Зильбер. Второй дневник сновидений

– Мама! Мы это уже несколько раз обсуждали. Давайте, пожалуйста, поговорим о чём-нибудь другом.
Эрнест выглядел совсем печально. А моя мама так вцепилась в скатерть, как будто боялась вскочить и убежать из-за стола.
– Хорошо, сменим тему. Ты должен прийти ко мне и поменять аккумуляторы в пожарной сигнализации, Эрнест, – сказала миссис Спенсер. – Сегодня ночью у Чарльза сработала тревога, потому что они разрядились. (Фух, значит, он был все ещё жив!) У меня бы случился инфаркт, если б со мной такое произошло.
Она демонстративно схватила себя за рыжий джемпер в том месте, где располагался бы ее кардиостимулятор, если бы у неё было чувствительное сердце. Но этого не могло случиться. Она была здорова как бык.
– Пожалуйста. – Лотти поставила перед ней чашку. – «Эрл Грэй» с каплей лимонного сока.
– Спасибо, мисс …
– Вастельхубер.
– Вастелхебер, – сказала миссис Спенсер.
– Можете называть меня просто Лотти, – заметила Лотти.
Миссис Спенсер ошарашенно уставилась на нее.
– Ну уж нет, – ответила она с напором и начала копаться в своей сумочке. Видимо, в поисках нашатыря.
– Ой, расслабься, Рыся, – пробормотала Мия по-немецки себе под нос.
Никто из Спенсеров не знал немецкого, поэтому мы иногда использовали его как тайный язык. Но только при необходимости.
Рыся кинула таблетку сахарозаменителя из её личной коробочки с лекарствами и помешала чай.
– То, из-за чего я вообще-то здесь… Как вы все уже знаете, каждый год в январе на Крещение я устраиваю маленькую чайную вечеринку.
– Маленькую – это хорошо, – пробубнил Грейсон. Но его не услышали из-за восклицания Флоранс:
– Ах, бабуля, как же я люблю эту чайную вечеринку! – как будто речь шла о самой крутой вечеринке всех времён и народов.
Миссис Спенсер слабо улыбнулась:
– Да, я уже думала ничего не затевать, но мои подруги замучили меня расспросами, а здесь, очевидно, никто не хочет браться за ум. – Тут она закашлялась и удручённо посмотрела на Эрнеста. – Мне ничего не остаётся, как распространить своё приглашение и на твой новый бомонд, сын мой.
Так как никто не отреагировал (Мия и я нет, потому что мы не знали, что такое бомонд, и уже подумывали, не связано ли это с какими-нибудь отбросами), она добавила, томно вздыхая:
– Это значит, я была бы… – Тут она снова откашлялась, теперь уже взяв на прицел маму. – Очень рада принять тебя, дорогая Энн, и твоих дочек у себя в гостях.
Удивительно, но даже эти слова звучали как приказ. И ещё ни один человек не выглядел так нерадостно, произнося в ответ слова, что он очень рад.
Похоже, Эрнест был того же мнения.
– Если ты… – Он наморщил лоб. Но мама тут же его перебила.
– Так мило с твоей стороны, Филиппа, – мягко сказала она, – мы с удовольствием придём. Правда, девочки?
Прошло несколько секунд, прежде чем мы через силу улыбнулись и кивнули, но только потому, что мама с надеждой смотрела на нас.
Ну хорошо – значит, мы пойдём на крещенское чаепитие, и престарелые дамы будут осматривать нас с головы до ног. Ничего, мы и не такое переживали.
Миссис Спенсер умиротворённо попивала свой чай. Она бы точно подавилась, если бы знала, что крещенское чаепитие станет днём смерти Господина Исполина и его убийцы будут также приглашены. Которые, в свою очередь, не имели ни малейшего понятия, кто такой этот Господин Исполин. Ну а пока и мы ничего не знали, уплетая вафли с корицей.
БАЛАБО-БАЛАБА
БЛОГ
25 декабря
С Рождеством всех! Ну что, рады каникулам? Все ли нашли подарки под ёлкой, как и мечтали? К сожалению, не как Портер-Перегрин. Персефона разрыдалась, потому что вместо своего возлюбленного она получила всего лишь часы от Картье. Что же должны были делать бедные родители? Джаспер Грант ни в какую не хотел заворачиваться в подарочную бумагу. Но я её понимаю. Даже я уже скучаю по Джасперу. Без него всё не так! Провести целый триместр во Франции только для того, чтобы спасти свою годовую оценку по французскому, – можно было и о друзьях подумать! Кто, если не он, будет затевать скандалы на вечеринках? И как без него сможет «Джабс Флеймс» выиграть ответные матчи? Они уже и так пострадали от того, что отстранили Артура Гамильтона от должности капитана команды. И да, я все ещё не знаю, что произошло тогда на Осеннем балу и почему Джаспер, Грейсон Спенсер и Генри Гарпер больше не общаются с Артуром. Так что перестаньте приставать ко мне с расспросами. Я обязательно узнаю все подробности и, как только я это сделаю, выложу сюда. Обещаю!
 
В Лондоне сейчас довольно тихо, уже хотя бы потому, что Хейзел-меня-достало-быть-предметом-твоих-насмешек-Притчард сейчас гостит у своей бабушки в Джерси и её не видно каждый день на пробежке через весь Хампстед, пыхтящую как паровоз. Директриса Кук сейчас в Корнуолле, как приблизительно треть всех обитателей школы. (Эй, есть здесь вообще кто-нибудь, у кого нет особняка в Сент-Айвсе?) А миссис Лоуренс улетела на Лансарот. Кстати, мистер Ванхаген тоже там. Интересное совпадение, правда? Ну, а как вы проводите свои каникулы? Уютно сидите дома, как близнецы Спенсер? Я бы с удовольствием рассказала, чем занимаюсь я, но ведь вы снова приметесь разузнавать, кто я на самом деле, а это уже становится скучным. Просто смиритесь с тем фактом, что вы этого никогда не узнаете!
Увидимся!
Ваша Тайна в невероятно-
рождественском настроении.
P.S. Кстати про Рождество. Лив и Мия Зильбер уезжают на Рождество к своему отцу в Цюрих на целых десять дней, но я сомневаюсь, что Генри будет скучать по своей половинке. У них, скорее, чисто платонические отношения: они уже несколько месяцев вместе, а ещё ни разу не переспали. Всего лишь обнимались да держались за ручки… Хм, что тут вообще можно ожидать? Мы-то все знаем, что Генри Харпер не стал бы себя сдерживать, значит, проблема в Лив. Неужели она такая ханжа? А может быть, она просто немного запоздала в развитии, бедняжка…
 
Глава четвёртая
 
Как только мы начали заходить на посадку, я стала на ощупь искать руку Мии, потому что, когда мы проходили слой облаков, наш самолёт несколько раз серьёзно тряхнуло и я решила, что мы сейчас разобьёмся. Но потом он легко вынырнул из облаков, и мы увидели Темзу и заснеженный Лондон, и волнующее, щекотное чувство в животе сменилось предвкушением радости.
Мия сжала мою руку:
– Не волнуйся, с нами ничего не случится. Но в следующий раз перед полётом ты можешь написать завещание и передать всё имущество своей младшей сестре, если тебя это утешит.
– Во-первых, если мы разобьёмся, то с тобой произойдёт то же, что и со мной, а во-вторых, у меня, к сожалению, нет ничего, что я могла бы завещать.
– Ты забыла про гитару и рождественский подарок нашей двоюродной тёти Гертруды! – злобно хихикнула Мия.
– Нет, извини, я хочу, чтобы эти вещи похоронили вместе со мной.
Наша американская тётка в этом году снова превзошла саму себя. Мие она подарила бритвенный прибор для Кена и карету для Барби, в которую был запряжён розовый Пегас, а мне – набор для выращивания доисторических моллюсков. Нам обеим это было невероятно нужно!
 
Мы уже давно бросили мечтать об огромных подарках на Рождество. Наверное, Дед Мороз нас просто не очень любил. И в этом году он не принёс так нужные нам смартфоны взамен телефонов из каменного века. Зато у нас были стильные чехлы для старомодных телефонов из каменного века, заботливо связанные Лотти.
– Я постоянно задаюсь вопросом: зачем мы каждый год пишем эти дурацкие записки, если всё равно не получаем то, что пожелали, – сказала Мия. – Что-то я не могу припомнить, чтобы я заказывала пластиковую лошадь с крыльями или предсмертные переживания в подъёмнике.