Восход Луны (СИ)
В ухо мне уткнулось что-то округлое, твердое. Приподнимаюсь, смотрю. Это крупный золотистый желудь. Все еще пребывая в эйфории, перелегла на спину. Шелестя раскидистой кроной, надо мной высится необъятный дуб, древний как само время. Темная кора испещрена летописями веков. Могучие ветви распростерлись вширь и ввысь. Листья тихо перешептываются, было чувство, что дуб рассматривает нежданную гостью. Ах, это из его ствола я выбралась наружу. Трещины не видно, наверное, сомкнулась, а ствол обвивает длинная золотая цепь толщиной с две моих руки.
Послышался хруст, удар, я вскрикнула, закрывая руками голову - на меня рухнуло какое-то тяжелое существо. Подмяв под себя, оно глухо рычало. Я боялась пошевелиться, осознав, что будучи человеком, физически слаба и абсолютно беззащитна против крупного зверя.
- Луна, я ж говорил тебе - подвинуться. - Раздалось грубое ворчание Лайри. Существо неуклюже сползло в сторону. Выдохнув, открыла глаза. На стволе дуба медленно срасталась кривая вертикальная трещина. Рядом со мной валялся помятый и недовольный гепард.
- Лайри? - Тронула его плечо. Зверь оскалился - я тут же отдернула руку.
- Ч-чер-р-рт, больно. - Зарычал гепард. Под шкурой было заметно интенсивное движение, даже там, где нет суставов и крупных мышц, изгибались и распрямлялись кости, плоть бугрилась, вздымалась, опадала, то обтягивая кости словно иссохшей шкурой, то вздуваясь пузырями, по всему телу катились волны.
- Господа, пожалуйста, не упоминайте нечистую силу. Вы и сами нечисты на все лапы и копыта. - Раздался сверху мурчащий баритон.
Я оглянулась на голос так резко, что хрустнула шея и закружилась голова. Охнув, потерла ладонью ноющую шею.
По золотой цепи, неторопливо ступая короткими мощными лапами, вальяжно прогуливался роскошный белый котяра. Грациозная походка, прилизанная густая шерсть, добродушная округлая морда, пышные бакенбарды и широкие черные усы - все говорило о высокородной персоне.
- О, Кот, прости, но какие копыта? - Показательно развела я руками.
Сняв с переносицы изящное пенсне, Кот взглянул на меня голубыми глазищами:
- Принцесса, я вижу истинную вашу суть, и она очень разнится с вашим обликом - вы темная лошадка. Надо полагать, речь все же следует вести о копытах, а не пальцах.
- Вы правы. Я не по своей воле в таком теле.
- Превращенка, значит. - Кот потер пенсне об шерсть и нацепил на нос. - Случайно, воду из человечьего следа не пили?
- Нет.
- Хотя нет, дождей давно не было. - Задумчиво добавил Кот, и посмотрел на гепарда. - А ему вот нехорошо.
- Ему можно помочь?
- Хм-мр-р-р, он с вами?
- Да, он мой друг.
- Два сапога пара. И оба левые. - Сокрушенно распушив хвост, Кот спустился с дуба и осмотрел большого сородича, затем принялся искать на земле. - Где-то тут есть желуди?
- Такой? - Я подала свой.
- Да. - Кот уселся возле меня. - Снимите его шляпку. Так, и протяните мне ладонь.
Я вскрикнула, запоздало отдернув руку. Из расцарапанного пальца сочилась кровь.
- Лейте в шляпку, и смотрите, не пролейте мимо! - Крикнул Кот.
Когда упала третья тяжелая капля крови, шляпка желудя увеличилась в размерах, превратившись в массивную деревянную чашу с кристально чистой водой. Кот сноровисто ухватил мою руку и потер раненый палец целебной травкой.
- А теперь заставьте друга выпить это все.
- Что это? - Спросила я. Мало ли, вдруг там яд.
- «Живая вода». - Пояснил Кот. - Хуже от нее уж точно быть не может. Э, вы что, сами хотите испить?
- Да, ведь от нее не может быть хуже.
Отпив глоток, я положила чашу и прислушалась к ощущениям в себе. Сначала казалось, что эта простая теплая вода не влечет каких-либо последствий, но затем мне внезапно стало очень тесно, неведомая мощь безжалостно сдавила меня, и я, слепая, глухая, извиваюсь, все дальше протискиваюсь в чем-то жарком, плотном и тесном, борясь со страхом и удушьем. Яркий красочный мир раскрылся безграничным простором, куда я вывалилась, сопя и жадно вдыхая воздух. Эта вода напомнила водку, что я пила у Лайри - такой же обжигающий изнутри пламень.
- Странно, я ожидал, что «живая вода» вернет вам истинный лик. Наверное, надо использовать «мертвую». Однако, премерзко, верно? - Участливо осведомился Кот.
- Ага. - Согласилась, содрогаясь всем телом от знойного жара, небывалой легкости и прилива сил.
- А кто сказал, что это легко? Рождаться, оживать - всегда тяжко и больно. Потому и говорю, заставьте своего друга быстро выпить все, прежде чем оно подействует. Как? Ну, сможете в глотку ему влить?
Утерев лицо рукавом, я повернулась к Лайри. Прикасаться к нему было противно - тело то застывало камнем, то превращалось в желе, в котором вязли пальцы. Выждав новый момент «окаменения», переложила гепарда на грудь.
- Лайри, пожалуйста, выпей побыстрее. - Ласково сказала, помня, как он заботился обо мне ночью, когда я сама была в худшем состоянии, хоть и не распадалась бесформенной массой.
Подвинув чашу к носу зверя, поддержала голову, чтоб он мог лакать, не захлебываясь при этом. Лайри успел выпить половину, прежде чем застыл, высунув язык и уставившись в воду бессмысленным взглядом.
- Уйдите подальше. - Предупредил Кот, быстро карабкаясь на дуб. Я последовала разумному совету, забрав чашу.
Постепенно Лайри обретал прежние стройные черты, шкура перестала пузыриться, разгладилась. Казалось, я слышу «хрясканье» его костей и суставов, часто он скалился и клацал зубами, вероятно, от боли. Наконец, тяжело дыша, опрокинувшийся набок гепард приподнял голову, взглянул на меня, словно ожидая чего-то. Я тут же предложила оставшуюся воду. Лайри скроил недовольную морду, выразив брезгливость и отвращение, но допил. Теперь я не ушла, а сидела рядом, руками прижимая к земле конвульсирующее тело. Любимый утих столь внезапно, что я испугалась. Но лежащая на груди ладонь чувствовала сердцебиение.
- Силен, однако. - Одобрительно проворчал спускающийся Кот. - Обычно достаточно сбрызнуть тело «живой водой». Вы первые, кто осилил пить ее.
- Сбрызнуть, всего-то?! - Возмущенно ахнув, я схватила Кота за шкирку. - Почему ты тогда не сказал это, а заставил поить его?
- Потому что вам не известны все тонкости целительского ремесла, Принцесса. Ведь вы привыкли работать магией. - С достоинством ответил висящий Кот. Хоть физически я не стала больше и мощнее, глоток «живой воды» добавил мне изрядно силы, и я держала увесистого мехового лекаря словно пушинку.
- Верно, не известны. Будь любезен объяснить.
- В более комфортном положении, надеюсь. - Кот указал передней лапой вниз. Я опустила его чуть сильнее чем надо бы. Он встряхнулся, укладывая смятый мех, и снова вытер пенсне.
- Начнем с того, что на практике «живой водой» всегда окропляли мертвое тело, которое надобно оживить.
- Некропония какая-то, тьфу. - Сморщила нос, вспомнив сопутствующие обстановке запахи.
- «Некромантия», вы хотели сказать. - поправил Кот. - Да, это ее разновидность. Если тело лежит не больше трех дней, то спасти его можно, сперва заживив раны «мертвой водой», и затем применив «живую». А Лайри ваш и так живой - куда еще воду на него лить? Иное дело, в теле его скрывался недуг, который надо было победить.
- Что могло так повлиять на него? - Задумалась я.
- День Божий на дворе, где видано, чтоб оборотни днем шастали? - Махнул лапами Кот.
- В других местах мы с ним гуляли днем, и ничего плохого не случалось, он даже свободно менял облик. Быть может, именно это измерение негативно влияет.
- Я не знаю, в каких местах вы гуляли, и чем вы его измеряли - пядью, локтем или аршином, но, как вижу, другу вашему лучше.
Поднявшись, гепард встряхнулся, обнял меня, с громким урчанием потерся о щеку. Мне было неловко проявлять чувства к Лайри при незнакомых, я ограничилась почесыванием загривка.
- От всего сердца благодарю за помощь, Кот ученый. - Пятнистый хищник наклонился к белоснежному. - Мы с тобой одной крови, ты и я. Мой дом - твой дом. Моя добыча - твоя добыча. Моя лежка - твоя лежка. Нужна будет поддержка быстрых лап, верных глаз, острых клыков - зови.