Зачарованный терем 2 (СИ)

Гордей и Калина вернулись счастливые и, какие-то, тихие. Похоже, со временем, у нас появится красивая семейная пара. Дай-то, Триединый! Надеюсь, у них всех хватит воли и терпения до исполнения двадцатипятилетия.
И расправила крылья ещё одна Лебедь – Милана.
***
Девять дней ежевечерней суматохи, составление меню, ритуала, и прочее, и прочее. Обсуждали каждую деталь, каждый шаг, каждого гостя. Перетрясли в казне все ювелирные украшения. Для моего наряда перебрали весь запас жемчуга. Перелистали журналы мод, выискивая самые оригинальные и подходящие моменту и духу времени.
А ещё начали приходить группы эльфов к Граалю.
Елисей пришёл к удручающему выводу, что с нашей нагрузкой, девяти дней не хватит. Но нам хватило! Сначала хотели гостей не приглашать, только Миримиэля. Но, хорошо подумав, решили, что для распространения изменений в Укладе, будет полезно пригласить Великих Князей, Главного Хранителя, и нашего Княжича.
***
И настал этот великий день. Десятое стожареня.
Обряд заключения семейного договора в Храме назначили на полдень.
Утром перед завтраком Елисей преподнёс мне свадебный подарок. Кулон. На платиновой цепочке плоское кольцо с рунами. В кольце очень крупная, около двух сантиметров в диаметре, розовая жемчужина. Как мне объяснили, жемчужина очень редкая и потому дорогая.
После завтрака, разыграли выкуп весты. Выкупали друзья во главе с дружкой. Дружкой был Ольх. Чего только девчата ни напридумывали, каких только препятствий ни нагородили! Елисея отправили в Храм, чтобы он там дожидался весту. Посажёнными родителями весты пригласили Буса с женой. Они должны вручить меня Елисею в Храме. Посажёнными родителями Елисея стали родители Ольха.
Мне изготовили платье из эльфийского белого искрящегося шёлка с открытой спиной. Волосы заплели в две косы и уложили короной, украсив шпильками с жемчугом. От короны из волос на лоб опускался жемчужный налобник с крупным бриллиантом на подвеске. К волосам прикрепили фату из лёгкого газа. На грудь с шеи свисали несколько нитей жемчуга и подарок жениха. На ногах белые туфли-лодочки. В руки мне дали букетик белых цветов-живучек.
Это такие невысокие цветы, похожие на нарциссы, с лёгким приятным ароматом. У них имеется удивительная особенность – поставленные в воду выпускают корешки, что позволяет их вернуть на клумбу.
Три коляски, украшенные лентами и искусственными цветами, стояли у крыльца. Я с Таней и посажёнными родителями села в первую коляску. На облучок сел Ольх. На двух колясках поехали девочки, у кого не было лошадей. Ребята и остальные девчата поехали верхом.
Возле храма собрались все махоткинцы и смородиновковцы.
Я выпустила крылья. Ольх помог мне сойти с коляски, Бус взял меня под руку, с другой стороны встала его жена и повели меня в храм. Впереди шли Ольх с Таней, следом пошли все наши.
Мы вошли в храм. Елисей в белом костюме стоял с родителями Ольха. По нему было видно, что он сильно волнуется.
Меня подвели к Елисею. Он взял меня за руку и подвёл к статуе Триединого. Нам подали подношение: хлеб, вино, мёд – которые мы поставили перед статуей с благодарственными словами Триединому и произнесли клятву в верности друг другу и нерушимому следованию Указу Лады. Богумир Волес передал мне такой же перстень, что у меня на руке. Я надела Елисею перстень на средний палец левой руки. Он снял обручальное кольцо с моей правой руки и надел на средний палец левой. Главный Хранитель произнёс несколько слов на древнейшем языке, завершив обращением «ОУМ!». Наши кольца вспыхнули синим светом, и в камне Елисея тоже появилась синяя звёздочка. Мы поцеловались.
Все стали нас поздравлять. Таня подошла к нам, обняла со словами «Поздравляю, сестрёнка! Счастья тебе!», поцеловала по русскому обычаю трижды. Потом ту же процедуру проделала с Елисеем и добавила: «Помни Елисей, что жена не рукавица, с белой ручки не смахнёшь да за пояс не заткнёшь! Не обижай её». Я, со словами: «Девочки, ловите!», повернулась спиной к группе наших девчат и бросила букетик. Букетик поймала Майя.
 
Мы вышли на широкое крыльцо Храма, держась за руки. Ольх громко произнёс: «Один, два, три!», и на крыльце стоят шесть Единорогов. Спустились с крыльца, начали расходиться. Таня попросила всех расступиться, освободить место для Ладонов. Оборачиваясь друг за другом, в небо взлетели десять Ладонов. Сделали круг над Храмом, пролетели к Терему, покружили над ним и опустились во дворе.
Гости отправились в Терем кто в колясках, кто верхом. Во дворе уже стояли накрытые столы, лавки. На крыльце расположились музыканты из Ильмери. Нас опять поздравляли.
Всем было весело. Особенно веселилась молодёжь. Девчата напридумывали множество игр, шуточных розыгрышей. И не заметить грустные лица Радима и Ольха было трудно. Я подошла к ним.
- Ну, и о чём грустим?
Ольх улыбнулся и поцеловал меня в щёку.
- Грустно, что сестрёнка выходит замуж так рано. Могла бы ещё погулять.
- Ничего! За меня Заринка погуляет. Её Единорог в двадцать пять появится. А ты, Радим, тоже не грусти. Ведь между нами всё равно ничего не могло быть. Елисей мой Истинный. А ваши Истинные где-то ждут. И я помогу вам с ними встретиться. Надеюсь, Радим, что мы останемся навсегда самыми близкими друзьями.
- Значит, Ольх брат, а я только друг? Почему?
- А ты посмотри на нас внимательно магическим зрением, сравни.
Радим, слегка прищурившись, стал рассматривать наши ауры.
- Ничего себе! – с удивлением воскликнул он. – У вас близкородственная связь! Как такое могло получиться?
Ольх счастливо улыбался.
- Я чувствовал эту связь, но не думал, что она близкородственная. Если и есть родство, то оно должно быть настолько далёким, затерявшимся в тысячелетиях. А тут… как это понимать?
- Наверно, так угодно нашим богам. Они нас спаяли в родстве, видимо, во время перехода, – рассудила я. – И не надо грусти. Сегодня у меня праздник.
Парни пошли к друзьям с улыбками на лицах, такими разными. Ольх с весёлой, беззаботной, Радим с грустной.
Я обратила внимание, что Елисей о чём-то серьёзно разговаривает с Главным Хранителем, поглядывая на меня и кивая головой, в чём-то соглашаясь. Но тут же несколько отвлеклась от созерцания беседы мужа с Главным Хранителем, переключив внимание на веселье друзей и гостей.
- Чем это ты их развеселила? – передо мной встал Елисей, обняв двумя ладонями за талию и указывая на Ольха с Радимом.
- Истинных им пообещала, – улыбнулась я.
- И ты знаешь, где их взять? – целуя меня в нос, заглядывая в глаза, прикоснулся лбом к моему лбу.
- Я же почти богиня, – хитро улыбнулась и поцеловала Елисея в губы. – А ещё Ольх рад, что обнаружилась наша близкородственная связь.
- Близкородственная связь? И как это обнаружилось?
- По аурам. Радим удостоверился.
- Почему я не чувствую твоих мыслей? – нахмурился муж. – Одни эмоции. Не закрывайся от меня, пожалуйста, Анюта.
- Елисей, я не закрыта. Я так счастлива, что даже нет никаких мыслей, одни эмоции. Сплошной сумбур.
- Ну, так может пойдём начинать работать над детками? Пусть без нас веселятся, – плотно прижимая к себе, прошептал муж, дав почувствовать свою готовность.
- Я согласна. Думаю, они не обидятся.
И мы, по-тихому, двинулись в сторону моей спальни.
 Глава 2. С заботой о... 
После трёх бурных ночей любви Елисей исчез. Ребята сказали, что прямо на занятиях открыл портал, обернулся какой-то серой птицей и исчез.
Камень связи молчал.
Я не знала, что делать. Не находила себе места. Спасало только то, что нужно было продолжать встречать группы эльфов на медитацию к Граалю.
После медитации ребят ждал, обязательно, перекус. По себе знаю, что после посещения Грааля всегда хочется есть, причём сладкого. Требовалось восполнение затраченной энергии. На стол выставляли: арбузы, дыни, помидоры. Пирожки с ягодой, тыквой, морковью; пирожные, пряники. Горячий сбитень, морс, ягодный взвар с мёдом.