Кожеед (СИ)
- Вот что будет с теми, кто нарушает правила! Итак, раунд сыгран. И моя подсказка…
Свечников вздрогнул и с надеждой посмотрел на Кожееда.
- Твоя жена находится… - произнес тот торжественным голосом. - В России!
- Ты! – голос полицейского был сдавленным от ярости.
Свечников поднял окровавленный топор, и сделал шаг к Кожееду. Тот выставил руки.
- Стоп, стоп, стоп. Это была шутка, прости. А наша подсказка… - он помедлил. - Новгородская область!
- Конкретнее!
Кожеед улыбнулся.
- Конкретнее будет во втором раунде. Если ты захочешь продолжать.
Кожеед подошел к Оле, поднял со стола отрубленную руку и помахал ей у девушки перед носом. Оля отшатнулась.
- Ну, что ты, глупенькая? - сказал Кожеед. - Крови боишься? Ну, ничего, скоро привыкнешь.
Он равнодушно отбросил обрубок в сторону. С усилием поднял, перетащил и поставил на стол огромный ярко-желтый аккумулятор.
- Вух! Тяжелый, сука, - Кожеед повернулся к полицейскому. - Свечников, ты, я смотрю, притащил все разом. О чем ты думал? Думал, что если я не расколюсь, когда ты отрежешь-отрубишь мне ноги-руки, то испугаюсь какого-то тока?
Полицейский не ответил.
- Ну ты бука, - заметил Кожеед. - Сколько тут вольт?
- В пиковом режиме он дает четыреста с лишним ампер.
- Ого! Ты что, из меня барбекю собирался сделать? Ай да, Свечников, ай да наш сукин сын!
- Пошел ты, - буркнул полицейский.
- Свечников, не хами… Что-то мы давно не слышали нашу больную, - продолжал убийца.
Аня вздрогнула и испуганно на него посмотрела. Кожеед вернулся к складу вещей в углу, зарылся туда. Долго там что-то искал, перебирал, выискивал. Наконец, Кожеед вытащил литровую бутылку с водой, обрадовался. Затем подошел ближе к кровати, где лежала Аня. Денис видел, как Аня при приближении Кожееда невольно сжимается в комок.
Кожеед свернул крышку с бутылки, приложился губами к горлышку. Денис видел, как дрогнул кадык на худущей шее маньяка. По грязной, в пятнах крови, коже ползла окровавленная капля пота. Кожеед отпил еще и протянул бутылку Ане.
- Хочешь? - спросил он, улыбаясь.
Она, чувствуя подвох, отвернулась.
- А зря, я как врач рекомендую. Ну, тогда так.
Внезапно Кожеед поднял бутылку у Ани над головой и перевернул. Аня взвизгнула, дернулась. Вода с шумом лилась. Кожеед дождался, пока вода вытечет вся. Побрызгав остатками на кровать, он удовлетворенно смотрел на дело своих рук. Аня была мокрая, словно только что из-под дождя. Кожеед кивнул.
- Итак. Начнем сначала. Тебя зовут Аня, это я знаю. Это твой парень, - Кожеед показал на Кешу. - Правильно? - он перевел палец на Дениса. - А это брат твоего парня. С которым ты спала. Я ничего не путаю?
- Пошел ты! - Аня вздернула подбородок. Но Денис видел, что губы у нее дрожат. Аня смертельно испугалась.
- Я бы на твоем месте не хамил, а сначала выслушал бы задание, - покачал головой маньяк. - Ну-ну. Продолжим. А это…
Он обвел взглядом ребят и остановился на Жене.
- …это девушка брата – Женя. Странные у вас отношения получаются, - сообщил Кожеед Жене. - Твой парень попался на измене, а извиняется он только перед Кешей.
Кожеед провел пальцами в воздухе, рисуя треугольник.
- Ты в этой схеме вообще присутствуешь или так, одно название: “это мой парень, это моя подруга”?
Женя молчала, ее колотила дрожь. Она стиснула руки так, что ногти побелели.
- Согласен, обидно, - Кожеед поманил ее пальцем. - Иди-ка сюда. Сейчас мы проверим – тварь ты дрожащая или право имеешь.
Он подтащил стул к кровати.
Женя села напротив Ани. Кожеед вытащил из склада и поставил перед ней литровую банку из толстого стекла. На бумажной наклейке было написано от руки «NaOH».
- Ты знаешь, что здесь написано? – спросил Кожеед.
Женя помедлила и кивнула.
- Щелочь, - сказала она.
- Молодец, кто-то не прогуливал химию, - кивнул Кожеед. - Как ты считаешь, Аня красивая девушка?
Аня дернулась на кровати, чуя беду.
- Отвечай, это же простой вопрос, - Кожеед ждал.
- Да, очень, - кивнула Женя.
По ее щеке скатилась слеза. Маньяк засмеялся:
- Почему ты плачешь? Сегодня тот день, когда можно все. Вон, взгляни на Свечникова. Я ваш персональный Дед Мороз. Твори любую херню, а потом все спишешь на маньяка. Так, продолжим…
Кожеед, отдуваясь и фыркая, подтащил тяжеленный аккумулятор ближе к кровати. Затем достал два толстых провода — черный и красный. На концах у них были металлические “крокодилы”. Кожеед подсоединил черный провод к “минусу” аккумулятора, красный к “плюсу”. Взяв в руки зажимы, Кожеед пощелкал ими перед лицом у Ани. Треснуло, полетели голубые искры. Аня зажмурилась.
- Как ты считаешь, какие женщины нравятся твоему парню? – продолжал Кожеед. Он повернул голову ко второй жертве: – Женя, я к тебе обращаюсь!
- Я… я не знаю.
- А кто будет знать? Так! – он резко обернулся. – Свечников, тебе, я смотрю, не интересно?! Тут у людей драма, между прочим, - он повысил голос, - Побольше сочувствия, мать вашу! Это ко всем относится!
Полицейский отошел в дальний угол, он старался не смотреть на происходящее. Кожеед понизил голос, заговорил низко и угрожающе:
- Подойди поближе, иначе все пропустишь. Свечников, я сказал, подой…
- Хватит болтать! - зло и спокойно оборвала его Женя. Глаза девушки блестели.
Кожеед удивленно посмотрел на нее.
- Ого, кажется, кто-то перестал дрожать. Молодец, уважаю.
Кожеед подключил клеммы к аккумулятору.
- И, правда, к делу. Поставим вопрос ребром. Задание: Женя, если ты прощаешь Аню, то засунь палец в кислоту… тьфу, в щелочь! Если нет… Тебе достаточно подождать, и она будет наказана. Готовы? Я считаю до пяти.
Кожеед легонько стукнул прищепкой по краю кровати, там, где скопилась лужица воды. И разряд тут же пробежал по кровати — голубой искрой. Тело Ани выгнулось, и она вскрикнула.
- Мы же еще не начали! - закричал Кеша. – Нечестно!
- Просто проверка! Поехали. Начинаю отсчет. Один, два… Повторюсь: ты можешь меня остановить, просто засунув палец в склянку…
Женя не шевелилась.
- Три.
Женя взяла в руки банку и открыла ее. Сморщила нос от запаха щелочи.
- Четыре, - Кожеед заулыбался. - Пять!
Женя поставила банку на пол и скрестила руки на груди. Мол, я умываю руки.
- Вот как? - Кожеед вскинул брови. - Понимаю. Прости, Аня,
Аня побелела, как полотно.
Он защелкнул клемму. Разряд пробежал через Анино тело, в комнате сразу запахло озоном и жареным мясом. Аня задергалась и закричала. Нога, привязанная на кронштейне, неестественно выгибалась.
Первым не выдержал Кеша. Он вскочил с места и закричал:
- Хватит! Хватит! Женя, останови его!
- Даже рогатый парень ценит ее больше, чем тебя, - громко сказал Кожеед, перекрикивая треск разряда.
Кожеед, наконец, отсоединил клемму, и Аня обмякла на кровати.
Молчание прервал Свечников:
- Ориентир?
- Что ты вечно торопишься? – Кожеед отмахнулся. - Мы еще не доиграли раунд. Анечка, как ты? Теперь твой ход, соберись.
Кеша помог ей сесть. Девушка вся дрожала, глаза дергались.
- Какой еще ход? - не понял Свечников.
- Ответный. В основе этой игры – старый добрый принцип «око за око». Ты же веришь в справедливость?
Свечников не ответил.
Кожеед взял со стола склянку со щелочью и вручил Ане.
- Держи крепко. Иначе бо-бо. Женечка, а ты иди к нам.
Женя, словно в трансе, подошла поближе. Она старалась не смотреть на Аню.
- Аня, твой ход. Готова ли ты понять и простить? Я считаю до пяти. Если хочешь отомстить Жене, выплесни ей в лицо содержимое склянки. И будешь отомщена!
На лице Жени отобразился испуг. Затем понимание.
- Если ты готова простить, то на счет «пять» подпрыгни.
- Что? Как она?.. - не сообразил Кеша. - У нее сломана нога!
Кожеед засмеялся.
- В этом вся соль, и кто сказал, что прощать легко? Два. Вы посмотрите, как они напряглись! Три. Это прямо мексиканская дуэль. Между вами, девочками… Четыре!