Проект «Геката» (СИ)

На обочине в двух шагах от шлюза стоял туристический глайдер. Внутри фургона с открытым верхом когда-то были сидения; их сняли, а поручни подняли выше, на самый край, чтобы сарматам удобно было держаться. В фургоне бригада Кенена поместилась, но с трудом — спина к спине, впритык, так, что при движении скрежетали друг о друга скафандры. Все надели максимально утяжелённую броню и взяли по запасному комплекту инструментов; Гедимин косился на свою ремонтную перчатку с минимумом сменных насадок и чувствовал себя неловко.
— Это значит, парни, — толпа федералов плюс команда Чарли на подхвате, — снова ответил себе Кенен, поднимая глайдер в воздух. Он гнал по пустынным улицам на предельно возможной скорости, и транспорт слегка заносило на поворотах. Гедимину вспомнились полёты с Линкеном, и он задумчиво усмехнулся, но тут же вздрогнул — до него дошёл смысл последней фразы командира.
— Федералы? — встревожился он. — И куда ты меня тащишь?
— Тихо, Джед, — хихикнул в коммутатор Кенен. — Главное, не нервничай. Проверим твою регистрацию. Не бойся, Чарли у нас мирный. Знает — спугнёт нас, конверсию проводить будет сам.
Увидев впереди посты, охраняемые местными «копами» в жёлтых экзоскелетах, Гедимин с трудом заставил себя дышать спокойно и смотреть сквозь них рассеянным взглядом. Защитное поле, натянутое в воротах, исчезло раньше, чем бампер фургона к нему прикоснулся; Кенен лишь слегка притормозил и помахал охранникам. Те помахали в ответ. Дорога на космодром была свободна.
Гедимин, перестав оглядываться на промелькнувший мимо город, во все глаза смотрел на широченные посадочные площадки и рулёжные полосы, рассчитанные на крейсер. Три барка «Луна-Земля» ждали своей очереди на взлёт, и космодромные глайдеры сновали вокруг них. Когда один из барков тронулся, Гедимин успел разглядеть гравитационный батут — приземистое, частично заглублённое здание полукруглой формы, прикрытое защитным полем. «Восьмой захват по левому краю расшатался,» — отметил он про себя.
Южный сектор был отсечён от гражданского космодрома решётчатым ограждением, обтянутым светодиодной сеткой. У въезда стоял удвоенный пост — жёлтые «копы» и тёмно-синие земляне в тяжёлых экзоскелетах. За плёнкой защитного поля Гедимин увидел два крайне потрёпанных «Койота»; за ними вроде бы пряталась «Барракуда», но её, похоже, сильно сплющило — практически до состояния «Ската».
— Привет, Чарли! — широко улыбнулся Кенен, жестом выгоняя сарматов из фургона. Человек в светло-жёлтом «Шермане» с крупной пятиконечной звездой на груди посмотрел на него сквозь лицевой щиток и на улыбку не ответил.
— Доброе утро, Маккензи, — сухо сказал он, пропуская вперёд федералов. Двое из них встали в воротах — один со считывателем, другой с открытым смартом.
— Опустить голову, подставить лоб, — ровным голосом приказал первый. Гедимин, озадаченно мигнув, сообразил, что снимать шлем за пределами городского купола — значит «надышаться» вакуума, а сквозь ипроновую броню никакой считыватель ничего не считает. Сарматам процедура проверки была знакома — они проходили её легко и быстро. Кенен соединил свой смарт шнуром с устройством в руках охранника — видимо, шла сверка списков. Гедимин неловко нагнул голову и прикрыл глаза. Красный луч ударил по векам и погас. Сердце сармата на мгновение замерло, но федерал не сказал ничего — только жестом велел не задерживаться на проходе.
— Гедимин Кларк? — шериф, отошедший было в сторону, сверился со смартом и снова развернулся к Кенену. — У тебя новичок? Первый рабочий выход — и сразу на конверсию?
— Джед — лучший механик в этом зачуханном городке, — отозвался Кенен. — Эти ваши «Койоты» он разделает за час.
Шериф недоверчиво покосился на Гедимина. Тот встретил его взгляд спокойно. Сарматов уже вели на площадку. Двое вместе с Кененом отделились от бригады и пошли к дальним ангарам. Остальные под присмотром двух десятков федералов остались рядом с помятым «Койотом». Гедимин, убрав руки за спину, внимательно разглядывал его. С тех пор, как «чутьё ремонтника» начало к нему возвращаться, он старался его развить — делал предположения о состоянии механизма сперва на слух, потом на глаз и только потом притрагивался к нему и проверял все догадки. С каждым разом получалось всё лучше — навык из него не выбили и не выжгли, разве что ненадолго заставили о нём забыть.
 
Справа замигали красные огни — один из передвижных ангаров подъехал к «Койоту». Кенен, свисая со стапеля, нетерпеливо сигналил рабочим.
— Миномёт, — он особым жестом указал на одного сармата; тот кивнул, посмотрел на корабль и неспешно пошёл к рабочему месту. — Малая ракетная шахта, правый борт. Шахта, левый борт. Бластеры правого борта… бластеры левого борта… Джед, тебе — верхняя кинетика.
Спрыгнув со стапеля, он пошёл к правому концу ангара — там столпились пятеро федералов. Гедимин огляделся — сарматы уже приступили к демонтажу вооружения. Он высмотрел кинетические турели и, найдя вертикальный трап, полез к ним. Вшиты под броню они были привычным способом, кое-где обшивка оплавилась, и пришлось её подрезать, но через полчаса оба блока верхних турелей были аккуратно вынуты и подвешены на электрокран. Гедимин повертел в руках обломок снарядной ленты — она уже была повреждена и при рывке просто отломилась. В наушниках раздался резкий свист. Сармат посмотрел вниз и увидел федерала — тот махал ему, тыкал пальцем в ленту и указывал на себя.
— Лови, — пожал плечами Гедимин, разжимая пальцы. Тут же в локоть ударил луч бластера. Свист в наушниках сменился воем. Все на корабле и вокруг него замерли.
— Ну что там? — в ангар заглянул Кенен. — А, понял. Джед, ты должен был спуститься и отдать эту штуку ему в руки. Делай так в следующий раз, ладно?
Федерал, отвернувшись от корабля, уже шёл к выходу. Гедимин покосился на задетый локоть — верхний слой обшивки даже не оплавился. Пожав плечами, сармат перевёл взгляд на пояс турелей, свисающий с потолка, и засигналил рабочему у пульта управления — «вези уже!»
…Бронированный грузовик, присланный за оружием, медленно отъехал от ангара. Сарматы, разделившись на две бригады, «зашивали» борта — Кенен замерял толщину в проломах и указывал, откуда можно взять недостающие пластины, половина рабочих собирала материал, вторая — заделывала дырки. Усиленная броня мирному барку была не нужна, как и дополнительный каркас под вооружение, — балки и пластины распределили по «слабым» участкам. Корабль выглядел деформированным, перекошенным, но летать мог.
Один из снарядов ударил в центральный канал, повредив часть кабелей, и Гедимин, привлечённый их треском, заглянул внутрь. В тёмном канале реакторный отсек просматривался плохо, но, приложив ладонь к обшивке, сармат почувствовал «шум» системы охлаждения и настороженно сощурился. Он сделал шаг в сторону, снова прижал руку к обшивке, — он не ошибся, где-то вода второго круга охлаждения подъела кольцевую прокладку и начала просачиваться наружу. Гедимин на слух прикинул расположение протечки. Звук от неё едва заметно двоился — возможно, слабых мест было два или больше.
Ему в бок ударил луч света — федерал, присматривающий за ремонтниками, потерял сармата из виду и теперь заглядывал в главный канал. Увидев там Гедимина, он замахал рукой — «на выход!» Сармат, вспомнив «предупредительный» луч в руку, не стал спорить. К пролому, который он должен был заделать, уже поднесли пластины, ящик для крепежа был наполнен на четверть, — можно было продолжать работу.
— Стой, — он протянул руку к федералу, и тот, замерев на месте, вскинул бластер. Гедимин недовольно сощурился, но порадовался, что человек не схватился сразу за ракетомёт.
— Во втором контуре охлаждения, — сармат кивнул на пролом, ведущий в главный канал, — повреждён уплотнитель. Контур течёт. Надо заделать.
Человек несколько секунд непонимающе смотрел на него, потом отвернулся.
— Скажи своему бригадиру, — буркнул он, отходя к дальнему концу ангара. — Эй, Маккензи!
Кенен появился из ниоткуда — не обошёл носовую часть «Койота», не спустился со стапеля, просто сгустился из вакуума прямо рядом с Гедимином и, сцапав его за локоть, поволок в сторону.