Восход Луны (СИ)
- Я обрел истинную мощь. Если ты еще не узнала меня, Селестия, то скоро узнаешь. Как и прежде, мой королевский долг - уничтожить тебя.
Хризолит, у него хризолит! Мои воины… он коварно обратил вашу силу против вас!..
- Встать за мной! - Оцепенение спало, и я отступаю, укрывая за силовым барьером себя и оставшихся магов, которые тотчас укрепили защиту своими заклятиями. Тем временем освободившийся человек медленно поднялся с колен, прикладывая к груди ярко сияющий камень.
Я не могу поверить своим глазам… Нутро холодеет, а страх опухолью разрастается в груди, скручиваясь в тугой узел.
- Ты… ты не Найтмер Мун… - Шепчу, чувствуя, как предательски дрогнул голос.
- Мун давно в прошлом. Как и Луна. Я переродился. Будем знакомы, я - Найтмер. Очень рад лицезреть Ваше Солнцекрупое Сиятельство. - Человек вновь учтиво поклонился.
- Луна?! Что ты сделал с Луной?!.. - Адским пламенем в моей груди запылал гнев. - Найтмер, что ты сделал с ЛУНОЙ?!
- Луной? - Слегка растерянно переспросил тот. - Не волнуйся, Луняша нам не помешает. Перед смертью она просила передать, что по-прежнему, несмотря на твое предательство, очень любит тебя.
На миг мое сердце остановилось, рухнув куда-то вниз, в разверзшуюся холодную пустоту. В глазах потемнело. Тяжесть неимоверной утраты словно придавила меня к земле, сдавливая легкие, сжимая горло.
Луна… моя милая сестра… прости меня. Прости за все, в чем я никогда не прощу себя сама…
Раскаленные слезы выжигают полосы на моих щеках. Ты поплатишься за все. За жизни моих подданных. За мою боль. За мою сестру. Я покончу с тобой, раз и навсегда - и это МОЙ королевский долг!
Мощный луч концентрированной энергии ударил Найтмера в грудь. Но он и не попытался уклониться от моего выстрела. Нет, выставив руки, человек сложил пальцы треугольником, направляя испепеляющий луч, и без остатка вобрал его в зеленый кристалл на груди.
«У него хризолит и он абсорбирует магию, как делал Лайри!» - Ужаснулась я, ведь самый мощный удар Найтмер теперь способен обратить себе на пользу, а значит, бить врага магией не только бесполезно, но и опасно.
- Пони, отступайте в город!
- Ваше Величество, вы приказываете оставить вас одну? - Недоверчиво спросил командир, не принимавший участия в захвате Найтмера, и потому оставшийся в живых.
- ДА! - Категорично рявкнула я, одарив единорога яростным взглядом. - Уводи всех прочь!
Стремительно засверкали вспышки телепортаций, ночное небо расчертили затухающие сполохи полетной магии пегасов.
Теперь мы были один на один. Властители дня и ночи.
Ты больше не отнимешь ни единой жизни. Пока я жива, ни один волосок не упадет с головы ни одного живого существа на этой земле.
Взлетев и оказавшись вне пределов досягаемости Найтмера, внимательно рассматриваю противника. По всему телу человека вьются причудливые зеленые нити магии - исходящие от хризолита, вспыхивая и мерцая, они извиваются, разветвляются, формируя доспехи. Голос преображающегося существа рокочет в тишине, подобно раскатам грома:
Горяч был Солнцекрупой свет.
Достойным будет мой ответ.
И мощь мою не превзойти:
Вечная ночь не даст взойти
Живому Солнцу, ведь оно
На мрак и смерть обречено.
На моих глазах Найтмер изменяет облик, и я не могу оторвать взгляда от этого завораживающего зрелища. Фиолетовые огни скользят по его телу при каждом движении, и неисчислимые витиеватые магические узоры переливаются, мерцают, изменяются, сплетаясь и разветвляясь. Изящная легкая броня выглядит иллюзорно-хрупкой. Множество черных щитков, подобно десяткам насекомых, смещаются, двигаются, сцепляясь гранями, охватывая ноги и тело. Могучие руки медленно шевелят когтистыми пальцами, выжидая момент впиться в жертву и растерзать ее. Шлем же, скрывший голову, сам являлся подобием звериной головы, оскалившейся в жуткой кровожадной усмешке, обнажая острые зубы. Напитанный моей энергией, хризолит сияет на груди. С плеч Найтмера ниспадает огромный плащ - будто жидкий огонь, смешанный с кровью, растекается по земле, и жаркие языки огня трепещут в жадном нетерпении.
Замечаю, что зеленые магические нити сплетаются не только лишь на броне врага, но и в воздухе перед ним, выстраивая неведомую мне сложную конструкцию: из массивной коробки росли шесть длинных труб, соединенные меж собой вдоль подобием одной большой трубы. Что бы это ни было, ясно, что сейчас я в полной мере испытаю на себе мощь этого оружия.
- Ваше Сиятельство, советую спуститься, а то падать с высоты больно. - Ласково предупредил Найтмер, взявшись за рукоятки. Трубы завертелись с безумной скоростью вокруг общей оси, издавая ужасающий вой, и в мою сторону устремился поток магии, сформированной неизвестным мне образом. Едва успеваю выставить магический барьер, но он, к моему ужасу, не выдерживает столь яростного напора. Мириады крохотных частиц мгновенно изорвали щит в клочья. Усиленные магией доспехи продержались чуть дольше, их защита разлетелась вдребезги. Я извиваюсь и кричу от боли, пронзаемая насквозь бесчисленными острейшими иглами, что вышивают в горячей плоти узоры из разорванных нитей нервов.
Теряю высоту и падаю наземь. Сильный удар… Тяжело дыша, пытаюсь уразуметь, что со мной произошло. Броня местами оплавилась, на физическом теле - множество ожогов от сгоревших рун, «тонкое тело» превратилось в решето, и неконтролируемые потоки магии били, хлестали, струились из всех ран.
Никогда, никогда прежде еще мне не доводилось ощущать себя столь жалкой, беспомощной и разбитой: взор затуманен, голова кружится, тело словно ватное, не слушающееся, копыта трясутся. А ведь бой лишь начался…
Взгляд прояснился, я вижу несущуюся прямо на меня чудовищную тварь. Собравшись с силами, направляю удар магией по ногам неумолимо приближавшегося противника. Даже не надеясь нанести какой-либо урон, а хотя бы выиграть время.
Враг споткнулся, замедлился и этого промедления мне хватило, чтобы встать, подобрать глефу и принять оборонительную стойку.
Найтмер в прекрасных доспехах. Броня сверкает так, словно состоит не из призванного металла, а из тысяч языков ослепительного пламени. В руках - массивная секира, пышущая жаром, готовая вонзиться в плоть и испить королевской крови.
Ну же, покажи, на что ты еще способен?!
Отбив мою атаку, Найтмер внезапно расщепился и обрушил на меня единовременный удар трех огненных секир. Я лишилась бы головы и крыльев, если б в последний момент не успела прикрыться магическими щитами.
- Я вижу, понятие честности тебе неведомо! - Телепортируюсь подальше, избегая нового удара.
Монстры синхронно взмахнули оружием.
- Селестюша, тут тебе не партия в шахмары. Тут война. - Съязвил один из Найтмеров, поигрывая секирой.
- «Честность» - это когда все участники соблюдают определенные правила. А правила устанавливаю я, так что для меня все честно. - Развел руками второй.
- А если ты не согласна с правилами - ты либо выбываешь из игры, либо жульничаешь. Но где ж это видано, чтоб светлейшая правительница всея Эквестрии стала мухлевать, Солнышко ты мое закатное? - Сочувственно поинтересовался третий.
Пытаюсь отдышаться, шумно выдыхая воздух. Предстоит жаркий неравный бой с тремя врагами, каждый из которых хоть и является лишь частью исходного и слабее - вместе они столь же смертельно опасны, как когда составляли единое целое... Их голоса звучат синхронно, сливаясь в один, пропитанный язвительностью, насмешкой и чувством собственного превосходства.
Монстры медленно приближаются, обходя меня, окружая, выбирая момент для скорой кровавой расправы.
- Поиграем еще, красавица? Танцевала ли ты с кошмаром в бледном свете луны?
Я не желаю танцевать. Но кроме меня защитить королевство и весь этот мир некому. Я продолжу сражаться. И заставлю агрессора принять мои правила.
Очертив глефой вокруг себя, поднимаю гигантскую огненную стену. Используя магическое зрение, вижу своих врагов. Я не знаю, кто из них истинный, но намерена уничтожить всех троих. Найтмеры понеслись в смертоносном хороводе, перемещаясь с головокружительной скоростью, не позволяя мне сосредоточиться и ударить наверняка. Что ж, буду бить вслепую. Закрыв глаза и расслабившись, мгновенным движением перестраиваю магические потоки - из окружающей меня стены вытягиваются могучие огненные щупальца. Миг, и один из Найтмеров растворился фиолетовым облачком в жарких объятиях. Оставшиеся двое с криками ярости ударили секирами по стене, заставив меня содрогнуться от боли, а стена стала заметно ниже, и полыхала уже не столь жарко.