Порочный учитель

— Какую часть моего дневника ты прочитала? - Спрашиваю я.
 Ева стискивает зубы.
— Часть о том, где ты затащил меня сюда под ложным предлогом.
 Я провожу рукой по волосам.
— У меня есть грязное прошлое с твоими родителями.
 Ее кулаки сжимаются при упоминании родителей.
— Какое это имеет отношение ко мне?
— Пять лет назад твои мать и отец уничтожили мою многомиллиардную корпорацию, и все потому, что я отказался платить им деньги за защиту и работать на их мошенническое предприятие в Атланте. - Я наклоняюсь вперед и упираюсь локтями в ноги, сплетая пальцы вместе. — Они оставили мне зловещее послание через две ночи после того, как я отказал им. Я приехал в здание своей корпорации и обнаружил, что все вокруг горит. - Я стискиваю челюсти, воспоминания о той ночи возвращаются снова. — Они не только уничтожили мою компанию той ночью. - Я встречаюсь взглядом с Евой, чувствуя себя немного странно, рассказывая ей о Джейн. — Они убили моего сотрудника по подбору персонала во время пожара. Женщину, которая любила меня, и я любил ее, хотя мы никогда не действовали в соответствии с нашими чувствами. В конце концов, я был генеральным директором.
 Я нервно сглатываю, пытаясь оценить реакцию Евы на мою историю.
 Она просто сидит там, безучастно впитывая каждую деталь.
— В ту ночь я погиб вместе со своей корпорацией. Я сменил имя и сбежал из Атланты, зная, что оставаться было бы глупо. - Я бросаю на Еву многозначительный взгляд. — Ты не можешь оправиться от того, что оказался не на той стороне твоих родителей.
 Я с трудом сглатываю.
— Итак, я получил свои страховые деньги от уничтоженной компании и купил Академию Синдиката с целью отомстить через одного из детей Кармайклов. - Я сжимаю челюсти, зная, что ей не понравится, что моей первоначальной целью был ее брат. — Изначально я нацелился на твоего брата, но ваш отец хотел, чтобы он с юных лет занимался семейным бизнесом, а не учился.
— И что именно ты собирался с ним сделать? - Спрашивает она, ее голос спокоен, учитывая то, что я ей рассказываю.
— Втянуть его в скандал, заставь твоих родителей поспешно вернуться в Академию Синдиката и … - Я потираю лицо, понимая, что следующие два слова могут разрушить все отношения с Евой. — Убить их.
 Ева задыхается, глаза расширяются.
— Ты хочешь убить моих родителей?
 Я встаю, чувствуя, как меня охватывает новая волна паники.
— Ева, ты должна понять, что они разрушили мои мечты и убили единственную женщину, которую я когда-либо любил, и все потому, что я не хотел на них работать. - Я расхаживаю по комнате. — Мне казалось правильным забрать у них всё. - Я тяжело вздыхаю. — Пока я не встретил тебя.
— И ты смог бы их убить? - Спрашивает она, словно пытаясь понять, способен ли я на такое насилие.
— Ева, у нас больше общего, чем ты можешь себе представить. - Я встречаю её взгляд. — Я уже рассказывал тебе о своих итальянских корнях. Мое имя при рождении было Лука Моретти, и я родом из Неаполя.
 Мое сердце колотится сильно и быстро, поскольку я никому не рассказывал о своем истинном происхождении, даже двум моим самым близким друзьям. В конце концов, семья никогда не откажется от моих поисков.
— Я был их первенцем, которому предстояло унаследовать криминальную империю и править ею, но я никогда не хотел такой жизни. - Я расхаживаю по комнате, не глядя на Еву, когда рассказываю ей свои самые глубокие, самые мрачные секреты. — Итак, я сбежал в Америку, когда мне было восемнадцать, и взял новую личность, построив Archer Data Corp с нуля к тому времени, когда мне исполнилось двадцать восемь.
 Теперь я смотрю на Еву и вижу шок в ее глазах, когда она слушает.
— Меня воспитывали так же, как и твоего брата, учили быть безжалостным, но я никогда не был создан для преступной жизни. Мой младший брат гораздо больше подходил для этой работы, и поэтому я убрался с дороги, но когда твои родители убили Джейн… - Я качаю головой. — Это вскрыло что-то темное внутри меня. Ты должна понять, что я был воспитан как убийца, Ева.
 
 Я замечаю, как она вздрагивает.
— Так ты собирался убить их? - Она хмурится. — Ты убивал раньше?
 Я мысленно возвращаюсь к ужасам детства. Мой отец был чудовищем, возможно, даже хуже, чем ее родители.
— Отец заставлял меня убивать с тринадцати лет.
— Тринадцати? - Эхом отзывается Ева, ее лицо бледное.
— Да. - Я киваю и встречаю ее потрясенный взгляд. — У меня было твердое намерение использовать тебя, чтобы добраться до твоих родителей, пока я не встретил тебя.
 Ева садится немного прямее, ее глаза ничего не выдают.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты была такой, какой я не ожидал. Доброй, чистой и невинной. Гребаная противоположность твоим родителям, и я знал, что не смогу использовать тебя так, как планировал.
— Как ты собирался использовать меня? - Спрашивает Ева, ее голос срывается от эмоций.
 Я подхожу к ней, и на этот раз она не уклоняется.
— Я намеревался втянуть тебя в скандал. - Пожимаю плечами. — Хотел бросить тебя в объятия профессора Дэниелса. - Я сажусь рядом. — Но не смог подпустить его к тебе. Я никого не мог к тебе подпустить. - Я беру ее за руку, и она напрягается, но позволяет мне держать ее. — Ты заставила меня понять, что в жизни есть нечто большее, чем месть, и тогда я понял, что ты тоже ненавидишь своих родителей.
 Она убирает руку.
— Я ненавижу их, но я бы никогда не причинила им вреда так, как ты хочешь.
 Удивительно, как девушка, всю свою жизнь взращиваемая таким злом, осталась им нетронутой. К сожалению, не могу сказать того же о себе. Может, я и убежал от тьмы, но часть ее живет внутри меня.
— Я знаю. - Я кладу руку ей на бедро и сжимаю. — Вот почему я придумал новый план. Тот, который не предполагает убийства, но он причинит твоим родителям не меньшую боль.
 Ее брови хмурятся.
— Каким образом это возможно?
 Я поднимаю палец вверх.
— Подожди здесь минутку.
 Я направляюсь к прилегающему шкафу и ищу кольцо, которое подарила мне бабушка, перед тем, как вырваться из их лап. Я скучаю по ней больше всех из моей семьи.
 Она понимала, почему я не хотел быть частью этого. За несколько дней до моего побега она практически сказала мне уходить и подарила свое обручальное кольцо на память о ней. Я беру коробочку и открываю ее, глядя на простое, но красивое украшение. В центре кольца из белого золота с цветочной короной - безупречный бриллиант в полтора карата.
 Ева подумает, что я сумасшедший. В конце концов, ей восемнадцать лет. У нее вся жизнь впереди, и все же я хочу предъявить на нее права. Хочу, чтобы моё кольцо было на её пальце, а моё имя - за её именем ещё до того, как начнется её жизнь.
 Я закрываю коробку, возвращаюсь в спальню и обнаруживаю, что Ева исчезла.
— Черт, - рычу я, когда вижу открытую дверь. Я выбегаю из комнаты, однако не нахожу ее ни на кухне, ни в гостиной. Сердце колотится, когда я открываю входную дверь, ледяной воздух хлещет вокруг меня и заставляет дрожать, но я бросаюсь в снег без верхней одежды.
 Паника мгновенно утихает, когда вижу ее, сидящую на скамейке возле арки, ведущей в мой коттедж, и пинающую носком ботинка густой снег. Она кутается в толстое зимнее пальто и с тоской смотрит на окружающие ее зимние волшебные пейзажи.
— Ева, - зову я ее по имени.
 Она переводит взгляд на меня, и выражение чистого страдания в ее глазах пронзает меня до глубины души.
— Мне очень жаль. - Ева хмурит брови, глядя на снег. — Мне нужно было подышать свежим воздухом.
 Я иду к ней, чувствуя, как кровь сильнее приливает к моим венам от перспективы сделать предложение этой женщине. Мы знакомы всего два месяца, но я без сомнения знаю, что не смогу жить без нее. Вопрос в том, чувствует ли она то же, что и я.
 Я останавливаюсь перед ней, опускаясь на колени на уровне ее глаз. Глядя на неё, с уверенностью понимаю, что люблю ее, и не могу отпустить ее без борьбы. Я верил, что любил Джейн, но никогда не чувствовал себя так. С Джейн я держал свои руки при себе и мог сопротивляться притяжению, но против Евы устоять было невозможно.