Порочный учитель

— Оба варианта, - говорит она, стоя передо мной и прижимаясь своими упругими сиськами к моей голой груди.
 Все, что разделяет наши тела, - это моя полурасстегнутая рубашка на ней с прошлой ночи.
— Ведите, сэр, - говорит она.
 Я стону и хватаю ее за руку, таща через спальню в смежную ванную.
— Раздевайся, - приказываю я.
 Она медленно расстегивает рубашку, одаривая меня таким непристойным взглядом, что я чувствую, как мой член натягивает боксерские трусы.
 Я не отрываю от нее глаз, когда иду в душ и открываю кран. А затем сбрасываю боксеры на пол.
 Никогда не устану видеть безграничный восторг в глазах Евы каждый раз, когда она видит меня голым.
— Иди сюда, - говорю, когда она бросает рубашку на пол.
 Она подходит ближе и покорно встает передо мной, глядя своими сияющими карими глазами.
— Что прикажете, сэр?
 Я стону и хватаю ее за волосы, с силой толкая на колени.
— Соси меня, малышка.
 Ее глаза расширяются, она протягивает руку, которую я тут же отбрасываю.
— Только рот.
— Да, сэр, - говорит она, открывает рот и с жадностью заглатывает мой член по всей длине прямо в горло.
— Блядь, - я задыхаюсь, потрясенный тем, насколько хороша она стала с тех пор, как в первый раз сказала мне, что я чуть не убил ее, трахнув в горло. — Вот так, детка, прими его до конца.
 Она слегка давится, но контролирует свое дыхание, мягко покачивая головой, так что мой член входит и выходит из ее горла. Горячее предсемя вытекает ей в горло, когда она трудится надо мной, как охуенный профи.
 Я теряю контроль и крепко вцепляюсь в её волосы.
 Ева смотрит на меня с озорным блеском в глазах, как будто подначивая меня взять контроль в свои руки. И я так и делаю. Двигаю бедрами вперед-назад, погружаясь в ее тугое горло, и стону, когда из моего члена вытекает все больше преякулята.
 Трудно сопротивляться желанию излить свою сперму. Я вытаскиваю член изо рта Евы и рывком поднимаю ее на ноги, хватая за подбородок.
— Открой рот, - приказываю я.
 Она подчиняется, и я плюю в него, отчего она стонет.
 А затем я лижу ее язык.
— Ты такая грязная девчонка. Моя идеальная маленькая членососка, - бормочу я, скользя по её языку своим в непристойных ласках. — Теперь я хочу почувствовать, как эта прелестная маленькая киска обхватывает мой член. - Я подталкиваю ее под струю душа, и она упирается руками в стену, выгибая спину.
 Прежде чем присоединится к ней, я открываю шкафчик в ванной и беру оттуда маленькую анальную пробку вместе с бутылочкой смазки. Становлюсь под воду, беру в руки ее упругие ягодицы и раздвигаю их. Вид ее, такой блестящей и влажной для меня, сводит с ума, как и красивое кольцо мышц, в которое я собираюсь однажды вогнать свой член. Мне нужно растянуть его и натренировать, чтобы она могла принять что-то большее.
 Я помещаю свой член между ягодицами и тру о чувствительную заднюю дырочку, заставляя ее дрожать. Брызгаю смазкой ей на попку, и она напрягается.
— Что ты...
 Я шлепаю ее.
— Никаких вопросов.
 Ева хнычет, когда я осторожно ввожу палец в ее попку, чувствуя, как поддаются мышцы. Проведя несколько раз пальцем внутрь и наружу, я наношу смазку на пробку, располагая кончик у её входа.
— Расслабься, это всего лишь маленькая игрушка, - бормочу, поглаживая руками ее спину, пока она остается согнутой для меня.
 Ева делает, как я ей говорю, расслабляясь, пока я мягко надавливаю на пробку, вводя ее в тугую, девственную попку. Она стонет, слегка покачиваясь, когда пробка проходит половину пути внутри неё.
— Странное ощущение, - хнычет она.
— Дай ей шанс, - бормочу я, протягивая другую руку, чтобы поиграть с ее набухшим клитором.
 Она стонет, когда я довожу ее до исступления, прежде чем усилить давление.
 Внезапно пробка исчезает в ее попке, и Ева задыхается, немного выпрямляясь.
— Ох, - говорит она, привыкая к ощущениям.
— Как ощущения, малышка? - спрашиваю я.
 Она выгибает спину.
— Это приятно, - говорит она, оглядываясь на меня через плечо. — Хотя я думаю, было бы лучше, если бы твой член был в моей киске.
 
 Я рычу и резко хватаю ее за бедра, располагая кончик члена рядом с блестящим влажным входом.
— Как пожелаешь.
 Мои бедра сильно толкаются вперед, когда я погружаюсь в нее, и стону от плотного прилегания с пробкой, вставленной в ее задницу. Это не совсем большая пробка, но внутри нее всегда так тесно.
— О черт, - скулит Ева, откидывая голову назад, когда я трахаю ее. — Это так... - она замолкает, по-видимому, не в силах подобрать слова, и царапает пальцами стеклянную панель перед собой.
 Я стону, наблюдая за ее разгоряченным изображением в зеркале напротив душа. Ее светлые волосы разметались по лицу, а глаза расфокусированы, пока я трахаю ее. Никогда прежде я не испытывал такого благоговения перед другим человеком. Наблюдая за Евой, мне трудно поверить, что она не гребаный ангел, упавший с небес.
— О, Оак, - кричит она, ее тело бьется вокруг моего с такой силой, какой я никогда не чувствовал. Поток горячей жидкости брызгает на мой член, заставляя мой его набухать, когда приходит и мое освобождение. Каждый раз, когда у Евы что-нибудь оказывается в заднице, она испытывает струйный оргазм, и это самая сексуальная вещь, которую я, блядь, когда-либо видел.
— Вот и все, детка, сквиртуй на мой член, - рычу я, выпуская в неё свою сперму.
 Ева содрогается, когда я трахаю ее в процессе этого, убеждаясь, чтобы каждая капля моего семени оказалась глубоко внутри нее.
— Что значит «сквирт»? - спрашивает она таким невинным голосом, что это сводит меня с ума.
 Я заставляю ее выпрямиться и вытаскиваю свой член, от чего она хнычет. Она поворачивается ко мне лицом.
— Каждый раз, когда у тебя в попке что-то есть, когда ты кончаешь, ты сквиртуешь, - говорю я, нахмурив брови. — Это немного похоже на то, как когда мужчина кончает, ты выпускаешь жидкость из своей маленькой тугой киски. - Я целую ее в губы. — Это так чертовски горячо.
 Ева стонет мне в рот, когда мы целуемся так, словно у нас есть все время в мире.
 Я бы хотел, чтобы так и было, потому что каждый раз, когда мы расстаемся, это убивает меня. Осталось пять дней до того, как студенты разъедутся на зимние каникулы, и тогда она будет у меня всё чертово время.
Глава 28
Ева
 — Где ты была? - Спрашивает Наталья, как только я вхожу в кафетерий тем же вечером.
 Жар заливает мои щеки, и я сажусь на свое обычное место.
— Занималась в библиотеке. У меня много работы.
 Она хмурится, но не продолжает давить на меня, за что я ей благодарна.
 — Достаточно честно.
 Камилла прочищает горло.
— Мы подумывали о том, чтобы устроить вечер кино в комнате Адрианны, раз у нее есть телевизор. Ты в деле?
 Я киваю в ответ.
— Звучит неплохо.
 Мне нужно отвлечься от того факта, что у кого-то, сидящего в этом кафетерии, есть фотографии того, как мы с Оаком трахались прошлой ночью.
— Ты в порядке? - Спрашивает Адрианна, подталкивая меня локтем.
— Да, почему ты спрашиваешь?
 Она пожимает плечами.
— Ты выглядишь немного рассеянной.
 Я отправляю в рот вилку с макаронами и сыром, игнорируя ее замечание. Я бы хотела обсудить с подругами все то безумное дерьмо, которое происходит, но знаю, что никогда не смогу рассказать им про Оака.
 Как только я заканчиваю есть, Камилла направляется к стойке, чтобы взять закуски для фильма.
— Какой фильм будем смотреть? - Я спрашиваю.
 Наталья пожимает плечами.
— Выберем что-нибудь на Netflix.
 Адрианна кивает.
— Девчачье кино, конечно.
 Я внутренне стону, поскольку не сказала бы, что мне нравятся подобные поверхностные фильмы, но ничего не говорю. Я предпочитаю психологический триллер или драму, то есть что-то, над чем мне приходится думать.
 Камилла возвращается с большим пакетом.