Проект «Геката» (СИ)

— Вы беспокоились обо мне во время перестрелки? Спасибо, Гедимин. Мне было очень приятно. Жаль, что я не мог подать вам какой-нибудь знак, — это нарушило бы достоверность происходящего…
— Ничего, — буркнул Гедимин, поднимая руку к груди — ничего плохого Кумала вроде бы не делал, но от его прикосновений и взглядов сармата передёргивало. — Рад, что тебя не убили.
— Кумала, — медленно и спокойно проговорил Ассархаддон. — Вы помните своё обещание?
Конструктор виновато опустил взгляд и отошёл от Гедимина.
— Я только хотел выразить благодарность. Да, благодарность.
— Вы её выразили, — сказал Ассархаддон. — Если хотите добавить что-нибудь по делу…
— Да-да, — закивал Кумала. — Оставьте, пожалуйста, скафандры в душевой. На ночь я заберу их для осмотра и ремонта. Завтра утром всё должно быть идеально. Я надеюсь, вам не в чем будет упрекнуть меня и моих сотрудников.
…Шёл первый час «ночного» отдыха, и в жилом блоке стояла тишина, но Гедимину не спалось. Лёжа на боку, он разглядывал чертежи — давний подарок Кумалы — но его мысли были далеко и от маленького жилого отсека, и от боевых звездолётов Земли.
Из холла донёсся тихий звук шагов, затем дверная створка отодвинулась. В комнату заглянул Хольгер.
— И ты не спишь? — покосился на него Гедимин, сворачивая экран.
— Думал о завтра, — неловко усмехнулся химик. — То, о чём мы давно мечтали, правда? Изучать излучения, экспериментировать с макропроколами…
Гедимин заглянул ему в глаза — вместо ровного алого свечения по радужке пробегали искры, обозначающие глубокую задумчивость и сомнения.
— Я хочу строить реактор, — сказал он. — Тут будет проще, чем в Ураниуме.
— Да, верно, — отозвался Хольгер с невесёлой усмешкой. — Тут со снабжением проблем не будет. Если только флот Ассархаддона не перехватят — или базу не накроют с орбиты.
— Тебе что-то не нравится, — сказал Гедимин, но предположений строить не стал — ждал, что ему ответят. Хольгер, помявшись, кивнул.
— Не хочу портить тебе настроение, атомщик, но мне не по себе. Ты был прав — отсюда очень хочется сбежать.
Дверная створка снова шевельнулась, пропуская в комнату Линкена.
— Да что с вами обоими?! — он старался говорить тихо, но не получалось — возмущение рвалось наружу, как перегретый пар из аварийного реактора. — Вы что, не сарматы? Или вам надоела наука?
— Эта война ничем хорошим не кончится, — уверенно сказал Хольгер, и Гедимин поёжился — теперь и ему стало не по себе. — Мы поставим много интересных опытов, возможно, построим лучший флот в Солнечной Системе, — но кончится всё очень плохо. Не думал, что это скажу, — но лучше бы Джеймс остался жив и довёл свой проект до конца.
— Что?! — Линкен подался вперёд, но наткнулся на тяжёлый взгляд Гедимина и остался на месте. — И после этого меня называют психом… Хольгер, если ударился головой — иди к медикам! А если не ударился — думай, что говоришь. Знаю, что ты думаешь о Саргоне… Но в этот раз всё будет по-другому. Мы подготовимся. И макаки будут уничтожены. Здесь Маркус, Киаксар и Ассархаддон, — а они знают, что делают.
15 декабря 39 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
Пройдя очередной поворот, дрезина, выпустив боковые опоры, плавно пошла вниз. «Восемь метров,» — машинально отметил Гедимин. «Два яруса.»
Спуск был далеко не первым — сармата и его товарищей везли уже десять минут, и дрезина погружалась всё глубже и глубже под кратер Драйден… или, возможно, куда-то за пределы кратера. Снова коснувшись электрорельса, вагон набрал было скорость — и тут же остановился, взвизгнув тормозами, и снова повис на боковых опорах. Люк бесшумно открылся. За ним был коридор, залитый красным светом. Лампы неприятно мигали, но это не мешало Гедимину осматриваться — и он заметил металлический блеск на стыках стеновых панелей — десяток узких бластерных сопел. «Всего-то?» — невесело усмехнулся он. «А где минное поле и гравитрон с «Циклопа»?»
— Прибыли, — Ассархаддон жестом позвал сарматов за собой. Охрана уже вышла и бесшумно распределилась по коридору, один из экзоскелетчиков остановился у панели ввода. Через несколько секунд люк открылся, и красное мерцание перестало жечь глаза. Группа вышла в обычный подземный коридор, плавно изгибающийся в двух направлениях и разрисованный указателями с подписями по-сарматски. «Жилой блок» — гласил один из них. Ассархаддон жестом послал туда двоих охранников и остановился, повернувшись к сарматам.
 
— Пока вас держали в Тренировочном блоке, вы жили под его общей охраной. Охрана рабочих блоков не менее надёжна, однако Маркус… — куратор досадливо сощурился. — Координатор распорядился к каждому из вас приставить личную охрану. Эти сарматы будут сопровождать вас везде. Не беспокойтесь — у них строгий приказ не лезть не в своё дело.
Незаметный люк в стене открылся, мигнув красным светодиодом. Гедимин увидел ещё один отрезок коридора и гермоворота, раскрашенные в жёлтый и чёрный. Поверх краски были закреплены пластины со схематичным изображением атома лития. Сармат ожидал, что группу поведут к воротам, но Ассархаддон отвернулся и жестом подозвал кого-то из коридора. Линкен проследил за его взглядом и странно хрюкнул, — там ждали сигнала четыре отряда экзоскелетчиков, по пять сарматов в каждом.
«Ни одного «Фенрира»,» — отметил про себя Гедимин и немного обиделся. «Только утяжелённые «Гармы». Но без видимых повреждений — уже хорошо.»
«Гармы», обшитые дополнительной бронёй серо-стального цвета, рассредоточились по коридору, сохраняя строй — сармат-командир впереди, четверо бойцов сзади. Экзоскелет командира от рядовых отличался только узкими чёрными полосами на верхних манипуляторах. Константин пальцем постучал по броне Гедимина, и сармат нехотя отвлёкся от рассматривания оружия, вмонтированного в экзоскелеты. Кроме тяжёлых бластеров, у каждого охранника была с собой кинетическая винтовка и переносной ракетомёт, — ремонтник хотел пересчитать снаряды к нему, но не успел.
— Бойцы Маркуса будут сопровождать вас повсюду днём и ночью, — сказал Ассархаддон. — С этого дня и до окончания проекта. Пока мы на базе, они подчиняются непосредственно мне — и мне же докладывают обо всех происшествиях. Надеюсь, у них будет мало поводов приходить с неприятными докладами. Гедимин Кет, идите сюда.
Сармат шагнул к нему. Ассархаддон указал на одного из командиров охраны; сквозь лицевой щиток была видна светло-синяя кожа. Гедимин хотел посмотреть охраннику в глаза, но тот сразу же отвёл взгляд и сощурился. Ремонтник озадаченно мигнул.
— Гедимин Кет, Ядерный Исследовательский Блок, ядро проекта, — представил его Ассархаддон и протянул руку к командиру отряда. — Стивен Марци, с этого дня — ответственный за вашу безопасность. Идите в жилой блок, устраивайтесь. Через пятнадцать минут вас отведут на рабочее место.
Охранник молча вскинул «руку», и его группа окружила Гедимина, а сам он ткнул в панель ввода рядом с гермоворотами. Створки, загудев, приоткрылись. За ними был пустой круглый зал с тремя люками по стенам, одним — в полу и ещё одним — в потолке. «Коридор вертикального взлёта,» — опознал Гедимин назначение двух последних отверстий.
— Сюда иди, — буркнул Стивен, подталкивая сармата в плечо в сторону крайнего из расположенных в стене люков. На крышке был нарисован атом лития; больше никаких знаков не было, как и панелей ввода. Гедимин, уже привыкший к понаставленным повсюду замкам с паролями, удивлённо мигнул.
Крышка люка втянулась в стену быстро и бесшумно, но сармат успел оценить её толщину и одобрительно хмыкнул — эта дверь не сломается от неосторожного тычка и даже пинка. Спрятанная за ней комната была удивительно просторной — Гедимин не привык к такому пространству: пять метров в длину и четыре в ширину; здесь стапель для скафандра помещался свободно, а напротив него в стену был встроен умывальник с зеркальной полосой над ним. «Как в мартышечьих фильмах,» — подумал сармат, удивлённо глядя на своё отражение — точнее, на отражение скафандра, от самого Гедимина там можно было рассмотреть только глаза и полоску кожи вокруг них.