Удача новичка (СИ)

— Что, совсем-совсем никого? — наконец осведомился механический голос.
— Да! — я разозлился. — Хватит насилия. Хватит превращать людей в желе! 
— Но... Как же нам тогда доказывать свою преданность и любовь к тебе, о Повелитель? — теперь в голосе была неприкрытая растерянность.
— Творите добрые дела, — не задумываясь, сказал я.
— Это сложно, о Повелитель.
— Уверен, вы разберётесь.
— Но кто нам скажет, где добро, а где зло?
Я зашел в тупик.
Философы тысячи лет бьются над этим, поистине трансцендентным вопросом, и до сих пор не нашли ответ.
— Помните, что я вам сказал при первой встрече?
— А НУ, ТИХО! — пророкотали стены моим голосом.
— Нет, не это, — отмахнулся я. — Что ещё?
— ВСЕМ ОТОЙТИ НА ДЕСЯТЬ МЕТРОВ. ОПУСТИТЬ ОРУЖИЕ. ПОДНЯТЬ РУКИ ВВЕРХ!
Господи... Они помнят всё, что я сказал. Дословно.
— Да не это же, — потряс головой я. — Подумайте. Что я сказал вам на прощание?
— Не делайте ничего такого, чего бы не стал делать я, — процитировали стены моим голосом.
— Вот! — я обрадовался его понятливости. — Вы говорили, что постоянно находитесь в контакте со мной, — я поморщился. Целый народ вуайеристов. Жуть берёт. Но ведь человек — такая зверушка, которая приспосабливается ко всему. Дайте время... 
— Ты хочешь, чтобы мы копировали Твоё поведение? — осведомился голос.
В нём теперь проскальзывали какие-то ревностные, фанатичные нотки. Не к добру это...
— Нет! — закричал я. — Нет и нет! Вы должны жить своим умом. Научитесь думать, ребята. А с меня... Просто берите пример. 
— Хорошо, повелитель. Мы будем брать пример с тебя.
— Знаешь, это большая ответственность, чувак, — тихо сказал Колька. — Ты теперь и плюнуть не можешь без оглядки...
— Ничего, — я закрыл глаза, чтобы немного передохнуть. — Я не так уж часто плюю.
— Мы прибыли в измерение Сан-Инферно, Повелитель, — вдруг доложил голос.
— Прекрасно! — вскричал я. Господи, как надоело болтаться вниз головой... — Скорее вытряхивайте нас на землю.
— Твоё слово для нас закон, о Повелитель.
Пол под нами разошелся в стороны, наподобие лепестков цветка. Противоперегрузочные сетки внезапно втянулись в потолок. И мы, все трое, полетели...
— А-а-а! — кричал я, падая на далёкую землю сквозь подушку облаков.
— Ты идиот, Макс!.. — вопил Колян, падая рядом со мной.
Желтоволосая демоница падала молча. Думаю, профессиональное достоинство наёмного убийцы не позволяло ей верещать, как девчонке.
А нам позволяло. У нас с Колькой в данный момент ВООБЩЕ не было никакого достоинства. Отвалилось по дороге.
  
Глава 23
 
Наконец падение прекратилось.
И вновь я ощутил под задницей знакомые полированные доски палубы. 
Дикий Бизон приходит мне на помощь так часто, что я узнаю их на ощупь. Причём, не обязательно руками.
"Божья Коровка", чёрт её дери!
Где-то рядом ворочался и пыхтел Колян, и я искренне порадовался, что с ним всё в порядке.
Хотя допускаю: мои представления о том, что такое "порядок", за последнее время значительно расширились.
Но самое главное: я не переставал думать о желтоволосой демонице. Звука падения её тела на палубу я не слышал. Остаётся предположить, что мудрый Бизон дал ей благополучно пролететь мимо...
Придя в себя после короткого, но насыщенного впечатлениями полёта, я сел и потёр ушибленные места.
Могло быть и хуже, — эта мысль не столько радовала, сколько утешала. — Если бы я ударился о землю двумя километрами ниже, походил бы сейчас на влажный коврик.
— Удивляюсь я МЗЧ, — пробормотал я вслух. — Столько дифирамбов моей уникальности, а потом раз — и выбросили с корабля. 
— Одно из двух, Макс, — прокряхтел Колян, усаживаясь рядом. — Или твои МЗЧ знали, что нас подберут, или так подсели на адреналин, что сделались наркоманами. И как наркоманы, будут требовать всё более острых ощущений, — его слова мне совсем не понравились. — Кстати, где мы?
 
— На воздушной яхте, — пояснил я голосом гида, которому предстоит познакомить туристов с особенностями пыточных камер. — Больше пока ничего не могу сказать. 
Приподнявшись, я высунулся за борт и осмотрелся.
"Коровка" висела в облаках. Их плотные сероватые клубы окутывали нас, как старая отсыревшая шуба, не давая разглядеть, что находится за их пределами. Казалось, яхта была пуста — во всяком случае, никаких признаков Бизона я не заметил.
Паруса были плотно скручены, влажный такелаж уныло провис.
По ощущениям, мы висели на одном месте — хотя за это ручаться не могу.
— А ты говорил, что в Сан-Инферно жарко, — пожаловался Колька, поплотнее запахивая намокшую и продранную на спине куртку.
У меня и самого зуб на зуб не попадал.
Странно. Впервые с тех пор, как попал в это измерение, я испытывал холод. Может, это вовсе не оно?
Может, обладая странным и извращенным чувством юмора, МЗЧ выбросили нас в каком-нибудь другом негостеприимном месте?..
Тогда откуда здесь взяться "Коровке"? 
— Эй... — позвал я. Голос прозвучал глухо, как в подушку. — Бизон?.. Ты здесь?
И тут я расслышал какой-то шорох. Исходил он из-за борта яхты, откуда-то снизу.
Перегнувшись вниз, я попытался что-нибудь рассмотреть.
И как только я это сделал, прямо на меня, из тумана, надвинулась морда... Дикого Бизона.
— Ой! — он появился столь стремительно, что я даже испугался. — Что ты там делал, чувак?
— Да так, привязывал кое-что, — ловко перемахнув через борт, Бизон приземлился на ноги. Кроме своеобычных шорт на нём была короткая, открывающая плоский живот, жилетка. Как дань холодной погоде, не иначе...
— А что ты делаешь здесь, в облаках? — я твёрдо решил добиться результата. 
— Работаю, Макс, работаю... отойди, не мешай, — и он потащил к трюму какой-то мешок, которого я не заметил раньше. Вдоль борта лежало ещё несколько таких же мешков. Надо понимать, с контрабандным товаром...
— Так мы над Травяным морем, что-ли? — моему облегчению не было предела.
— А что такое Травяное море? — встрял Колька.
В пухлой куртке, в шерстяной шапке, весь облепленный мокрыми перьями, он походил на толстое огородное пугало.
— Я тебе потом объясню, — отмахнулся я от лучшего друга. И вновь повернулся к Бизону. — Слушай! А как так получилось, что "Коровка" оказалась ровно под тем местом, где нас выбросили из тарелочки МЗЧ?..
— Ты чем-то не доволен? — странно. Но в голосе Бизона я не заметил тех беспечных тягучих интонаций, которые мне так нравились. Голос его был по-деловому сух, а движения — скупыми и точными.
А впрочем, я ведь никогда не видел его за работой... Может, он всегда такой, когда ступает на тропу контрабандного бизнеса.
— Извини, чувак, — я искренне смутился. — Я жутко рад тому, что "Коровка" оказалась в нужном месте в нужное время. Опять.
— Видать, планида моя такая, — в улыбке Бизона проскочила толика старой беспечности. — Спасать тебя, брат — моё самое любимое занятие...
— Неужели?
Этот голос принадлежал не Бизону. И даже не Кольке.
А оглянувшись, я увидел, как над кормой появляется желтоволосая голова. Волосы слиплись и повисли сосульками, но глаза сверкали тем маниакальным блеском, который присущ лишь голодным и разозлённым до крайней степени кошкам, у которых отобрали любимую заводную мышку.