Проект «Геката» (СИ)
Остывшую литейную станцию уже заняли рабочие Зета, и она, перемешивая новый расплав, зажгла красные светодиоды и подсветила предупреждающие знаки. Гедимин, задумчиво глядя на неё, думал, что пора делать новый твэл — двуслойный, как и предыдущий, но с другим составом топлива. Чистый кеззий у него ещё оставался — считанные граммы, всё остальное пошло на изготовление флии. Смешивать с ирренцием нужно было именно чистый — примесь серебра могла всё испортить.
Передатчик громко задребезжал. Гедимин, забывший о существовании Кенена и его заказов, вздрогнул от неожиданности и нехотя принял сигнал.
— Джед, я знаю, ты ничем не занят, — деловито сказал Маккензи. — Мойся и выходи. Через полчаса тебя ждут в «Сю».
— Где? — сармат растерянно мигнул.
— «Сюаньхуа», — пояснил Кенен. — У них там потоп. Рвануло что-то из крупных труб, девчонок едва не смыло. Езжай, разберись, запчасти они оплатят.
Гедимин снова мигнул.
— Больше послать некого? У меня тут остывают линзы…
— И ты лично на них дуешь, — Кенен насмешливо хмыкнул в коммутатор. — Давай, Джед, не тяни! Зет присмотрит за твоими стекляшками.
…Глайдер затормозил у соседнего здания. Место аварии было заметно издалека — перед вывеской с белыми цветами растекались лужи, покрывая каждое углубление дорожного покрытия, и всё вокруг блестело от воды.
— Бывает же! — хмыкнул молчаливый пилот, оглянувшись на Гедимина. — Будто дождь прошёл. Да, я так и подумал. Еле вспомнил, что мы на Луне.
— Серьёзная утечка, — пробормотал сармат, глядя на воду. Над улицей стоял, не развеиваясь, запах неизвестных, но знакомых Гедимину веществ, — по-видимому, они были подмешаны в жидкость и теперь испарялись вместе с ней. Редкие глайдеры объезжали лужи по широкой дуге.
На дверях «Сюаньхуа» висела красная перечёркнутая табличка, и навстречу Гедимину, вошедшему в вестибюль, шагнул охранник в лёгком экзоскелете.
— У нас тут закрыто, — извиняющимся тоном сказал он, выставляя перед сарматом вытянутую «клешню». — Вам, мистер…
— Кто там? — раздражённо спросила из коридора одна из самок.
— Ремонтник, — буркнул Гедимин, недовольно щурясь на охранника. — Звали?
— Прошу прощения, мистер Джед, — самка, вынырнув из-под занавески, облегчённо вздохнула. — Проходите. Тьягу, закрой уже дверь изнутри!
— Да, мэм, — охранник, опасливо покосившись на сармата, склонился над запирающей панелью. Издалека доносились плеск воды и приглушённая ругань на несколько голосов. Гедимин посмотрел под ноги, — большая часть жидкости вытекла наружу, но пол остался мокрым, и запах распространился на вестибюль. Занавеси в коридорах были подняты, внутри здания зажгли верхний свет, в коридорах блестели лужи, а на стенах белели хлопья высыхающей пены.
— Где прорвало? — спросил Гедимин у выглянувшей самки в мокром красном платье. Она стряхнула с подола пену и жестом позвала его за собой.
— В этом-то и проблема, — быстро говорила она по дороге. — Наш водопровод — ветка от автономки. Первый прорыв у нас — сорвало вентиль…
— Вентиль на отводе? — Гедимин сузил глаза. «Внезапно возросший напор? Авария на магистрали?»
— Вы, кажется, поняли, — мрачно кивнула самка. — Какая-то авария под автономкой. Сможете сбавить напор, не влезая под фундамент? На той стороне говорят, что у них нет проблем, и вас туда не пустят.
Гедимин пожал плечами.
— Смогу. Тогда прорвёт у них. В любом слабом месте.
Самка подняла на него хмурый взгляд и едва заметно усмехнулась.
— От них потечёт вниз, в их же ярусы. И это уже будут не наши проблемы. Ну вот, мы в затопленном трюме… Мишти, Джой, Приша! Никто не утонул?
Самки и самцы — кто в уличных комбинезонах, кто в мокрой белой одежде — выглянули из разных углов помещения. Гедимин шагнул в тёмную воду, включая фонарь. Освещения тут не было — где-то залило оголённый кабель. «Потом поправлю,» — решил сармат, глядя на развороченную трубу. Вентиль вышибло с куском металла; он лежал сейчас у дальней стены, и на ней осталась заметная вмятина. Сармат покосился на стену, откуда выходила труба. «Хороший был напор. В автономке что-то с цистернами.»
— Давно это было? — Гедимин кивнул на вентиль.
— Минут сорок назад, — отозвалась одна из самок. — И пять минут мы прыгали вокруг. Думала, весь дом смоет.
— Потом напор спал? — сармат заглянул под сдвинутую крышку люка, ведущего во внутренние туннели. Там в свете фонаря блеснуло продолжение трубы и три вентиля в ряд — каждый в метре от предыдущего. «Эти выдержали,» — сармат тронул пальцем место возможного прорыва и довольно хмыкнул. «Значит, через пять минут напор спал. Иначе рвануло бы и тут. Их счастье, что не хватило сил закрутить вентили…»
— Там цистерны, — буркнул он, выбравшись из туннеля. — Были полные. Теперь всё вытекло. Где автономка теперь берёт воду?
Самки ошеломлённо переглянулись.
— Цистерны водосбора?! — одна из них, шумно сглотнув, вынула из кармана мокрый, но исправный передатчик. — Джой, готовься, я звоню шерифу.
Гедимин, склонившийся было над лопнувшей трубой, растерянно мигнул.
— Зачем шериф?
Самка с передатчиком уже поднялась в относительно сухой коридор; ответил сармату молодой самец, вставший над ним с мотком ветоши на руке.
— Чтобы не обвинили в краже воды. Цистерна-то вытекла, и в нашу сторону. В автономке сейчас пусто — все на работе. Как только вернутся, начнётся шум. Если они нас залили — они нам заплатят. А если приплетут кражу воды, мы с ними три года будем судиться. Пусть Фостер приезжает. Он такой ерунды не допустит.
Фостер не задержался — сармат едва успел заварить трубу и послать охранника (самого ненужного свидетеля) за полосой уплотнителя. Вентиль ещё годился в дело — Гедимин разобрал его, почистил, вытер и только собрался ставить на место, как сверху послышался грохот стальных «копыт» и «сапог».
— Гедимин Кларк? — патрульный, остановившись на средней ступеньке лестницы, мазнул по шлему сармата лучом считывателя. — Поднимайся, дашь показания.
Гедимин качнул головой.
— Я работаю, — он поднял на ладони деталь вентиля и показал человеку. — Надо — спускайся, говори здесь.
Патрульный ушёл. Сармат подумал, что его оставили в покое, но минуту спустя снова загрохотали «сапоги».
— Могу и спуститься, — Чарльз Фостер, сойдя в затопленный подвал, смерил ремонтника хмурым взглядом. — Гедимин Кларк… механик с базы «Маккензи»? Ты на хорошем счету. Мы проверили вызов — ты приехал через полчаса после аварии. Так что можешь спокойно рассказывать. Что ты увидел, когда приехал?
— Воду, — отозвался Гедимин. — Лужи вдоль здания. Очень много воды. И снаружи, и внутри. В здании самки, наверное, прибрались. А тут осталось столько же, сколько было. Посмотри под ноги.
— Я заметил, — спокойно сказал Фостер. — Тебя привели сюда. Что ты увидел?
Прошло двадцать минут, прежде чем Гедимин вернулся к ремонту; патрульные обшарили подвал сверху донизу и даже, забрав у сармата собранный вентиль, положили его туда, где он валялся, и так сфотографировали. Гедимин думал, что они заберут его в участок — либо вентиль, либо сармата, либо и то, и другое, но через двадцать минут Фостер выгнал патруль из подвала и вышел сам, оставив ремонтника в одиночестве. Потом прибежал местный самец с купленными запчастями, и дело пошло быстрее. Десять минут спустя Гедимин уже выходил из осушенного подвала и слышал, как тихонько гудит от напора заделанная труба. Воду он включил, предупредив, что если авария повторится, то лучше потерять по второму разу внешний вентиль, чем барьер между веткой и магистралью. Одна из самок проводила его в вестибюль; там уже было сухо, снова зажгли подсветку и спустили до пола подсохшие занавеси; об аварии напоминал только запах непонятных веществ, чуть более резкий, чем обычно.
— Открываемся, — сказала самка, из комбинезона переодевшаяся в красное платье. Гедимин вспомнил её лицо, ещё недавно покрытое мелкими каплями влаги; сейчас кожа, виднеющаяся из-под белой полумаски, была сухой и гладкой, а улыбка — безмятежной. Едва охранник открыл дверь и убрал красную табличку, на порог ступил человек в странной многослойной одежде, а за ним — ещё двое, самец и самка. Гедимин отошёл от стойки записи, намереваясь выйти, но его поймали за локоть.