Максимом.
– Корпоративная карта будет в твоем распоряжении. Я не собираюсь контролировать на ней каждую копейку. Садись в машину, Лада. Самолет ждать не будет.
– Я смогу увидеться с Матвеем?
– Эм…
Максим трет подбородок. Задумывается или делает вид?
– Пожалуй, сможешь. Правда, наш объект будет немного далеко от клиники. Но в мире мало невозможного, я ведь уже говорил? Думаю, у тебя будет несколько свободных часов.
 
Максим распахивает передо мной дверцу машины.
Я усаживаюсь, с непониманием глядя на его улыбающееся лицо.
Ничего не пойму.
Это и правда какие-то срочные дела? Или Максим выдумал эту поездку ради того, чтобы я смогла быть рядом с Матвеем? Но зачем тогда так сложно?
Максим Захаров для меня полнейшая загадка! Хоть кажется , что более открытого человека нет на всей земле!
Мы отправляемся завтракать в небольшой ресторанчик рядом.
Максим заказывает на свой вкус.
Я нервничаю.
И волнуюсь за Матвея.
На языке вертится множество вопросов, но я не могу их задать. Не сейчас. А, может, я ошибаюсь, и все вопросы очень скоро отпадут сами собой?
Максим постоянно отвечает на какие-то звонки. Или набирает кого-то сам.
Говорит сухо и явно по делу.
По крайней мере, мне это дает возможность спокойно заняться завтраком.
Хоть руки и подрагивают. Бросает в пот от волнения так, что одежда становиться мокрой.
Если бы я знала, что приподнесет мне сегодняшний вечер!
То поняла бы, что утро, это еще не самый большой повод волноваться!
Но я не умею заглядывать в будущее.
Потому просто заканчиваю завтрак. Спешу, замечая, что Максим уже доел и попивает кофе.
– Не боишься лететь?
В его глазах зажигается насмешливый игривый огонек.
Летать. Плавать. Ночной лес без единой живой души…
Нет, Максим Захаров. Не боюсь. Больше всего я боюсь тебя на самом деле. А, если еще точнее, то собственных чувств! А, значит, саму себя…
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Не пробовала.
– Значит, проверим.
Максим бросает на столик несколько купюр. Поднимается, не дожидаясь сдачи.
Пропускает меня вперед.
– Эм… Аэропорт разве не в другой стороне?
Растерянно верчу головой , понимая, что мы сворачивает совсем не туда, куда следовало бы.
– Это частный самолет. И частный аэропорт, – коротко отзывается Максим и почему-то слишком пристально на меня смотрит.
Как будто проверяет мою реакцию на его слова.
– О. Хорошо.
Киваю, не зная, чего он от меня ждет в ответ на эти слова.
Теперь я волнуюсь еще сильнее.
Даже не знаю, как я отреагирую на полет. А особенно, на полет только с ним! Наедине!
– Ну что? Не страшно?
Максим усмехается, когда я останавливаюсь у трапа. Растерянно мнусь.
Кажется, я и правда боюсь летать.
– Пойдем. Если что, у меня есть мятные таблетки. Не бойся, Лада.
Максим уверенно берет меня за руку. Переплетает наши пальцы и тянет меня вперед.
У меня тахикардия. Пульс начинает зашкаливать от такого простого прикосновения. А еще…
Макс поглаживает внутреннюю сторону моей ладони большим пальцем.
Наверное, он делает это для того, чтобы меня так успокоить.
Но на деле выходит еще хуже.
Потому что…
Потому что так некстати я вспоминаю ту нашу единственную ночь.
Его крепкие, уверенные руки, которые скользили по моему телу. Вспышки, что проносились у меня внутри. Дикое томление и пульсацию внутри живота.
И его губы…
Твердые. Уверенные. Будоражащие… Сводившие меня с ума так, что голова кружилась!
– Ты в порядке?
Его хриплый голос раздается в самое ухо.
– Да.
Киваю, чувствуя, что поездка будет непростой. И долгой. Потому что каждая минута рядом с Максимом растягивается для меня на час, никак не меньше!
– Максим Станиславович.
Мы усаживаемся в кресло, и перед нами тут же появляется роскошная блондинка.
А улыбается Максиму слишком интимно. Так, как будто давно привыкла обращаться к нему без отчества.
– Желаю вам приятного полета. Как всегда, наша команда со своей стороны сделает для этого все возможное.
Ее улыбка становится еще шире. Меня, к слову сказать, она как будто и не замечает.