Восход Луны (СИ)
- Спасибо, я уже сыта. - Аликорн допила кофекао.
- Доешь позже, когда захочешь.
Убрав посуду, поцеловал макушку пони и сказал, что жду ее в гостиной.
- Ты хотел видеть меня? - Принцесса села на диван.
- Видеть, и слышать, и чуять, и осязать. - С улыбкой погладил ее плечо. - Вот, настраиваю тебе телевизор.
- А что там?
- То же самое, что с видео: есть хорошие интересные каналы и передачи, а есть так себе. Для тебя телевизор не только развлечение, но и способ узнать побольше о нашем мире, не выходя из дома.
На первые места я поставил «Disсovery», «Animal planet», «National Geographic», «Культуру», «СТС», «Cartoon network», поясняя, на каком канале что идет. На «Disсovery» шла передача о космосе, и Луна попросила оставить включенным этот канал. Учитывая, сколько лет аликорн прожила на Луне, глядя на звезды, ее интерес к космической теме был легко объясним.
- Итак, Принцесса, вверяю вам квартиру, оставайтесь за главную здесь.
- А как тут паузу поставить? - Озадачилась Луна.
- На канале? Никак. Пауза есть только в видео.
- Понятно. - Пони потерлась щекой о мою щеку. Я приласкал ее голову и шею. - Спасибо, Лайри, удачи тебе.
Любимая проводила меня до двери. Видно было, что ей грустно расставаться, но она понимает причину временной разлуки и принимает как должное.
На улице мне показалось, что я попал в царство снежной королевы - валил густой снег, сильный ветер сбивал с ног. Добравшись до гаража, порадовался теплому салону «Пассата» и привычке выезжать, имея запас времени - путь обещал быть долгим.
Вот и первый перекресток. С натужным воем и грохотом, подобно танку, мимо проползает снегоуборочная техника. Еще бы пару лазерных пушек прикрутить - и никаких «Терминаторов» не надо. Взяв с приборной панели тощую пачку «Стиморола», сжевал последнюю засохшую пластинку, бумажку выкинул в метель. Может, и Луну чем-то из нашего мира угостить? Но не с таким убойным вкусом, как эта жвачка. Тронул машину в путь.
Новый перекресток. Расслабился, ожидая зеленый свет. Всего несколько человек переходят дорогу. В корму мне уставилась морда ворчащего «КамАЗа», а обзор впереди заслонил заляпанный грязью квадратный зад «Икаруса-гармошки». Скучающая у окна девочка в синей шапочке скроила рожицу и показала язык, но я никак не отреагировал на ее ужимки. Скажите на милость, куда можно ехать с малолетним ребенком? В такую погоду все дома сидят, телевизор смотрят. Луна тоже смотрит, ага. Ни собак, ни кошек, даже птиц нет, одни люди шастают. Интересно, а что делать пегасу, если попадет в метель? Спросить бы у принцессы.
Подъезжая к парковке, окинул взглядом машины коллег, заметенные снегом до неузнаваемости. Ладно, моя машина будет третьей справа и узнавать не надо. Сплюнул жвачку в урну у входа.
В коридоре меня тормознул скучающий охранник. «Тетрис» в его руках издавал звуки стрельбы.
- Полосатый, курева нет?
- Я не курю.
- Третий некурящий за утро, вы что, поголовно все записались в «МинЗдрав»?
- Про других не знаю, но я ни в каких минах не состою.
- Ну лан, иди.
Отпер кабинет. Обстановка тут не менялась: шкаф, вешалка, письменный стол, пара стульев, жесткая койка. Унылый «салатовый» цвет стен. Яркая, аж до рези в глазах, «лампочка Ильича». Настенные часы в виде русалки, беременной циферблатом, столь вульгарные, что всегда показывали только летнее время - никто не хотел их переводить, и батарею меняли раз в три года. Зарешеченное окно с прутьями толщиной с палец. Ясен пень, первый этаж. На подоконнике доживал свой век дряхлый радиоприемник «Океан-209», перемотанный изолентой поперек корпуса и грозящий развалиться на кучу транзисторов от одного лишь неосторожного взгляда. Изредка самопроизвольно включаясь, он неразборчиво вещал с предсмертным воем и хрипом. Про себя я называл его «Барханом».
Вешалка скрипливо согласилась подержать мою куртку. Включив настольную лампу, сел, пролистал блокнот до текущего дня, отметился в расписании. Скоро должен прийти клиент. Делать было нечего, и на крайнем пустом листе я принялся рисовать Луну, вспоминая ее взгляд после «согревающего» поцелуя.
Сможет ли она оправиться, получив такие травмы? Ее поведение - то взлет, то посадка, хотя, нет, не посадка, а «штопор». То набирает головокружительную высоту, подхваченная ветром светлых чувств, то, словно в миг лишенная крыльев, падает, без надежды на спасение. Неопределенность и страх подкашивают ее, в прямом смысле. Задумчиво потер лоб. Но все же она стала спокойнее, чем была в первый день. Не столь настороженной и зашуганной. Особенно после песен Кадышевой, смотреть на Луну было истинным счастьем.
За дверью прозвучали чьи-то грузные шаги. Вздрогнув, глянул на дверь. Немного потоптавшись, человек ушел, шаги стихли в конце коридора. Я снова склонился над блокнотом.
И как мне быть с Луной дальше? Перед уходом она поцеловала меня в щеку. Легко так, скромно. Продолжать ли мне ухаживать за ней и заигрывать, помогая перечеркнуть в памяти все то плохое, что она испытала до меня? Или постепенно отдалиться, держа некоторую дистанцию, ждать, пока она успокоится сама и перестанет нуждаться в помощи? Клин, конечно, клином вышибают, но вот не ясно, с какой стороны подходить, блуждая в потемках чужой души. Особенно, когда эта душа…
Дверь распахнулась так резко, что я подскочил. На пороге стоял заснеженный мужик.
- Чертова метель, из-за нее автобусы толком не ходят. Опоздал, конечно. - Проворчал он, отряхивая меховую шапку и снимая пальто.
- Гр-рх… - Выдохнул я, убирая блокнот. - Заходи, Иван. Не так уж ты и опоздал, минут на десять.
Стул заскрипел под массивным телом. Сцепив мощные руки, Иван оперся на стол и осмотрелся словно в поисках чего-то. Хоть ему было всего тридцать с малым лет, выглядел он намного старше, усталым и заброшенным. Тяжелый, потухший взгляд дрейфовал по комнате, ни на чем не фокусируясь.
Достав из ящика стола пачку «Примы», толкнул по столу - руки Ивана на миг шевельнулись, словно желая расцепиться.
- Не, хватит с меня этой дряни.
- Ну, как развелось? - Смахнул сигареты обратно в стол.
- Тупо, никак. Третью неделю живу один, жру макароны, вспоминаю прелести холостяцкой жизни. Да еще здоровье падает, а доллар растет.
Чесслово, после живой Луняшкиной мордочки - лицо человека казалось мне не выразительнее кирпича.
- Спина?
- Спина, плечи, задница. Короче, все к черту. Одна работа, и та, торчу на ней как робот. Спал бы там в чулане, хоть домой вообще не возвращайся.
- Иван, раз уж совместной жизни у тебя не вышло, то хотя бы ради своей собственной жизни ты должен быть здоровым. Если не возьмешься работать над своей болезнью с позвоночником - она тебя вконец угробит.
Взгляд «рабочего дрона» остановился на моем лице.
- Я ленивец. Увы и ах. И честно в этом признаюсь. Пока могу двигаться - нифига делать не буду. Да и времени на все это нет - между упражнениями и сном выбор будет однозначно в пользу сна. Может, в отпуске попытаюсь, да и то не факт... Это уже не вылечишь, просто надо жить пассивно и не пытаться сворачивать горы.
- Мдя-я-я... - Взяв из стакана карандаш, повел им перед лицом Ивана.
- Вот ты какой, голос совести моей... Ну мне ж стыдно... и лениво... и как это разрулить? - Мужик пожал плечами, не расцепляя рук.
- А вот представь, что в один такой момент, в следующую минуту - тебя хряпснет, и останешься без спины и без ног. Весело будет, мр-р-ры? - С картинным треском переломил карандаш, половинки которого со стуком упали на стол.
- Нет, не весело. Но зато появится время, а главное стимул заняться своим здоровьем. Без ног? Честно - даже думать о таком жутко. Я с ума сойду, без движения-то.
- А когда подобное случится, заниматься поздно станет. Как видишь, твоя же лень тебя предаст.
- Тут ты прав. Надо топать в больницу и решать проблемы... Пока не поздно. Волшебный пендель мне в помощь. А потом браться за спину и прочие места.