Как я стал хозяином странного замка в другом мире (СИ)

Не знаю, повлияло на это очищение очередной зоны или что-то другое, но теперь мы поговорили почти как нормальные люди. Кас подтвердила мою теорию — монстр с говорящим именем Жнец вылезал, когда Полночь решала, что её «хозяин» засиделся. Или загулялся, не столь важно — существовал таймер, после которого раздавался гонг. При этом Жнец не считался паразитом, тенью, проблемой, которую следовало исправить. Он олицетворял одну из механик Полуночи и не мог быть испепелён Райнигуном.
Кас не знала, как с ним разобраться. Она едва смогла его замедлить. С другой стороны, раньше она даже не могла толком рассказать о нём, а сейчас поделилась кучей важных деталей. Эдак мы однажды дойдём до полноценного сотрудничества.
— Ладно, хрен с ним, с этим работником серпа и орала. Что мне полагается за очистку кухни?
— Вы и сами можете догадаться. Более вкусная и сытная еда, что придаст вам сил на грядущий поход. Благодарность той, что вы пощадили.
Точно, благодарность. Сила, то бишь. А ведь я ей даже имени пока не дал.
— Ступайте, Вик, и возвращайтесь живым. У меня для вас будет небольшой подарок.
В чулане я обнаружил часть своего оружия — очищенного и заточенного, разложенного по полкам, а также небольшой сундук, где теперь хранились монеты из загадочного драгестола. По планам на очистку после кухни у меня шла библиотека, но визит на кухню проходил по безопасной территории, откуда всегда можно было вернуться. Я не видел большого смысла таскать с собой туда-сюда кучу железа, так что ограничился кинжалом и дагой. Луну тоже пока можно не беспокоить.
Интересно, о каком подарке говорила Кас?
Нижний этаж теперь был полностью освещён «вечными» факелами, в свете которых можно было в деталях рассмотреть две новых двери, закрывающие старые проходы. Одна вела на склад, другая — к решётке, что перегораживала выход. Я на всякий случай проверил — обе двери были не заперты. Но если бы я решил сейчас пойти к складу, пришлось бы долго вычищать иссохших. Это всегда успеется.
Первое, что я заметил по дороге на кухню — мерзкий запах исчез без следа. Теперь в коридоре пахло чем-то вроде свежей выпечки с корицей. Домашним. Однозначно вкусным.
Спустя пару минут к запаху прибавился звон посуды и шум льющейся воды. Вперемешку с этим — негромкое пение без слов.
А затем я вышел на очищенную кухню.
С любой точки зрения слово «очищенный» здесь можно было применить лишь в очень ограниченном значении. Обширное помещение всё ещё было наполовину разгромлено вчерашней схваткой: треть столов и стульев годились лишь на растопку, дверцы шкафчиков беспомощно свисали на погнутых петлях, по углам громоздились груды черепков от разбитых тарелок. С другой стороны, здесь уже начали наводить порядок и одновременно с этим — готовить. Ближайший ко входу угол кухни был тщательно расчищен, на чугунной плите стоял горшок с густой похлёбкой, рядом — доска с нарезанным чёрным хлебом, очищенные головки чеснока и зелень, напоминающая петрушку.
Я не чувствовал голода пять минут назад, но сейчас вдруг сглотнул набежавшую слюну.
— Добро пожаловать!
Живой зелёный холмик разумной слизи вырос передо мной словно из ниоткуда, но быстро откатился назад, ловко схватил ложноножкой большую ложку и тщательно помешал аппетитное варево в горшке.
— Прошу прощения, обед ещё не готов! Могу предложить лишь гренки с чесноком!
У моей новой кухарки не было рта, как, очевидно, и лёгких с голосовыми связками. Конечно, Кас тоже со мной как-то общалась, будучи лишь частично материальной, но сейчас я всё равно находился в лёгкой прострации. Коротко кивнув в ответ, я уселся на ближайшую табуретку и молча наблюдал, как готовят гренки — самые странные гренки в моей жизни.
Надо было как-то преодолеть смущение и начать разговор. Подумаешь, говорящая слизь-повар. Просто выберу о чём спросить и спрошу. Может, почему она готовит на огне, раз слизь должна бояться огня? Нет, тупо, без огня на кухне — никуда, а раньше вместо неё действовало проклятье. Сразу предложить дать имя? Как-то резковато, да и имя я не придумал.
 
— Вик?
— А⁈ — встрепенулся я. Передо мной стояла тарелка, на которой слегка дымились потрясающе пахнущие чесночные гренки. Я попробовал одну и понял, что не зря выбрал очищение вместо испепеления.
Хотя это было понятно ещё с окончания вчерашнего похода.
— Вкусно? — спросила она.
— Безумно вкусно, — ответил я. — И спасибо, что дотащила меня до лестницы.
— И ещё дотолкала до верху! Хотя это было не так уж сложно, вы худой как щепка! Кушайте, а я через полчаса подам горячее.
Вот кем-кем, а худышкой меня в жизни ещё не называли. До того же Илюхи по телосложению мне было далеко, но и отнюдь не дрыщ. Похоже, с кухней надо поаккуратней — здесь любили кормить на убой.
— Спасибо, — повторил я, приложив силу воли и оставив последнюю гренку на тарелке. — Но я не гарантирую, что ещё сегодня зайду. Давай разберёмся с насущными вопросами — например, твоим именем.
— Вы знаете правила, — студенистая масса колыхнулась, словно пожимая плечами. — Можете звать меня, как посчитаете нужным! Я — ваша личная кухарка. В мои обязанности входит готовка, стирка, уборка и утилизация мусора. Но кулинария — моя главная страсть!
— Кулинария, говоришь…
Имя, которое пришло на ум, звучало несколько старомодно, но по-своему мило.
— Тогда я буду звать тебя Кулина.
— Как скажете, Вик!
Я поднялся из-за стола, с лёгким неудовольствием отметив, что тот слегка шатается. Даже целая мебель на кухне несла на себе отпечаток нашего замеса.
— Тебе не нужна помощь с уборкой и ремонтом? Я уже нашёл одного ассистента для Луны.
— О, у меня хватает помощников!
В подтверждение её слов из щелей и шкафов на пару секунд высунулись разноцветные слизистые монстрики — и тут же робко спрятались назад. Не знаю уж, насколько эффективно они могли навести порядок, но я не собирался лезть не в своё дело. Кстати, а продукты тоже откуда-то добывают они?
— Вик! Вы готовы?
— А⁈ — кажется, я второй раз за десять минут слишком крепко задумался. — Готов к чему?
— Получить мою силу, — сказала Кулина, подползая ближе.
В принципе, ожидать чего-то другого было странно. Знал на что шёл, закалился на двух других поцелуях. Хотя этот, чего уж там, пока что тянул на самый экзотический. Смелее, Вик, леди ждёт.
— Да, — в мою защиту, пауза вышла совсем коротенькой, на пару секунд. — Да, готов.
Сложно было прочитать эмоции на поверхности живого желе, но почему-то казалось, что Кулина посмотрела на меня со скептицизмом, а затем издала отчётливый вздох. Очевидно, чтобы подчеркнуть настроение, не дышала же она на самом деле?
— Я понимаю, что я слегка не в вашем вкусе…
— Не говори ерунды, — я прозвучал на удивление уверенно. — И вообще, это же скорее ритуал, верно? Как заключение контракта.
— Ага, — легко согласилась она. — Но вам не надо притворяться, Вик, слаймы отлично читают эмоции. Отвернитесь.
— Зачем?
— Надо! Отвернитесь и считайте до десяти!
На счёте «восемь» моего плеча что-то коснулось, я прекратил счёт, обернулся… и застыл. Передо мной, уперев руки в боки, стояла девушка. Невысокая, едва достающая мне до плеча, одетая в один лишь белый кухонный фартук, который неважно скрывал очень пышную грудь. Её это, кажется, ничуть не смущало, поскольку в ответ на мой ошарашенный взгляд она выдала озорную улыбку.
Вся девушка состояла из полупрозрачного зелёного желе. Всё тело, волосы, глаза, зубы — всё, кроме фартука, фартук был настоящим. Пожалуй, это желе было чуть более плотным, чем в её изначальной форме, но всё ещё — тот же материал. Почти один в один как на картинках из японских игр, что мне демонстрировал Илюха, но гораздо, гораздо… живее.
— Эй! — Кулина шутливо ткнула зелёным пальцем мне в плечо, затем указав себе на глаза. — Мои глаза вот тут! Теперь-то целоваться будем?
Я молча протянул к ней руки, и она прильнула ко мне — такая тёплая и упругая, что я бы ни за что не почувствовал разницы с реальной девушкой, если бы закрыл глаза.