Восход Луны (СИ)

- Попробуй. - Улыбнулась Луна, отщипывая оставшиеся лепестки.
Сам лепесток почему-то ничем не пах, а вкус его оказался похожим на кроличье вяленое мясо. Луна прожевала и продолжила:
- Любимый цветок путешественников - сушеные лепестки очень долго не портятся и почти ничего весят, зато весьма сытные. Фестралы делают из этих роз отличные сухпайки, выручающие в долгих сменах. И я полагаю, их стоит целенаправленно выращивать в закрытых розариях, с тем, чтобы в дальнейшем ввести как пРОЗОвольствие в рацион Солнечной гвардии вместо «опилок», на которые сетовал недавно Файрволл.
- И кроме обученного персонала, обслуживать их будут наказанные штрафными нарядами за провинности гварды в противогазах, после чего дисциплина в войсках окрепнет, как никогда... - Луна пакостно хихикнула и предвкушающе потерла передние копыта. - Так что, пожалуй, обойдемся без внедрения понижения в горничные. А, ну да, я немного отвлеклась, размышляю об улучшении нашей армии.
Однако, да, Нортлайт прав - Эквестрия страна небезопасная. Вернее, не опаснее Австралийского буша, джунглей Амазонки и любого иного места. Для местных в родной стране все знакомо и понятно, а я тут как в чужой сказке. Хм, что-то это мне напоминает... На всякий случай я проверил, нет ли под скамейкой драконов, пантер или желтых удавов. Откуда? А кто их знает, тут все откуда-то берутся, как тот же Бантик во дворе.
- Посидим?
Скамья была достаточно большая даже для аликорна, и Луна прилегла со мной рядом.
- Тут хорошо, н-гр-р-рх…
Я с наслаждением потянулся и приобнял Луну за плечи.
- Послушай, - Луна тронула копытом бедро, - я не оскорбила тебя своей просьбой вчера?
Учитывая вчерашнее многогранное состояние Луны, решаю на всякий случай уточнить.
- Какой просьбой?
- Видишь ли, - собеседница потупилась, - я была столь пьяна, что почти ничего не соображала. И не подумала, что просьба поласкать меня, ну… может быть для тебя унизительной или неприятной по личным причинам.
- Все было прекрасно, мне очень понравилось, и я получил огромное удовольствие.
- Даже так? Я… - Аликорн опустила взгляд, тем не менее, охотно подставив ушко для почеса. - Я рада это узнать.
Любимая о чем-то заметно нервничала, порываясь сказать, но закусывала губу и давилась сдерживаемыми словами.
- Лу? - Я погладил ее щеку. - Что с тобой?
- Лайри, я должна сказать... - Опустив уши, Луна шумно выдохнула. Я прикоснулся ладонью к ее шее, желая ободрить. Пони несмело подняла взгляд.
- Мне невыразимо стыдно за свое поведение там, у тебя дома. Я замкнулась на своих переживаниях, и напрочь позабыла о тебе. Мне горько и больно осознавать, что, ослепленная иллюзиями, я убивала тебя своим презрением.
Я молчал навстречу взгляду, полному скорби. Я давал Луне возможность высказаться. Плотно сжав губы, аликорн подсела ближе, и прижала копыто к моей груди.
- Лайри, не молчи на меня! - Жарко выдохнула Луна, сердито тряхнув гривой. - Это ранит сильнее любых слов. Не таи в себе обиды, выскажи мне все, что хотел.
Осторожно и крепко сомкнув пальцы на пястье Луны, я ощутил стремительный пульс в ее жилах. Пони настороженно засопела, ее ноздри расширились, а радужки глаз медленно истончались, превращаясь в сияющие изумрудные кольца с бездонной чернотой Космоса. Пристально посмотрев в этот Космос, наполненный состраданием, я вздохнул. Вот почему-то именно моя Луняшка страстно обожает самозакапываться в обидах.
Все еще удерживая ногу аликорна, я нежно провел свободной ладонью по шее вдоль горла и вен. На миг мне почудились бронированные пальцы, готовые впиться когтями в плоть и сдавить, ломая предсмертный хрип.
«Луна, ты проиграла»…
Торжество, власть, мощь - и разочарование.
Кобылица опускает уши и вся напрягается. Надеюсь, я не произнес этого вслух. Или лицо мое исказил тот же звериный оскал?
Бережно приобняв за шею, я склоняюсь к Луне и касаюсь ее губ. Осторожно, с мягким напором, не стремясь сломить и подчинить, но желая вдохнуть чуть больше сил и уверенности. Любимая, слегка запрокинувшись, замирает, прикрыв глаза и трепетно вбирая страсть. В тумане надвигающихся сумерек видно струящееся вдоль рога слабенькое сияние.
 
- Я высказался предельно ясно, разве нет? Я люблю тебя, и даже сильнее, чем прежде.
Луна воззрилась на меня как на новое чудо света. Улыбнувшись, я обнял ее морду ладонями.
- Потому что ты, вопреки всем преградам, доказала свою любовь.
Придвинувшись ближе, аликорн обняла меня и положила голову на плечо. Я скорее угадал, нежели услышал благодарное «спасибо» в ее тихом выдохе.
Из тени дерева, растущего на другой стороне дороги, выглядывал настороженный фестрал. Встретясь с ним взглядом, я слегка пожал плечами. Фестрал, с досадой треснув себя копытом по лбу, скроил весьма красноречивую мину и завалился обратно в тень. Почти сразу же он вышел из тени соседней скамейки.
Луна шевельнула ухом, заслышав шаги.
- Мать Ночи, быть может, призвать «Возмездие»? - Учтиво поинтересовался мышепони.
Аликорн, лежащая в моих объятиях, устало кивнула.
- Прогулка получилась утомительнее, чем я ожидала.
Фестрал что-то положил на дорогу, и к небу протянулся луч светового маяка. Ненадолго потухая, он загорался вновь, сменяя цвет.
Минут через пять возникло неуютное ощущение чего-то громадного, неслышно надвигающегося из ниоткуда. Маяк угас, зато солнечные лучи, просочившиеся меж берез, изломились неверными бликами в силовом поле, скрывающем фестролет.
***
[ Лайри \ Фестролет «Возмездие» ]
Нас с Луной подняли на внешнюю палубу телекинезом, транспорт взлетел и плавно взял курс на Кантерлот. Тотчас подошла статная кобылица-фесликорн «аварийной» масти. Среди сумеречно-серых бэтпоней эта выделялась и ростом - как Луна, и весьма броской красно-белой расцветкой тела.
- Мать, позволь осмотреть тебя. Я прибыла сразу, как только узнала.
Я помог уложить Луну на мягкий плед.
- Лунар, я в порядке. Просто недавно Лайри неожиданно для меня спровоцировал сверхмощную магическую разрядку, и окромя телекинеза я пока более ни на что не способна. Выдохлась, ибо залюбили меня магически до полного изнеможения. И вся небесная Эквестрия это видела…
Притворно-горестно вздохнув, принцесса растянулась на пледе.
Сосредоточенно хмурясь, Лунар надела на рог Матери серебряное кольцо, грани которого тотчас засияли переливчатым изумрудным светом. Положив на грудь Луны кварцевый кристалл и считав биоритмы, целительница заметно успокоилась. Напоследок она движением магии убрала хаотично навязанные бантики с хвоста и гривы.
Подошла еще одна крылорогая бэтпони - серая, покрытая множеством шрамов. Тряхнула черными крыльями и прилегла возле головы Луны.
- Не волнуйся, Мать. Мы скрыли вас с Лайри иллюзией. Шторм звезд, конечно, был ощутим, но никто ничего не видел.
Кроме пегаса, которого я скинул с облака. Интересно, до земли он долетел или нет?
Луна выдохнула с явным облегчением.
- Спасибо, Умбриэль, ты всегда схватываешь на лету. Я рада, что наши откровенности уберегли от лишних глаз.
Отдав пару кратких распоряжений, Лунар поманила меня в сторону.
- Не ожидала, что Матери понравится общество энергетического вампира. - Фесликорн окинула изучающим взглядом.
- Я не вампир вообще. - Развожу руками.
- А как ты тогда довел Мать до минимала?.. - Кобылица недоверчиво сощурилась.
Я в общих чертах обрисовал недавние события.
- Значит, тот всплеск магии получился в результате ваших тесных взаимоотношений? Любопытно.
От прикосновения рога ко лбу я ощутил легкое щекотание словно лапок насекомого. Затем Лунар осторожно тронула рогом горло, грудь, живот и пах.
 
- Ты пуст. - Выпрямившись, фесликорн выразила легкое недоумение на морде. - Ни капли магии…
Подхватив телекинезом кисти рук, понюхала.
- …даже в руках-х-хм.
- Ну да, я безмагичный.
Слышу задумчивый «фырк», с которым меня столь же аккуратно исследуют сбоку и со спины.