Игра не для всех. Варяжское море. Воин (СИ)

С копьем, которые местные держат обратным хватом над головой, также хватает сложностей. Как, к примеру, правильно выбрать его центр тяжести, как правильно держать древко при уколах, чтобы не потянуть запястье. Но главное — это сама тренировка рук с оружием, чтобы развить нужные группы мышц и подготовить связки к точным, выверенным движениям.
В свою очередь я гоняю Горыню, показывая простейшие боксерские удары, учу переносить вес тела, заряжаясь на каждую атаку. Пару раз пробовали спарринговать, хотя венд не совсем понял, что работать нужно не в полную силу и беречь товарища… Трижды здорово от него прилетело, но мне хватило выдержки не превращать тренировку в драку. Заодно я заложил в его голову одну крайне интересную мысль…
Но вот размеренный ритм нашего плавания прервался. Хотя ведь я уже втянулся! За сутки, может двое до цели, мы заметили паруса на горизонте — и от этой новости у меня по коже крепко обдало холодом…
  
Глава 6
 
Сентябрь 1060 года от Рождества Христова (6569 год от сотворения мира).
Варяжское море, ладьи Ратибора. Роман Самсонов.
Вождь вендов внимательно и напряженно вглядывается в сторону показавшихся кораблей, идущих встречным курсом. На лице варяга отразилась внутренняя борьба, тяжелые думы — идти вперед и атаковать, или как можно быстрее уходить? Парусов на горизонте виднеется три штуки — неопознанные пока суда следуют встречным курсом, и гонит их вперед попутный ветер. А вот наши ладьи незнакомцы пока еще не заметили — нам-то ветер бьет в лицо, потому мы идем на веслах! И, кажется, в первый раз я обрадовался тому, что стихия не помогает нам, а мешает — ведь теперь у ярла есть хоть немного времени принять решение.
Надеюсь, правильное решение.
До боя со свеями один славянский корабль имел команду из шестидесяти одного воя, второй — из шестидесяти трех, включая самого Ратибора. Погибло, и было ранено так, что уже не взять топора в руку, двадцать восемь человек, но в дружину влился я. Таким образом, в общем остатке девяносто два бойца, равно распределенных на две варяжских ладьи и один викингский драккар. Хотя особой разницы между судами я не наблюдаю, разве что у свеев на носу вырезан морской змей, а у руянцев (которые впрочем, прямо называют себя русами)… да тоже морской змей, наверное, только еще с рогами, как у здоровенного быка. Так вот, на каждом корабле фактически по тридцать воинов, треть из которых приходится на лучников. А полные экипажи возможных противников в среднем насчитывают где-то по пятьдесят человек, то есть численный перевес будет как раз у следующих к нам встречным курсом…
— Там два кнорра! Два датских кнорра и лишь один драккар!
Прогремевший за спиной крик Горыни, действительно отличающегося особенно острым зрением, оборвал мои размышления, заставив едва ли не подпрыгнуть на месте. А вот вся команда разом, радостно взревела! Зараза, что это значит? Что это за кнорры такие?!
Кнорр — скандинавское торговое судно, использующееся также для перевозки поселенцев. Обладает повышенной вместительностью для перевозки грузов, а также скота и лошадей, но при этом «грузовой» отсек занимает большую часть корабля. В среднем команда кнорра не превышает десяти человек, беря на борт дополнительно не более пяти воинов. По отношению к драккарам имеет меньшую скорость.
Так, ну уже проще. Два торговца со слабыми командами, и лишь один боевой корабль прикрытия. Силы как минимум равны, а судя по реакции русов, то мы и вовсе встретили довольно легкую и перспективную добычу… Мои мысли подтвердил возбужденный крик Ратибор:
— Подналяжем на весла, братья! Боги вновь посылают нам добычу — так не упустим же их дара!
— Гойда!!!
— Пока парус не поднят, они нас не увидят, еще долго не увидят! А когда разглядят нас, уходить будет поздно! Вперед браться, пустим кровь данам!!!
Варяги принялись грести с удвоенной силой. Я и не подозревал, что они так могут — море буквально вспенилось под лопастями весел! Но и сам вскоре втянулся в бешеный ритм движений соратников, под грозную песнь Ратибора:
 
 
 
Любо мне видеть щиты,
 
Ярко-алые и лазурные,
 
Любо мне копья ломать,
 
Разбивать вороненые шлемы.
 
Нравится мне, когда князь
 
Бросается первым на приступ
 
И громким криком «Вперед»!
 
Вселяет в нас доблесть и храбрость… [1]
 
 
Активная физическая работа отлично разогрела мышцы, в тоже время не дав адреналину, бурно разошедшемуся по венам в преддверии скорой схватки, сковать тело. Хотя сначала меня сильно затрясло, аж пальцы задрожали — такого не было даже при нападении свеев на Вышу. На драккаре же я и вовсе не успел прочувствовать происходящего — просто воспользовался подвернувшимся моментом, чтобы стравить варягов и викингов.
Сейчас же все было иначе — и честно сказать, я даже не понял источника волнения: то ли это был страх, то ли предвкушение драки, то ли охватившее меня вместе со всеми желание догнать добычу и расправиться с ней! Последнее мне точно не свойственно — и в тоже время я ясно понял, что хочу принять участие в захвате датских судов и дележе добычи!
Пугающий выверт сознания…
Примерно через двадцать минут движения даны нас разглядели. И то, что они увидели, им не понравилось: кнорры стали тут же разворачиваться, в то время как драккар бодро рванул наперерез, подгоняемый встречным ветром. У меня проснулось невольное уважение к противнику: один против трех — это ведь без шансов. И рассчитывать на снисхождение к побежденным тоже не следует — хотя Ратибор и пощадил свеев после хольмганга, все же такие поступки для варягов есть скорее исключение, чем правило.
А вожак вендов меж тем зычно крикнул — так, чтобы его было слышно на соседних ладьях:
— Вои — одеть брони, приготовиться к битве! Яромир, вместе со мной нападешь на драккар! Деян — догоняй торговцев!
У меня брони нет, так что заслышав приказ ярла русов, я лишь невесело усмехнулся — кожаный подкольчужник итак не снимаю… Зато топор мне достался ладный, с длинной ручкой и чуть изогнутой рукоятью, имеющую также фиксирующую петлю на запястье — в мое время более известную как «темляк». Не бродекс, а с опущенной вниз стальной «бородой», обладающей не только рубящими, но и режущими свойствами. По крайней мере, он глянулся мне больше, чем датская секира. Еще из оружия у меня недлинное, двухметровое копье со стандартным листовидным наконечником, и довольно длинный нож с хищно изогнутым острием. А еще есть шлем с личиной, защищающей верхнюю часть лица и наручи, предмет особой гордости! Вот шлем я и нацепил на голову, после чего быстро зашнуровал наручи и поближе подвинул топор. Скоро с ним в бой — и от этой мысли в жилах кровь закипает!
Приготовления к схватке заметны и на едва ли не летящем с попутным ветром драккаре. Внимательно посмотрев на корабль данов, я прикинул, что он едва ли не крупнее, чем свейские суда — а значит, в команде может быть и под шесть десятков викингов. Считай, силы в бою будут равны! Ох, а не опрометчиво ли поступил Ратибор, решившись атаковать только двумя ладьями? Ведь кнорры же тихоходны! Не проще ли было их догнать после, расправившись с основными силами противника, имея притом решающее численное превосходство?! Но венду этого не скажешь, нет. Вон, стоит на носу как памятник собственной отваге и ратному искусству! Попробуй, подойди, выступи с инициативой — пришибет нахрен, уже распалился ведь перед дракой!
 
— Суши весла!
Корабли Ратибора и Яромира, его близкого сподвижника, умело взяли драккар в клещи, набрав приличную скорость. Теперь дело за искусством кормчих, задача которых — притереть борта ладьи вплотную к судну данов. И сам противник не сворачивает, хорошо слышны яростные крики викингов, видно не осознающих, что обречены… Вместе с остальными гребцами я уже довольно сноровисто поднял весло и положил вдоль скамьи, после чего подхватил сравнительно легкий щит в левую руку, крепко сжав правой древко копья.