Восход Луны (СИ)

На ужин я снова взял гречку и стакан воды, категорически отказавшись от чая. Уже перед сном, готовясь к очередной «черной комедии» в исполнении Луны, я продумывал, как объяснить главврачу мотивы своего ухода, не взирая на риски. Как красиво и артистично солгать, притом, что вся моя ложь на самом деле - чистая правда. Или недавно была правдой.
Комедии не случилось. Вообще. Видать, «утопив» меня, Луна потеряла интерес ко мне. Это даже радовало - впервые я смог по-настоящему отлично выспаться. В череде утренних процедур я выяснял у Владимира, как поговорить с Ивой. В итоге он сказал, что зайдет за мной после обеда. На всякий случай я поел, чтоб не валиться от усталости, и выглядеть достаточно бодро.
Часы показывали половину четвертого, я уже подозревал, что от меня отмазались, но нет, зашел Владимир и проводил в кабинет Ивы.
- Говорите, вам лучше? - Врач просмотрела историю болезни.
- Да.
- Хорошо, - Ива что-то отметила на листе. - Теперь объясните, почему вы хотите уйти?
- Со мной живет девушка, мы очень любим друг друга, но так вышло, что скоро ей улетать домой, и вероятнее всего, мы больше никогда не увидимся.
Опустив взгляд, я выдержал грустную паузу, позволяя собеседнице глубже прочувствовать трагизм грядущего расставания.
- Потому я хотел бы вернуться, чтоб проводить ее и попрощаться.
По лицу Ивы трудно было угадать ее чувства, но изящные женские пальцы задумчиво скользили по граням карандаша.
- Так, а как вы думаете возвращаться, с этим? - Врач указала карандашом на мой живот.
- Есть пара друзей с машинами, позвоню кому-то и попрошу подвезти.
Ответить я постарался ровно и убедительно, хотя внутреннее напряжение чуть не разносило меня. «Да» или «Нет»?!
- Ладно, звоните. - Ива развернула настольный телефон лицевой стороной ко мне.
«Да-а-а-а!!!» - Взревело радостное во мне.
- Спасибо. - Благодарно улыбнулся я.
Глядя на потертый диск, перебираю в уме имена друзей, размышляя, кого можно ненадолго позвать в свою жизнь, без риска нарваться на дотошные расспросы. Володя, Денис, Артур... Да, выбор не особо велик. В памяти тут же всплыла считалка-напоминалка:
Двести пять тринадцать десять,
Царь велел тебя повесить.
У Володьки было «мертвецкое» чувство юмора, за которое его иногда хотелось убить и зарыть в глубоком овраге. Но подсказка работала на «ура». Подняв трубку, я крутанул диск, ощущая пальцем щелчки пружины в корпусе телефона. Таинственные звуки эти всегда были для меня неотъемлемой частью ритуала связи.
- Чаво?! - Я неприязненно дернулся. Ощущение, что в трубку гавкнула маленькая и не по размеру борзая собака.
- Здравствуйте, Володю можно?
- Волан, тащи жопу к телефону! - Трубку бросили на твердую поверхность.
- Только сел! - Громогласно возмутился в туманной дали обладатель упомянутой части тела. Эхо грузных шагов сотрясало пространство. Затем в трубке раздалось сердитое слоновье сопение.
- Да?!
- Привет, Володя, это Лайри. Узнал?
- Не очень. Ты звучишь убито. Обычно куда живее.
- Слушай, я в больнице сижу, но мне позарез срочно домой надо. Сможешь подвезти?
- В больнице? Как ты в больницу попал?
- Вышел за хлебом и нарвался на нож.
- Эх, бандицкое время. Жизня ни гроша ни стоит. - Мрачно пробурчал Володя. - Ты все там же живешь?
- Да.
- Смогу, наверное, довезти. А куда ехать-то, в человеческую больницу или ветеринарку?
- Ива, пожалуйста, скажите ему адрес. - Я передал трубку главврачу. Она продиктовала, кивнула и хотела положить трубку на телефон, но я перехватил.
- Позвоню любимой. - Пояснил, отвечая на вопросительный взгляд.
Ждать пришлось долго. Я перезвонил дважды. Видать, Луна все же не поняла, как пользоваться телефоном. Однако с третьего звонка она взяла-таки трубку.
- Луна, я...
- Лайри?! - Взволнованно воскликнула любимая. Судя по голосу, она спала.
- Да, я. Меня ранили, но я жив и скоро буду с тобой.
- Я знаю. - Сказала Луна, теперь намного сдержаннее.
Конечно, знает она. Сначала выеживается во снах, а после сидит тихой мышкой. Ну что ей стоило думать наперед о последствиях своих выходок? Я вздохнул.
 
- Меня подвезет друг. Не встречай меня.
- Хорошо, я жду. - Ответ был совсем уж прохладным.
Кладя трубку, поймал любопытствующий взгляд Ивы.
- Почему вы сказали ей не встречать вас?
Я пожал плечами.
- Работа. Она ж может все бросить и рвануться домой. Зачем? Лучше я подожду ее дома. Чай не помру до прихода.
- Она иностранка? Ее имя...
Усмехнулся.
- Она большая, мягкая и круглая как Луна, потому я зову ее Луной.
Собеседница повертела карандаш в пальцах.
- Не вы первый. Я заметила, что многие худые мужчины выбирают подругами полных женщин. Или откармливают своих.
- Потому что приятно, когда есть за что подержаться. - Ответил я, придав голосу слащаво-пошленькие нотки. Недовольно сморщив нос, Ива отвернулась к компьютеру.
На соседнем столе располагался огромный принтер. Близоруко щурясь, врач достучала пару слов на клавиатуре и сунула лист бумаги в аппарат - его каретка, издав утробное ворчание, хищно скользнула к краю листа, протаскивая за собой печатную ленту. Поправив бумагу, Ива докрутила подающий вал рукой и снова склонилась к монитору. Принтер загрохотал словно крупнокалиберный пулемет, расстреливая буквами неповинный лист.
- Итак, Лайри, если вы уверены в ваших силах и хотите уйти домой - я разрешаю. - Ива перечитала распечатку и подала мне. - Вот, прочитайте и подпишите.
«Уверен»? Да ни хрена я ни в чем не уверен! Мной движет чувство долга, желание заполучить деньги и закончить весь этот гнетущий цирк. И все, еду на голом оптимизме и наплевательском отношении к своему положению. Порой только это и помогает двигаться к цели.
Вчитываюсь в строчки документа. Дата, имя, состояние... Изъявил желание... Вероятные осложнения... С последствиями ознакомлен… Рекомендации…
Вздох отдается резкой болью. Дернувшись, стискиваю зубы, подписываюсь. Вряд ли мой мазохизм ускользнул от взгляда врача, но она промолчала и позвала в соседнюю комнату. Там на кровати уже лежала моя одежда - странно, постиранная. В пакете рядом - ключи и деньги, тоже не тронутые, хотя я б не удивился, если б их уперли из внутренних карманов.
Выйдя на крыльцо, я увидел, что у ворот больницы меня ждет черная «Волга», и привычно замер, нюхая влажный холодный воздух. Почувствовав, что провожающая Ива положила руку на мое плечо, я обернулся навстречу ее усталому взгляду.
- В ваших глазах я вижу жизнелюбие и упорство. - Тепло сказала она. - Постарайтесь не угробить себя, следуя своей цели. Такие как вы - на вес золота.
Улыбнувшись, я благодарно пожал ее пальцы и пошел к машине.
Володя вылез из «Волги». Поразительно, как в эпоху всеобщей разрухи этот человек сохранял габариты откормленного борова. Его просторное пальто грозило треснуть по швам, а на добродушном лице сияли проницательные глазки.
Я добрел до машины, сел. «Волга» качнулась, принимая в салон объемистые телеса хозяина. Руки Володя не подал, зная, что я не люблю рукопожатий.
- Чи-и-ита, а ты ничуть не изменился. - Пробасил он, потирая двойной подбородок.
- М-м? - Устраиваясь поудобнее на сиденье, я не въехал в разговор.
- Чо «м-м»? Нормальные люди скатываются с крыльца и дальше по делам прут, а ты стоишь и носом ветер ловишь. Чо тогда, чо щас. Не меняишься, говорю.
- А с чего мне меняться?
- Ненаю, - пожал плечами толстяк, выруливая на дорогу. - Люди меняться должны. Волею случая или под давлением, но должны. Если ты не меняишься, значит в твоей жизне ничо не происходит. Ты труп.
 
Володя непонятно махнул рукой, растопырив пальцы-сардельки.
- А может, мне нравится, когда в жизни ничего не происходит. Знание, что завтра будет то же самое, что было вчера - вполне себе неплохая определенность.
Мдя? А волшебная сексапильная кобылица, от одного вида которой у меня кровь в жилах закипает - она ведь изменила мою жизнь к лучшему, показала новые яркие ее грани, позволила проявить скрытые раньше черты характера. Хм... пока одноименное светило ее не переклинило.