Целитель 2 (СИ)
— Сколько неуважения к мужчинам, — заметил я.
— Почему я должна уважать тех, кто не уважает меня?
— Ты это говоришь мужчине.
— А ты уважаешь мой путь? Или так же, как и другие, осуждаешь, что мы деремся? Лучше займись делом и доведи его до конца, целитель.
Слово целитель она сказала с большим сарказмом.
— Ты, наверное, подумала, что я завёл этот разговор, чтобы осудить твою жизнь. Но причина совсем в другом. То, что вы хотите кому-то что-то доказать — сугубо ваше дело. Только мне кажется, вы не совсем понимаете, какую цену платите.
— О том, что здоровья больше не становится, я знаю, — угрюмо заметила она. — Кто же виноват, что услуги целителей стоят так дорого? Да и не каждый помочь сможет. Даша сказала, ты дюже хорошо сделал. Ещё и денег не берешь. Странный ты.
— Сейчас речь не обо мне. Уж позволь, раз я с тобой тут вожусь, как ты заметила, бесплатно, сделать работу качество, для чего просветить тебя касательно некоторых аспектов. Но для начала скажи, чем женщины отличаются от мужчин?
— Кроме того, что мы красивее, умнее и сильнее? — хмыкнула она.
— Да, кроме этого, — улыбнулся я.
— Очевидно, мы отличаемся телами.
— Ещё чем?
— Чем? — не нашлась она.
— Тем, что только вы можете иметь детей.
— Только не это, — взмолилась Фея. — Я и так наслушалась от своей мамочки о том, что нужно вести себя достойно, а то мужа не найду. Как будто я собираюсь искать себе мужа!
— Сколько тебе лет?
— Это имеет значение?
— Ответь, удовлетвори любопытство.
— Восемнадцать, — в её голосе сквозило недовольство.
Мне показалось, что Фея, несмотря на свою суровость и габариты, на самом деле труслива, и открываться ей банально страшно.
— А ты не думала, что спустя пять или десять лет твоя позиция может кардинально измениться? Когда уже будет поздно.
— Прошу, хватит. Ты всем пациентам на мозги капаешь? — пошла она в атаку.
— Нет. Просто ты себя совсем запустила, и это нарушает моё чувство прекрасного. Ладно, плевать на твою жизнь. Сама разберешься. Моё дело предупредить. Если ты не в курсе, то Масло состоит из разных энергий и примесей. Когда ты делаешь Вдох, то впускаешь в тело… разное. Просто прими как данность, если не в курсе этого. Масло имеет полуматериальную природу. Конкретно для тебя это означает, что каждый раз, когда ты делаешь Вдох, микрочастички грязи оседают в теле. Сколько ты на улицах дерешься? Как часто Вдохи делаешь? Сколько через себя Масла пропускаешь? Вспомни и прикинь, сколько в тебе всего осело. Скажу прямо — много. Ты уже четвертая из вашей банды, с кем я работаю, и твой организм запущен хуже всего.
— Это потому, что я самая яростная, — с какой-то гордостью заявила Фея.
— Это потому, что ты дура малолетняя, необученная и самоуверенная, — припечатал я, в ответ на что послышалось гневное сопение. — Ну давай, скажи, что не так. Что ты хорошо обучена и очень взвешенно принимаешь решения. Нет? Тогда лучше молчи и не позорься, гордясь глупостью.
— Для такого малька ты слишком дерзкий, — сказала она с угрозой.
— А что ты мне сделаешь? Стукнешь? Так баиньки мигом уложу. Ещё и чистку такую обеспечу, что три дня с унитаза не слезешь.
— Не надо, — отвернулась Фея, покраснев. — Дарья так над Зельдой потешалась, что та чуть под землю со стыда не провалилась. Спасибо, не хочу. Грубый ты.
— Как с вами иначе. Слушай дальше. Дряни в тебе много накопилось. Ты как будто к целителям вообще никогда не обращалась. Но и неважно. Факт есть факт. Давай сейчас попробую угадать. У тебя с легкими проблема серьезная. Одышка иногда появляется. Так? Кашель? Ага. Особенно если холодно на улице. Думаю, зиму и осень ты особенно не любишь. Поэтому и в шарфе теплом пришла, грудь закрыла, легкие бережешь. Ещё мерзнешь постоянно. Даже дома и когда тепло. Снова прав? — девушка молчала, и это было красноречивее всего. — А уж когда месячные начинаются…
— Хватит! — пристыженно попросила она.
— То совсем плохо крутит. Ещё и цикл постоянно сбоит. А знаешь почему? Потому что вот здесь, — без стеснения постучал я её по низу живота, — особенно много гадости накопилось. Внутренние органы уже давно страдают. Знаешь, что это значит? Что детей иметь не сможешь. Так что мужа можешь и не искать.
— Как не смогу? — испугалась она.
— Так ты же всё равно не хочешь. Чего занервничала?
Фея замолчала.
— Сейчас чистку начну, кое-что поправлю, но у тебя три варианта. Либо школу найди, где нормально практикам обучают, в том числе очищения. Либо на целителей серьезно траться. Либо завязывай со всякими глупостями. Готова?
— Угу, — буркнула она.
— Тогда поехали.
Это было долго, неприятно для Феи и тяжело для меня. Одна из самых сложных работ.
Уже измученная, когда вживую насмотрелась, что я из неё вытаскиваю, Фея нашла в себе силы попросить:
— А можно что-то сделать?
— С чем? — спросил я, занятый делом.
— Там.
— Там — это где?
— Ну, там. Детей хочу.
— Можно. Но, если дуровать будешь, ничто не поможет.
— Сложно это. Нас задирают часто. Отвечать приходится.
— Как будто сами не задираете.
— А ты думаешь, легко жить в столице? Я тебе этого не говорила, но Зельду изнасиловали года три назад. Так к нам и попала. Дарью — отец лупил. У остальных тоже свои причины. Поэтому не суди нас строго.
— Я и не сужу. От ошибок хочу уберечь. А то с одним справиться пытаясь, себе жизнь губите. Сами же потом горькими слезами плакать будете.
— Я постараюсь, — пообещала она.
«Уж постарайся», — подумал я.
А то это каждый раз неприятно видеть, как твою работу портят по собственной глупости.
* * *Следующий день прошёл также обычно. Как и вся неделя. Как и всё оставшееся время до аккредитации.
Черепки не трогали Демьяна, не вызывали к себе. Казалось, они про него забыли. За мной тоже никто охоту не открывал, не следил, в драки не пытался втащить. Петр несколько раз подрался на улице, когда на рынок ходил, но это тоже было частью обычной жизни. Что-то типа народной забавы, а не неприятностей. Парня даже не побили толком. Игорь пропадал на работе и не особо на глаза попадался.
У меня же выработался четкий распорядок дня. Каждый день проходил по пятьдесят пациентов. Большинство этих случаев были совсем уж рядовые. Люди, которые болели обычными болезнями и лежали в других корпусах, сами по себе могли сделать непроизвольный Вдох. Это не критично, но раз уж в лечебнице появился настолько активный целитель, то меня направили помогать остальным. Аристарх Павлович ещё добро дал на то, чтобы я на каждого выделял несколько Капель чистой Крови, что благоприятно сказывалось при любом диагнозе.
По вечерам же я занимался валькириями. Дарья по очереди с Евой и Зельдой переводили ко мне всех остальных девушек. Со схожими состояниями здоровья.
Что тут скажешь… Я их всех к нормальному состоянию вернул. Петр окончательно смирился, что у него в доме постоянно девушки живут. Ещё и ремонт начал. С чем ему девушки помогали, давая советы, как обустроить квартиру. Они с ним ещё и флиртовать стали.
Надо сказать, что ситуация сложилась довольно забавная. Они приходили раньше Петра, когда он возвращался с работы — наседали на него. Словно целью задались как следует пройтись по нему своими женскими чарами. Причем действовали грамотно. Быстро его слабые места нашли и помогали на кухне, рецептами обменивались. Ну, те девушки, которые сами в готовке что-то понимали. А те, кто не понимали — делали жалобные глазки и просили научить.
При этом те, кто ночью оставался, с двух сторон меня облепляли и просили «подышать столь приятным запахом». Всего в их банде четырнадцать девушек было. Некоторые приходили по два раза. Так что все три недели я провёл в обнимку. Против своей воли тоже смирившись с неизбежным. Зато, кажется, на них это благоприятно влияло, и они за этот срок ни разу не приползли побитыми.
Источник у меня до семидесяти трех Капель вырос. Как к этому результату относиться я не знал. С одной стороны, всего за три недели — отличный результат. С другой стороны, сроки жуть как поджимали. Я, когда Демьяну отметку в три месяца озвучил, исходил из того, что мне за это время придётся подтянуть боевые возможности и быть готовым к жесткой конфронтации. Чтобы прикрыть или вытащить парня. В идеале — нанести удар по организации Черепов. Тайно, чтобы меня не спалили и от парня ещё на какое-то время отстали.