Тактик. Том 4 (СИ)

— Понятно. Одной курочки хватит, — проворчал я и отправился к Пешеку на четырнадцатый этаж.
Я примерно пересказал текущие выводы.
— Деревянные тела мне обещали отдать через три дня. От Булата ничего не осталось, бери шлем, вдруг это срочно. Покажи его этой… а, ещё вот документы, — протянул мне папку с бумагами юноша.
Я быстро их пролистал и уставился на гада.
— Ты вот серьёзно? — спросил я.
— А что не так? — не понял этот идиот.
— Иван Иванович, её отец, это кто?
— Ну, муж Насти, то есть ты.
— Тебя ничего не смущает?
— В смысле? — уставился на меня человек-пешка.
— Ей девять. Ему восемнадцать. Точно ничего не смущает?
— А-а-а, да пофиг. Кого это интересует? Ивановых много, всегда можно сказать, что брат взял под опеку или ещё что-то.
— На родительское собрание сам попрёшься. И почему в графе «мать» прочерк?
— У Насти нет детей, — уверенно заявил Мастер Пешек.
— Да-да, у меня тоже, но это ничего не меняет, — пробурчал я, взял шлем и отправился на пятнадцатый.
Там в ожидании курочки я поставил таз с овощами и фруктами с огорода перед Жасмин. Из холодильника она ничего не взяла.
Вчера с Агатой вдвоём они умяли кучу холодца. Это кушанье во многом является побочным продуктом от варки зелий, поэтому его было много. Но вчера был рекорд по поглощению. И вот сейчас я даже потерял дар речи, так как увидел причину.
Девчонка меньше меня, поедала дары природы не так уж быстро, но без остановки. Но ладно, наличие проглота легко покрывала урожайность зоны обучения.
— Вот шлем, что можешь сказать? — спросил я перед постоянно жующим человеком.
— *Глоть*, душа улетела? — пробормотала девочка, осмотрелась, взяла кухонное полотенца и вытерла руки, после чего схватила артефакт. — Представляешь, дух переродился душой!
— Не понимаю.
— Путь Шахмат создаёт временных духов. Я так и не смогла отследить логики возникновения, но душ Путь Шахмат точно не создаёт. Хотя это не мешает некоторым шахматистам промышлять некромантией, привязывая к фигурам призраков или заключая даже живых людей.
Я уставился на неё. Учитывая судьбу Барбары, она на себя намекает? Конкретно с моей садовницей вина была за древним правителем скрытых магов, но и у владычицы похоти были слуги, превратившиеся в шахматы.
— Да, я поняла многое слишком поздно. К тому моменту мои люди уже превратились в таких же Духов Прошлого, каким стала сама. Это сейчас неважно, — произнесла Жасмин.
— То есть ты говоришь, что Царь стал душой? — уточнил я.
— Да, полноценной. Но он уже переродился, а вот где — не понимаю.
Я следил за плясками маны оранжевых оттенков вокруг девчонки. Вроде бы, колдует, но я не понимаю её.
— Так вообще может быть? — уточнил я.
— Если Воля Мира решит, что кто-то совершил подвиг или провёл достойную жизнь, даже малый дух камня может стать новой чистой душой, но через несколько достойных перерождений. Шахматный дух создаётся лепестком искусственно, поэтому он в иерархии ниже, очень странно, что сразу душа. Это же след твоего короля?
— Ну да, Царя.
— Он обладал высокой силой. Возможно, его бой по мнению Воли Мира — подвиг.
— Можно точнее, что он мог совершить, чтобы хотя бы предположить природу противника? — уточнил я, ухватившись за информацию.
— Нападение врагов этого Мира. Захватчиков или предателей.
— Ты что-то о них знаешь?
— Нет. Только слухи и байки. Захватчики не могут действовать напрямую, только через врата и туннели могут сюда отправлять свои войска. Когда семь или девять врат породят Взрыв Дворца, наступит Конец Этого Мира, его судьба попадёт к победителю, — заявила Жасмин несколько задумчиво.
— Семь или девять, это как? — не понял я.
— Точно не могу предположить. Возможно, чтобы какую-то нужную точку заменить, требуется три новых. Но я этим интересовалась только как сказкой, чтобы отвлечь внимание наивных дурачков-талантов, хи-хи. А дальше чары и похоть, они уже в плену собственного греха! Ха-ха-ха, о вкусняшка.
Я как раз по будильнику достал курицу из духовки.
 
Спустя пять минут я поверил, что она не шутила про количество курочек себе на завтрак и обед.
Я связался с Агатой:
Тактик:
Жасмин при тебе много ела?
Агата:
Немного. Три-четыре ведра крылышек и пять-шесть пачек бургеров за раз.
Я и забыл, что у други другие понятия «нормы». Библиотечная дикарка сама-то постоянно что-то жевала летом.
Между тем дом тихонько ужинал упавшим волосом брюнетки, пока я панически переваривал данные.
Царя не вернуть, его убил кто-то действующий в интересах врагов из иных миров, а теперь этот кто-то может прийти за нами?
  
Глава 17
 
Спустя несколько дней Мастер Пешек получил части марионеток. Целыми остались только головы, тела в большинстве были искорёжены слишком сильно. Очень похоже, что делалось это уже после победы над ними.
То есть ради следственных действий или попытки что-то понять об их природе.
В любом случае шести голов мне было достаточно.
Как только я дал им тела из нимфовой древесины и артефакты, которые были мне известны, я достал нефритовые и хрустальные наборы шахмат.
Для первичного оживления банды Булата было достаточно пешек обоих типов. Для воскрешения хрустальная всё ещё подходила:
Хрустальный воин (пешка)
Часть магического набора *Хрустальные шахматы*. Позволяет впустить в себя образ мёртвого человека и присвоить его силу (не выше Б-ранга).
Ранг предмета: уникальный
Эффект:
- позволяет фигуре повторять волшебство, виденное хозяином артефакта раньше, если настоящий человек умер
- позволяет скопировать внешность и поведение выбранного человека
Однако Жасмин дополнительно отобрала по две нефритовые фигурки.
Она только советовала и подсказывала, а процедуру выполнял я сам.
Поначалу мне показалось, что я провалил оживление. Лис и остальные внешне оставались марионетками. Однако стоило бросить в каждого порошок на базе сапфировой пыли, как деревянное тело внешне превратилось в человеческое.
— Провал, они тебе не подчинятся, но их титулы и навыки пусты, — заявила Жасмин, создающая вокруг себя защитное заклинание.
— Так и в прошлый раз было, — проворчал я.
— Я предупредила, — произнесла брюнетка.
Первым очнулась ладья на базе огнетушителя.
Лад потянулся, посмотрел вокруг и произнёс:
— Я умер? Какая досада.
— Ну, конкретно сейчас ты ожил, — неуверенно заявил я. — Позывов меня убить нет?
— А? Ты про задание убить шахматиста? Оно не пропадало никогда, нам оно просто неинтересно, — проворчал толстяк и поднялся на ноги. — Весь опыт пропал, по характеристикам мы упали в самое начало. Только бонусы от оживления отличают нас от заготовок.
— Ты сам это осознаёшь? Насколько отличаетесь? — уточнил я, так как анализ теперь на него не действовал.
— По-разному, — загадочно заявил оживший огнетушитель. — Но могу сказать, что чуть-чуть, и ты смог бы мной командовать. Ха-ха, ладно, дай что-нибудь пожевать, я голодный, словно новенький пылесос!
Сравнение мне показалось странным, но я достал запас урожая фруктов и овощей и поставил в тазах перед ним.
— Ты что-то помнишь о противнике, который убил тебя? — спросил я, когда количество овощей серьёзно уменьшилось. Хотя немаленькую роль здесь сыграли маленькие ручки моей советчицы по оживлению, таскающей плоды гораздо быстрее толстяка.
— Смутно. Бой был стремительный. Твоя копия: голос, движения и мимика были схожи. Однако держался он куда более самоуверенно. По анализу же почему-то выпадало странное имя: Брежный. Да, точно Брежный! Но в состоянии говорилось, что «находится под внешним управлением». Всё, большего не помню, — произнёс Лад, словно воспоминания ему были неприятны.