Проект «Геката» (СИ)
Гедимин пожал плечами, недовольно щурясь на монитор. Кенен, куда бы он ни бежал, просто так не останавливался и быстро не отвязывался.
— Что нового? Изучаешь зоологию? — Маккензи взглянул на экран и весело хмыкнул. — А, пернатый змей? Вот до чего доводят ядерные бомбардировки… Ладно, Джед, сворачивай это всё. Через пятнадцать минут мы выходим.
— Кто «мы»? — Гедимин сузил глаза, но Кенен только ухмыльнулся.
— Мы с тобой и ещё восьмеро. Десять разрешений, только в честь праздника. Пойдём в салун, я давно там не был. Надо хоть иногда выползать с базы!
Через пятнадцать минут Гедимин сидел в открытом кузове глайдера вместе с восемью сарматами и смотрел по сторонам. Сегодня праздник был только на ремонтной базе, — улицы не перекрывали, «копы» занимались своими делами, и первый жёлтый экзоскелет попался сармату на глаза у ворот городского парка. День был рабочий, и, кроме нескольких самок с детёнышами и группки полицейских-стажёров с одним считывателем на шестерых, на главной аллее никого не было. Охранник окликнул курсантов, и те, оживившись, окружили сарматов. Гедимин узнал, что считыватель не всегда срабатывает с первого раза, и что по его использованию сдают отдельный зачёт; опознание сарматов, как он понял, было частью такого зачёта, и сдали его не все. Кенен стоял спокойно, вежливо улыбаясь, и косился на вздыхающих ремонтников. Гедимину даже досталось локтём по рёбрам.
— Сделай мирную рожу! — сердито зашипел на него Кенен, когда курсанты оставили сарматов в покое, и группа двинулась дальше по главной аллее. — Тебя только увидишь — хочется взять бластер.
— Ищи на базе, у кого рожа мирнее, — прошептал в ответ Гедимин. — Чего меня-то вытащил?!
«Дом бабочек» — гласила надпись под стрелкой-указателем, нарисованной на дороге. Зеленоватый павильон был спрятан среди высокого цветущего кустарника. Служащий, выглянувший из-за куста на звук шагов, при виде Кенена резко поскучнел и спрятался за табличку «Сарматы не допускаются». Маккензи широко улыбнулся и, жестом остановив ремонтников поодаль от павильона, указал на себя и протянул служащему карточку. Тот, замявшись, указал Кенену на приоткрывающуюся дверь. Один из ремонтников, оставшихся на дороге, выразительно хмыкнул. Послышались смешки.
— Великолепные существа, — сказал Кенен, появившись через несколько минут из дальней двери. — Хрупкие и нежные, но живущие дольше, чем существует человечество. Не говоря уже о нашей могучей расе. Жаль, дорожки слишком узкие. Даже я с трудом пробирался, а ты, Джед, разворотил бы весь павильон. Идём, парни, цель уже близко!
В салуне было пусто. На нескольких бочонках, вынесенных на веранду, сидели отдыхающие самки, их детёныши бегали среди фигур животных и пытались их оседлать. Внутри уже была выставлена жёлтая загородка, для сарматов приготовили подушки для сидения и прикатили широкую бочку вместо стола. Через несколько минут, когда Кенену принесли пиво, а остальным — разбавленный спирт, пришёл ещё один посетитель, потом — небольшая компания. Гедимин рассматривал плакат с изображениями инопланетян. Под илэном появился значок химической опасности и приписка «не подходите без полного скафандра».
— Вот это называется «отдых», парни, — Кенен, блаженно вздохнув, прикрыл глаза. — Когда ты сидишь и… Доктор Фокс?! Вот это встреча!
Его взгляд был направлен на дверь — с веранды в помещение только что зашёл красноволосый человек в неприметном уличном комбинезоне. Как и все в парке, он был без респиратора — кажется, вдыхание запаха живых растений было важным ритуалом для жителей Кларка.
— Мистер Маккензи? — Питер заметно удивился, но не испугался — и от двери направился прямо к загородке. — Доброе утро всем присутствующим. Мистер Кларк?
Гедимин кивнул, отодвигая в сторону участок заграждения. Фокс оглянулся на бармена — тот выразительно развёл руками и отвернулся — и, войдя в круг сарматов, присел на свободную подушку.
— Взял выходной, — пояснил он на удивлённый взгляд Кенена. — После таких волнений надо продышаться. Вы сегодня тоже не работаете?
Кенен протянул ему кружку пива. Фокс вяло шевельнул ладонью. Минуту спустя ему принесли кофе, и он стал выглядеть чуть менее усталым. Гедимин молча смотрел на него, ожидая, когда человек заговорит, — по волнам, пробегающим по лицу, было видно, что того распирает.
— Хорошо, что госпиталь смог отпустить вас, — заговорил Кенен — его терпение закончилось быстрее. — Ничего срочного на сегодня?
Питер кивнул, возвращая полупустую чашку на стол.
— И вчера тоже. И с этим нам действительно повезло. Я не ожидал, что это займёт целый день. Честно говоря, меня вообще предупредили в последнюю минуту.
— Инспекция? — спросил Кенен, изобразив всем лицом сочувствие.
— Мианийцы, — ответил Питер, и по его лицу снова прошла волна. — Мианийский… Интерпол, если сказать точнее. Мы с шерифом всё-таки здорово сглупили, мистер Кларк…
Он виновато посмотрел на Гедимина. Тот мигнул.
— Как выяснилось, наш «господин Лиут» не первый год в розыске и много где наследил. Три тысячи только убитых — и это из доказанного. Вы вполне могли стать героем Метагалактики…
Он снова поднял смущённый взгляд на Гедимина.
— Так они не объявят нам войну из-за этой твари? — переспросил тот.
— Ни в коем случае, — заверил доктор Фокс. — Госпиталю обещали транш за быструю нейтрализацию заражения. Я заикнулся об обмене технологиями, но…
Он развёл руками.
— А вот с образцами пришлось расстаться, — Питер вздохнул. — Изъяли всё, что нашли в лабораториях. Я долго клялся, что ни на ком не испытывал нейротоксин Лиута… Зато теперь у нас есть специальный антидот для таких случаев. И несчастным отравившимся не придётся свисать по три дня над тазиком. Мой универсальный всё-таки грубоват…
— Нормальный антидот, — буркнул Гедимин. — Из-за этого мианийцы прилетали? Держали тебя весь день?
Питер едва заметно улыбнулся.
— Ничего страшного, Гедимин. Они были очень вежливы. Пострадавшие получат компенсацию, мы с шерифом — немного денег…
— Счастливое завершение грустной истории, — широко улыбнулся Кенен. — Значит, это была делегация Мианы? А Илэна-Карит? Что слышно из их галактики?
Питер пожал плечами.
— Они с Мианой не слишком-то дружат. Мне сказали, что официального разрешения на контакт нет ни у одного илэна — а значит, любой из них, кто появится в Кларке, не более чем преступник, а может, и террорист. К вечеру мне идти к Фостеру — читать лекцию об илэнах. Представляю, какие будут вопросы…
Он усмехнулся.
«У них там, в Метагалактике Найа, тоже есть преступники,» — думал Гедимин, глядя на сложную окраску искусственной древесины на крышке бочки. «Три тысячи жертв… Если все погибли, как Эмили и Лука, — долго же этот кусок слизи не могли поймать…»
Он вспоминал мианийские шаттлы, недавно опустившиеся на космодром. «Так выглядят корабли их Интерпола? Наверное, такие же гоняются за Линкеном. И за него тоже кого-нибудь назначат героем Метагалактики…»
Часть 21. 18.10.27–22.02.26. Луна, кратер Пири, город Кларк
18 октября 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
Пронзительный вой в ушах сменился дребезжанием, от которого череп, казалось, разрывается изнутри. Гедимин вскочил, едва не придавив в темноте сонного Иджеса, выпрямился, тяжело дыша, прижал пальцы к наушнику, мельком взглянул на светящееся запястье, — на часах было полвторого.
— Джед, инструменты с собой — и на выход, — голос Кенена был сух и деловит.
— Куда? — спросил Гедимин, сонно щурясь на белесый свет передатчика. «Выпить воды,» — вяло зашевелились мысли в просыпающемся мозгу. «Поем на ходу. Что у них там стряслось?»
— На космодром, — ответил Кенен; в наушниках уже звучал отдалённый писк — звук устанавливающейся связи с другими сарматами. — Облучённый спрингер. Реактор разрушен.
Фонари на улицах по ночам горели вполсилы, изображая для горожан привычную земную ночь, но на космопорт это не распространялось — и терминалы, и улица, примыкающая к ним, были освещены по-дневному ярко. Над посадочной площадкой, накрытой непрозрачным защитным полем, горели предупреждающие огни, рядом стоял — также под куполом, только прозрачным — бронеход с парой экзоскелетчиков на площадке. На землю они не спускались.