Наследие (СИ)

Меня не выпускали, так как боялись необузданного магического дара? Сделаю вид, что поверил в это. И что за тренировки мне уготовило новое начальство?
В безликом коридоре базы Наследия, тянувшемся вдаль, виднелись десятки одинаковых дверей. Однотипное оформление всего комплекса делало этот уровень близнецом остальных. Без указателей запутаться и заблудиться плевое дело. Первое занятие по боевым искусствам проходило в классическом японском додзе. Раздвижные двери с бумагой вместо стекол, деревянные полы, катаны на подставках и аскетично пустое пространство интерьера. Заметный контраст с современным казенным стилем по ту сторону двери вызывал дикий диссонанс.
В центре зала сидел лысый старый азиат, убрав под себя ноги. Жиденькая белоснежная борода тянулась почти до груди занятного персонажа. Его морщинистое лицо с крапинками родимых пятен было неподвижно, но взгляд неотрывно следил, стоило только войти.
— Здравствуйте сенсей. — мой поклон вышел корявым, как и у всех иностранцев, не привыкших к такому способу приветствия.
Не ответив, учитель поднялся и кивнул, приглашая следовать за ним. Пожав плечами, пошел следом. Азиат привел в морозильную камеру, скрывавшуюся по соседству с додзе. На крюках с потолка свисали мерзлые говяжьи туши. Мясо почти скрылось из виду под изморозью. Холодные испарения клубились в воздухе, создавая видимость тумана. Скрытый дымкой пол утопал в ледовой корке, и я едва не упал, поскользнувшись на этом катке. Обхватив плечи от царящего мороза, оставалось только ждать пока станет ясна причина посещения сего места.
— Бей. — просто сказал сенсей, подойдя к одной из дохлых коров.
Это сильно отличалось от уроков отца, но раз подписал контракт с дьяволом, так что поздно теперь давать заднюю. Размахнувшись, заехал кулаком по импровизированной груше. Плоть задубела в условиях ледникового периода до абсолютно твердого состояния. Я не будь, дураком не стал лупить со всей дури, но даже так почувствовал, как боль отдается в костяшках пальцев.
— Еще. — так же односложно приказал дедуля.
Замах и теперь обе руки оставили едва заметные отпечатки на красном мясе просвечивающим через пленку белой наледи.
— Еще. — будто машина тем же безжизненным тоном молвил учитель с тем же равнодушным взглядом.
Мы прекратили только тогда, когда я уже не мог твердо стоять в боевой стойке. Руки мелко тряслись не то от холода, не то отбитые до синих кровоподтеков и широких ссадин содранной кожи. Правда, боли почти не было. Хоть какая-то польза от низкой температуры. Сколько это продолжалось, неизвестно, но мне показалось, что мы провели в мерзлоте целую вечность.
Уже вечером стоило немного согреться, и я полностью ощутил всю гамму чувств от такого самоистязания. Пальцы не слушались и горели огнем. От боли приходилось щуриться при каждой попытке взять что-нибудь или пошевелить ладонью. Я еле уснул, борясь с приятными впечатлениями после урока у сенсея.
Утром стало легче. Намного легче. Раны почти полностью затянулись, и под высохшей коркой крови уже был новый кожный покров. Не думаю, что раньше я мог похвастать такой регенерацией. Вероятно, так дает о себе знать раскрытый дар? Вполне возможно.
К сожалению как бы ни хотелось, но составленное неизвестно кем расписание вновь привело к безымянному мастеру садисту. Правда в этот раз в зале также обнаружилась и Кейт, облаченная в спортивный костюм. Слюна непроизвольно выделялась быстрее, стоило увидеть девушку в обтягивающем трико и коротком топике. Такой интерес не прошел незамеченным, за что я удостоился злобного взора от назначенной защитницы.
— Посмотрим на твой уровень. — седобородый старик, стоя сбоку пригласил занять позицию противника для Кейт в спарринге.
Первая мысль бить женщин не хорошо. Она витала в разуме ровно до первого пропущенного удара пришедшегося прямо в нос. Отчетливый хруст и окружение начинает плавать перед глазами. Худенькая девушка обладала силой взрослого накаченного мужика. И вовсе не стеснялась ее применять. Тяжело поднявшись, я смахнул красные дорожки, текущие по губам уже, будучи не столь миролюбивым и уважительным к слабому полу.
 
Вторая попытка вышла немного лучше. Самую малость. Обманчиво расслабленная поза Кейт ввела в заблуждение, и я не рассчитал ее реакции и скорости. Она легко увернулась от связки ударов, даже не блокируя их и взяв за грудки, провела бросок через себя. Совершив кульбит, моя задница с грохотом встретилась с казавшимся мягким полом. Отбитые органы и части тела тут же отозвались песней страдания и боли. Хотелось выругаться, но горло только сподобилось на едва слышный хрип. Девушка не собиралась сдерживаться и работала в полный контакт. Наверное, это ее способ показать насколько она рада свалившейся на голову проблеме в виде меня. Отец, конечно, дал основу для самообороны и поставил удар, но я никогда не занимался плотно умению мордобоя. Мне хватало, чтобы в драке постоять за себя, но никто не собирался делать из меня чемпиона для соревнований или машину для убийства голыми руками. Похоже, что зря.
Но сдаться и признать полное поражение будет слишком слабовольно, так что кряхтя, я поднялся, чтобы снова встать перед злобной блондинкой со стервозным характером. Глянув на учителя, она дождалась разрешающего кивка и тут же зарядила ногой, целясь в висок. Пропустишь такое, и врачи уже могут не понадобиться. Повезут сразу на кладбище. Поднырнув под замах, я сделал ложный выпад правой направленный в открытый в разрезе ткани животик девицы. Она, конечно, смогла пресечь атаку, отклонив кулак тычком раскрытой ладонью. Но вместо новой попытки достать ее боксерскими приемами я схватил ее запястье и дернул на себя. Кейт видимо не ожидала такой тупости со стороны соперника и даже сделала шаг навстречу увлеченная моим рывком, но быстро очухалась и обернула свой просчет себе на пользу. Двигаясь по инерции, она выставила вперед локоть, летящий в и так помятую физиономию. Я сам придал ей ускорения, чем она и воспользовалась.
Лежать бы мне на полу в третий раз, но тут время стало вязким и замедлило свой ход. Будто мы очутились под водой или попали в громадную паутину. Движения и происходящее начало замедляться, хотя мысли продолжали течь с той же скоростью. Неужто магия дает о себе знать? Святой отец упоминал об обостренном восприятии у магов, но не мог точно описать, чего ждать, так как сам не был одаренным. От радости останавливал факт, что я также был под этим эффектом и не мог воспользоваться преимуществом в данной ситуации. Выиграть уже не выйдет, учитывая, что мне все равно принимать лицом, локоть этой злюки, но оставался еще один выход свести все к ничьей. Так что вместо попыток уклониться или заблокировать выпад я ринулся ему навстречу, одновременно с этим занося левую для удара сбоку.
Эта плюха была самой ошеломительной из всех предыдущих. Голова дернулась, словно кто-то битой заехал. Вестибулярный аппарат, потеряв ориентацию, дал знать, что туловище падает, быстро теряя способность стоять на ногах. Зрение мигнуло как телевизор при скачках напряжения, и я повалился как подрубленное дерево. Между пляшущими звездочками и кружащимся потолком увидел что девушка, получив встречный удар, тоже отлетела назад и сейчас поднимается, потирая грудную клетку чуть ниже горла. Целился я именно в гортань, но в последний момент изменил направление, боясь травмировать Кейт. В ее взгляде уже не читалось презрение, и она была явно удивлена исходом.
— Техники нет. Реакции нет. Школы нет. Ты полный ноль. — надо мной завис старик, поглаживая свою ухоженную бороду, и вынес объективный, но не слишком приятный вердикт. Правда, в конце подсластил пилюлю. — Но скорость хорошая. В перспективе. И череп крепкий. Будем работать. Я мастер Ши принимаю тебя в ученики…
Так и началось мое обучение у старого живодера. Глупо было ожидать, что после такого начала что-то измениться в подходе учителя боевых искусств. Напротив теперь дни напоминали каникулы в аду. Боль, еще большая боль и боль от которой теряют сознание. Любимые блюда повара из Преисподней. Я потерял счет переломам, вывихам и растяжениям, не говоря уже о синяках и царапинах. То, что повреждения заживали за часы, имело две стороны. С одной хорошо что на утро я становился как новенький, с другой это означало что меня снова можно бросать в жернова и не жалеть по сложному пути овладения рукопашным боем. Иногда случались моменты передышки, когда мы занимались духовными практиками чтобы развивать движение Ци по телу. Гимнастика и управление собственными энергетическими потоками напоминала наши со святым отцом занятия медитацией.