Проект «Геката» (СИ)
05 апреля 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк — лунный рейд, корабль «Ниийюу»
— Да? — Амос тронул пальцем перерисованные графики, отчертив участок с резким всплеском, падением и ступенчатым подъёмом. — Ты считаешь, это реакция… на меня?
«Надо было выставить его из отсека,» — недовольно сощурился Гедимин. «Не люблю объяснения…»
Это был первый день, когда Амос после опытов не вылетел ракетой из реакторного отсека, а задержался и проследил, как Гедимин записывает результаты. «И я начал болтать,» — сармат помянул про себя размножение «макак». «Гедимин, когда же ты научишься вовремя закрывать рот…»
— Смотри, — он показал филку ещё два графика. — Вот это Айзек, наложение за месяц. А это я. Видишь разницу?
Амос покосился на закрытый люк активной зоны.
— Что-то изменилось, по графику видно. А вот что… Оно разгорелось или готовится взорваться?
Гедимин недовольно сощурился. «Да хватит уже болтать! Ничего ты ему не объяснишь…»
— Иди на базу, — буркнул он. — Кенен заждался.
Сам он задержался, чтобы повторить тестовый прогон, — так он делал каждый день с тех пор, как увидел на графике первые странные зубцы, и именно для того, чтобы убедиться, что дело не в изменениях внутри реактора. Установка не выдала ничего нового — реактор «узнавал» Гедимина даже при закрытом люке. «Надеюсь, дело не в силе нажатия,» — сармат покосился на пульт управления. «Это было бы совсем глупо.»
Не успел он занести результаты в ежедневник, как на входе зажёгся красный светодиод. На пороге стоял Амос.
— Иди наверх, Кенен зовёт, — буркнул он, тут же разворачиваясь к выходу. Гедимин рассчитывал нагнать его на пути к капитанской рубке, но филк растворился в пространстве — его, видимо, Кенен не звал.
— Как-как? — послышался из-за приоткрытой двери удивлённый голос Иджеса. — Повтори!
— Последний раз, Ис, — отозвался недовольный Кенен. — Смеяться тут не над чем. Корабль называется «Ниийюу» и ждёт вас на лунном рейде.
Гедимин мигнул. «Мианийский корабль? Работа на рейде?»
— Чертежи достал? — спросил он, не слишком надеясь на положительный ответ. Кенен, едва заметно вздрогнув, развернулся к нему и выдавил из себя улыбку.
— Джед! Амос всё-таки молодец, я уже не надеялся, что он тебя найдёт. Иди сюда!
Ремонтники расступились, пропуская его в центр круга. Передатчик на руке мигнул, и Гедимин, не дожидаясь, пока Кенен закончит речь, открыл экран и разочарованно вздохнул. Чертежей не было — только несколько десятков строчек сухого текста, кратчайшая выжимка из техзадания.
— Опять чиним не пойми что? — тяжело вздохнул он, вызвав у окружающих сарматов нервные смешки.
— Ты справишься, Джед, — заверил Кенен. — Мы с Исом и Зетом на тебя надеемся. Получишь в бригаду двадцать сарматов. Теперь иди за «сфалтом» — через пять минут нас ждут.
…К базе подогнали тягач с двумя бронированными фургонами на прицепах, и всё равно часть оборудования пришлось принайтовать к крыше. Гедимин следил за этим и в фургон забрался последним, вызвав сердитое шипение придавленных сарматов, — внутри было очень тесно. «Кенен,» — вспомнил ремонтник, когда тягач тронулся. «Он всегда заходит последним. Где он?»
— Маккензи, приём, — громко позвал он. — Ты остался на базе?
В наушниках раздался смешок.
— Даже и не мечтай, Джед. Я с вами. Ты там никого не расплющил? Смотри, придётся работать за себя и за всех покалеченных!
Гедимин сердито фыркнул. Кенен, захихикав, оборвал связь.
— Кого потерял? — спросил один из ремонтников, прижатый к Гедимину так тесно, что тот в самом деле боялся что-нибудь ему сломать.
— Кенена. Не видел, куда он садился, — отозвался сармат.
— Он снаружи, на крыше, — ответили из глубины фургона. — Ему хорошо!
Гедимин мигнул.
— Ему разрешили? — недоверчиво спросил он, вспомнив, как сарматов заталкивали в фургоны, когда ремонтная экспедиция собиралась на «Мийяфьоси».
Тягач остановился. В дверном проёме появились жёлтые экзоскелеты.
— Выходим, — помахал стальной «рукой» один из «копов». Второй, встав у выхода, включил считыватель. Гедимин, выбираясь из фургона в числе первых, услышал, как пискнул смарт на руке экзоскелетчика. Он пищал на каждом сармате — видимо, прибор сверялся с каким-то списком.
Оглядевшись по сторонам, Гедимин увидел, что их остановили у одного из ангаров полицейского департамента — возможно, там же, где и в прошлый раз, но сегодня вокруг не было ни одного федерала — только местные «копы» в жёлтых экзоскелетах. У входа в ангар стоял Чарльз Фостер; с ним был кто-то из помощников и Кенен Маккензи. Последний, поймав взгляд Гедимина, помахал сжатым кулаком.
Оборудование доехало без проблем; Гедимин, достав запакованный в плёнку плазменник, прикрепил его к спине. Разворачивать не стал, но и руки занимать не захотел, — на скафандре инструмент меньше ему мешал.
— Все на обыск, парни! — скомандовал Кенен. Внутри ангара стояли, разделившись попарно, четверо экзоскелетчиков, у дальнего входа встал ещё один, со считывателем в руках.
Гедимин, вспомнив, как его вытряхивали из скафандра, сердито сощурился и стиснул зубы, приготовившись терпеть неприятную процедуру, — его, как и в прошлый раз, тянуло заехать экзоскелетчику в лицевой щиток.
— Стоп! — громко сказал Фостер. — Маккензи, зачитай список.
— С радостью, шериф, — ухмыльнулся Кенен. Гедимин удивлённо мигнул, увидев, что «список» находится на голографическом экране, а экран сформирован над запястьем Фостера. «А сам чего не зачитает?» — успел подумать он, прежде чем было названо его имя.
— Зет Гварза, — продолжал Кенен, — Иджес Норд…
Он читал медленно — так, чтобы «копы» успевали разводить толпу сарматов на две части — тех, кто упоминался в списке, строили вдоль одной стены, остальных — вдоль другой. Гедимину знаками указали, где он должен встать; с другими ремонтниками обращались так же — сармат не видел, чтобы кого-то хватали или толкали, и немного этому удивлялся.
Построение закончилось быстро; Фостер, отключив голограмму, кивнул Кенену и повернулся к ремонтникам, упомянутым в списке.
— Без личного досмотра. Проверить только оборудование.
Гедимин, снова оказавшийся первым в очереди, настороженно сощурился, подходя к месту проверки. Там был установлен раздвижной стол под белым скирлиновым полотнищем, и сармат, положив на него свёрток со «сфалтом», даже поморщился, увидев, сколько на обёртку налипло пыли, и сколько её осталось на белой ткани.
— Что это? — спросил один из «копов», жестом остановив Гедимина, уже снимающего с руки ремонтную перчатку.
— Инструмент для плазменной сварки, — ответил сармат. — А это аккумуляторы к нему.
— Плазма, — хмыкнул второй экзоскелетчик. — А выглядит как пушка. Забирай, иди на выход.
Гедимин изумлённо мигнул.
— Иди-иди, не задерживай очередь, — первый сопроводил свои слова жестом, но толкаться не стал — и сармат, так и не отойдя от удивления, прошёл мимо стола и двинулся к выходу. Ремонтник, которого проверяли следующим, отделался от «копов» так же быстро и обогнал озадаченного Гедимина. Кенен, покинувший компанию Фостера и вставший между двумя постами, посмотрел на него и насмешливо хмыкнул.
— Чего ты ждёшь, Джед? Больше проверять не будут.
— Почему? — спросил Гедимин. Плазменник он так и держал в руках — не был уверен, что через пару минут не заставят положить обратно.
— Ты же безобидный котик, — хихикнул Кенен. — Кому надо смотреть тебе в скафандр?! Весь Кларк знает, что механик Джед не обидит и мухи. Я прав, шериф Фостер?
Тот хмыкнул.
— Вы свободны, мистер Кларк. А ты, Маккензи, иди на первый пост.
Кенен изумлённо булькнул в коммутатор.
— Но зачем?!
— Проверяться на безобидность, — отозвался Фостер. Иджес, поравнявшись с Гедимином, сдержанно фыркнул и потянул сармата за локоть к выходу.
— Этот человек знает, что из себя представляет Маккензи. Идём, нам ещё модуль выводить…
…Кислородные станции ещё не запустили, и орбитальный модуль, готовящийся к взлёту, стоял нараспашку, заваленный изнутри снятыми перегородками и ворохами ремней и скоб. Иджес размечал площадь, Гедимин крепил скобы; в качестве крепления он не сомневался, но подозревал, что внутренняя обшивка может не выдержать и оторваться вместе с закреплённым.