Игра не для всех. Варяжское море. Воин (СИ)

Следующий день прошел относительно спокойно. Викингов выбыло под четыре десятка, и хотя у доброй дюжины бойцов раны были не слишком опасными — вскоре они уже снова смогли бы взять оружие в руки — но все равно число убитых и тяжелораненых оказалось слишком велико. Неоправданно велико для небольшого поселения, добыча в котором не стоит смертей славных хирдманов! И Хакану удалось убедить Фрея подождать день, максимум два, пока из Выши подойдет помощь — и тогда уже встретить славян в чистом поле! Там, где у свеев будет теперь уже если не численное, то хотя бы качественное преимущество в выучке и лучшем вооружение. А то при штурме на одного перелезшего через стену или прорвавшегося сквозь брешь викинга приходилось по трое, четверо вендов! И хотя на деле защитники града и сами потеряли убитыми и ранеными десяток бойцов, и следующий же штурм Дубен стал бы для них роковым, ни хольд, ни ярл не знали о том наверняка.
Впрочем, Хакан также предложил Фрею свое видение того, как грамотно провести атаку на бург — в случае, если подкрепление вендам не подойдет в ближайшие пару дней. Суть замысла была проста — атаковать сразу с трех сторон: и у ворот, и сквозь брешь, и на третьем участке стены, где можно приставить лестницы. Оставалось их только сбить, на что как раз хватило бы взятой передышки — заодно и легкораненые бы поправились. Одним словом, двухдневная пауза была выгодна свеям, а на случай внезапной ночной вылазки вендов или внезапной атаки подкрепления, хольд и обезопасил лагерь дозорными постами.
И все же этой ночью повидавший виды свей спал плохо, его мучали ночные кошмары и дурное предчувствие, подняв воина в предрассветных сумерках. Окончательно проснувшись, он сел, тщательно растер кожу на груди — это простое действие его не только согревало, но и позволяло привести мысли со сна в порядок. После чего Хакан достал старый бурдюк с любимым пивом — оно напоминало ему о доме — и жадно присосался к горлышку. Сделав пару глубоких глотков, хольд чуть повеселел и задумался о том, что может еще и уснуть, как до его слуха донесся скрип уключин и плеск воды… Тревога остро резануло по сердцу, викинг тут же вскочил на ноги, напряженно всматриваясь в сторону реке — и вскоре он разобрал силуэт приближающейся к стоянке свеев ладьи. И прежде, чем Хакан открыл рот, за бортом ладьи вспыхнуло более десятка малых огоньков…
— Тревога!!!
Рев хольда совпал с первым пуском вражеских стрел. Часть их уткнулось в драккар Фрея, часть в спящих на стоянке людей, ранив двоих хирдманов, и убив еще одного. Спросонья не разобравшиеся в происходящем воины пропустили второй залп, выбивший еще четверых бойцов — и только тогда все стали судорожно хвататься за щиты и спешить к драккарам. А хольд смотрел на реку и все еще не мог поверить в то, что вендам удалось его провести — удар последовал не с суши, а с воды…
2 мая 1061 года от Рождества Христова (6569 год от сотворения мира).
Вторая половина дня. Выша, поселение ильменских словен на южном берегу озера Нево.
Окрестности Альдейгьборга (Старой Ладоги). Роман Самсонов.
— Труби!!!
Над Ладогой в очередной раз гулко заревел витой бараний рог, давая понять Добрыне и его людям, что уже пора, пора выполнить свою часть общей задачи. А то ведь свеи на драккарах уже совсем близко подошли, еще чуть-чуть, и догонят!
Н-да, а ведь первая половина моего плана была воплощена в жизнь вполне успешно. После сборов, обсуждения планов, обговорив все детали и распределив роли, мы с варягами двинулись вплавь к Дубнам, взяв на борт молодого гонца, Тишило, и одного из местных рыбаков, хорошо знающего и побережье Ладоги, и реку, на которой стоит малое славянское поселение. Ближе к вечеру мы были практически на месте, оставалось пройти версты четыре до осажденной крепостцы — и здесь мы остановились, дать людям отдых и дождаться рассвета.
Еще в сумерках, на удивление хорошо выспавшись и восстановившись после перехода, мы двинулись к Дубнам. Лагерь викингов был заметен издалека — благодаря поддерживаемым ночью кострам, да громадам драккаров, наполовину вытащенных на берег. Нападения с реки свеи не ожидали — и прежде, чем кто-то успел поднять тревогу, лучники Будивоя обстреляли стоянку и один из драккаров. А потом еще раз, и еще, и еще — пока на одном из скандинавских судов не начался пожар, а второе свеи не вывели на стремя реки. Таким образом, я сократил число преследователей примерно до шести десятков воинов, одновременно спровоцировав остальных на погоню!
 
После началась изматывающая гонка, длящаяся вот уже несколько часов — принимать бой, когда нас тридцать пять бойцов (причем пятнадцать лучников!) против практически вдвое большего числа разъяренных викингов… Не самая лучшая идея. Правда, и противник, следуя за нами по пятам, уже не предпринимает попыток абордажа — единственный раз приблизившись на полет стрелы, свеи получили десяток «огненных снарядов» в нос драккара, после чего резво тормознули, и ныне выдерживают строгую дистанцию. Меня, кстати, уже не раз посещала мысль остановить ладью, подняв весла и бросив в воду якорь, после чего дождаться врага и расстрелять его корабль. Но хорошенько все обмозговав, я решил придерживаться изначального плана — слишком велик был риск, что даже на охваченном племенем судне викинги догребут до остановившейся ладьи и навяжут нам яростную ближнюю схватку… Так что вперед, к Вышам, где свеев ждет не самый приятный сюрприз!
— Приготовьтесь! Как только причалим — строимся, и медленно отступаем к воротам! Будивой — когда враг приблизится, не щадите стрел! Выживем — вам в Вышах их изготовят вдоволь!
— Да вождь!
Вот и град, возвышающийся на холме. На берегу никого не видно, но ворота открыты — по идее, так и должно быть. Главное, чтобы свеи клюнули — хотя ведь иначе и должно быть…
Проходит еще минут двадцать активной гребли, и ладья, наконец, тяжело ткнулась в помосты небольшой деревянной пристани — толчок получился резким и сильным, несмотря на уже брошенный за борт якорь и активные попытки кормчего тормознуть бег судна. Между тем, свеи причалили к берегу чуть раньше, у песчаного пляжа — и теперь со всех ног бегут к отрытым воротам града! Но мы-то остановились прямо напротив них, и наш путь заметно короче…
— Вперед!!!
Я первым перепрыгиваю невысокий борт ладьи и тяжело приземляюсь на опасно скрипнувшие доски причала. Мышцы рук и спины забились наглухо, но ноги отдыхали всю дорогу — и теперь я начинаю бежать наперерез викингам, слыша, как за спиной тяжело сопят Храбр с Горыней, а за ними и оставшиеся бойцы отряда. Между тем Будивой, не теряя времени, вместе со своими бойцами отправляет в полет очередную дюжину стрел, целя в рысящих к Вышам свеев — те-то пока еще не сбились в «черепаху»! Впрочем, до врага долетает всего две-три стрелы — чересчур велико разделяющее викингов и наших лучников расстояние. Однако же один воин все же падает, и тогда оставшиеся притормаживают, с опаской поглядывая в сторону ладьи, да начинают сбиваться в плотную группу, смыкая щиты и поднимая их над головами. Это в свою очередь, дает нам время изготовиться к бою…
— В две линии стройсь! Щиты сомкнуть! Первый ряд — сулицы и топоры, второй копья!
Сам я держусь в центре, заняв место во втором ряду и воздев над головой копье обратным хватом. Впереди же привычно встает Горыня, держа дротик в руке и воткнув второй в землю прямо у своих ног. Справа замирает Храбр, расставляет своих людей Яромир, а десяток Деяна занимает левое крыло. Будивой же до поры времени будет держаться с лучниками позади неширокой линии секироносцев — всего десять человек по фронту! И таким вот нехитрым построением мы медленно пятимся к воротам, в то же время позволяя свеям сокращать разделяющее нас расстояние с каждым ударом сердца.
 
Ага, вот и метина из пирамидкой сложенных камушков…
— Замерли! Будивой, стрелы!!!
За спиной тут же раздается отрывистое: «Бей!!!» — и воздух взмывает пятнадцать стрел, парой секунд спустя врезавшись в «стену щитов» викингов. Одновременно с тем с противным скрипом закрываются тяжелые, дубовые створки — пусть свеи рассчитывают разбить нас в поле, а затем добить у ворот. Глядишь, чтобы спасти уцелевших, вышинские отроют их, и тогда победитель ворвется в городок на плечах побежденных!