Проект «Геката» (СИ)

Из пролома была видна небольшая часть дока, отведённого прибывшему рудовозу. Техники Альбиорикса согласились провести частичный ремонт — как понял Гедимин из переговоров по внутренней связи, это для капитана Корсена было большим везением и редкой удачей. Изнутри док ничем не отличался от аналогичных помещений на Фебе или Гималии; в служебные, а тем более — жилые отсеки «Красного бога» Гедимина не выпустили, но из рассказов Фьонна следовало, что все отличия — в температуре воздуха и цвете униформы местных сарматов. На Альбиориксе добывающий комплекс стоял в окружении заводов и верфей, непрерывно пополняющих сарматский флот; Гедимин не отказался бы на всё это посмотреть, но туда не пускали даже Фьонна.
— Не надо тут стоять, — раздался в наушниках голос «лучевого пилота» — тот незаметно подошёл сзади и тронул Гедимина за руку. — Техники злятся.
— А, — отозвался сармат, неохотно отворачиваясь от пролома и столпившихся там сарматов. — Не вижу причин, но — ладно. А ты чего не на базе?
— Что там делать? — пожал плечами Фьонн. — У нас на палубах просторнее, чем на этой базе.
— Ты выглядывал наружу? — спросил Гедимин, выбираясь из вспомогательных отсеков на «просторные» палубы; просторно там было бы только филкам и людям, а Гедимин не мог пройти, не задев плечом переборку. — Видел Юпитер? Вблизи он, наверное, огромный.
Фьонн качнул головой.
— Нет, не видел. Тут не одобряют вылезание наружу. Кажется, его нигде не одобряют.
«Бет» уже сдал «Красному богу» груз руды, и трюмы наконец опустели. Корсен договорился о замене повреждённых контейнеров; новые привезли ещё вечером, и через несколько часов, как только местные техники заделают дыру в обшивке, рудовоз собирался покинуть планету. Гедимин перед отлётом проверял системы реакторного отсека, забравшись в активную зону. За его спиной, стараясь держаться на максимальном расстоянии от движущихся и излучающих предметов, стоял Фьонн и пристально за ним следил.
— Боишься диверсии? — не выдержал наконец Гедимин, в шестой раз наткнувшись на его внимательный взгляд.
— Нет, просто смотрю, — мотнул головой Фьонн. — А это правда, что ты разговариваешь с реактором?
Гедимин мигнул.
— Разговаривать с механизмами бессмысленно, — сердито ответил он. — Кто сказал тебе такую чушь? Миндже?
Фьонн неопределённо пожал плечами.
— Сейчас ты гладил сборку, — заметил он. Гедимин, вздрогнув, отдёрнул руку.
— Иди наверх, — буркнул он, недобро щурясь на пришельца. — Не люблю, когда смотрят под руку.
Он не прикасался к реактору, пока Фьонн не выбрался из активной зоны, и люк за ним не закрылся. Тогда Гедимин, воровато оглянувшись через плечо, погладил сборку двумя ладонями.
— Не бессмысленно, — прошептал он с виноватой усмешкой. — Может, и глупо. Но явно не бессмысленно.
  
Часть 13. 19.05.31–20.10.30. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник — Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
 
19 мая 31 года. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник
У капитанской рубки не было часовых, но Гедимин всё же приостановился и с сомнением покосился на воодушевлённого Фьонна. «Может, не стоит так сразу…» — подумал он, но одёрнул себя до того, как сомнения были озвучены. «А ты привыкаешь к субординации, Гедимин. Раньше ты ни секунды бы не думал. Вот Стивен бы порадовался…» — он криво ухмыльнулся собственным мыслям и отодвинул крышку люка.
— А, это вы, — Корсен, копавшийся в стенной нише, прикрыл её и повернулся к пришельцам. — Обежали уже весь корабль? Техники просили, чтобы Гедимин, давая советы, соизмерял свои желания с их возможностями. Или давал вместе с советами инструкции по добыче нужных деталей. На нашей базе, увы, в избытке только макаки.
Фьонн, перешагнувший порог на две секунды раньше Гедимина, только отмахнулся.
— Ну пусть не слушают умного сармата! Вот уж это — не его проблема… Гедимин, скажи, что ты придумал!
На слове «придумал» Корсен едва заметно вздрогнул. Гедимину стало не по себе. Он попытался вспомнить, чем и когда мог напугать капитана до такой степени, но в голову ничего не пришло.
 
— Я знаю, где взять обсидиан, — сказал он. — Тут многие детали требуют замены. Если переплавить их, добавив новое сырьё…
Корсен нетерпеливо махнул рукой.
— Знаешь, где взять? Говори.
— Эти горы — вулканические, — сказал Гедимин, проглотив несколько фраз вступления. — Сложены из изверженных пород. Здесь должно быть много природного обсидиана. Если походить по окрестностям…
Корсен поднял руку, прерывая его на полуслове.
— А, это вроде геологоразведки. Чем-то таким мы занимались на Марсе. Но про обсидиан я ничего не знаю. Ты видел, как он выглядит? Найдёшь на местности?
Гедимин, поколебавшись полсекунды, кивнул. «На местности — не видел. Эти куски, которые присылал Конар… Они вроде были необработанными? Как-то так эти вещи должны выглядеть в горной породе…»
— Ага, — протянул Корсен, уловив его сомнения. — Тогда иди и…
Он замолчал, поднеся руку к респиратору.
— Что? — встревоженно посмотрел на него Фьонн.
— А то, что приговор ещё действует, — медленно, глядя себе под ноги, проговорил Корсен. — Ни метеорита не добился, пока мы сидели по базам… нужно обращаться к адмиралам, а как я на них выйду?
Гедимин с недоумением смотрел на него, ожидая какого-нибудь объяснения для такой резкой смены темы. Его приговор (о котором он вспоминал не чаще, чем слишком широко открывал рот, задевая шрам) вроде бы никак не был связан с наличием обсидиана в Обугленных горах.
— Для местных ты, — Корсен заметно смутился, но всё же договорил, — беглый каторжник. И они откроют огонь, если увидят…
— Tzaathasukemesh! — возмущённо воскликнул Фьонн.
— Тихо, — поднял руку Корсен. — Тебя можно выводить только под конвоем. Подожди, пока я найду пару вооружённых сарматов.
— Я пойду, — тут же вызвался Фьонн. — У меня есть бластер.
Гедимин мигнул. Не то чтобы ему было нужно оружие (кроме того случая, когда его скрутили солдаты Стивена, но там бластер не помог бы), но только сейчас он понял, что всё время службы провёл без него — а вот у Фьонна есть одноручный «Фокка», встроенный в левый рукав, и наплечные крепления для кинетической винтовки.
— Да, и винтовку возьми, — кивнул Корсен. — Там ещё Йоргис болтается без дела. Бери его и отправляйся.
Выйдя из шлюза, Гедимин снял шлем и вдохнул полной грудью. Воздух чужой планеты пах мокрым камнем, аммиаком и сероводородом. Последние два запаха были настолько сильными, что сармат удивлённо мигнул — ветер дул с гор, и воздушные массы с озёр, наполненных гниющими растениями, вроде бы должны были двигаться прочь от лагеря.
Сделав несколько шагов и выйдя из-под защиты корабля под ветер, с силой толкающий в левое плечо, Фьонн остановился и повернул голову к Гедимину.
— А куда идти?
Тот неопределённо махнул рукой.
— Подальше от лагеря. Надо подойти к горам и поискать осыпь, — он судорожно вспоминал основы геологии, изученные когда-то в Ураниум-Сити. — Без охраны и беглых каторжников.
Идти по утрамбованной, но всё же не каменно-твёрдой земле было тяжело, казалось, она сейчас вытечет из-под ног, — Гедимин успел отвыкнуть от «естественной среды» и с трудом осваивался на Кагете. Рядом с лагерем растительности было немного — или вообще не было, если не относить к ней цветные пятна, распластанные на тонком слое почвы; когда стена ветрорезов осталась позади, растительность приподнялась на два десятка сантиметров, а под ногами захрустели белые панцири. «Мать моя колба,» — Гедимин, вспомнив ещё один обрывок информации, досадливо поморщился. «На осыпях тоже растёт трава. И со временем дёрн полностью их скрывает. М-да… вот скрепер-то мы и забыли.»
Из лагеря донеслись крики и выстрелы. Сармат вздрогнул и ускорил шаг, стараясь не оглядываться.
— Ну надо же, — пробормотал за его спиной экзоскелетчик Йоргис. — Эти горы больше, чем я думал. Раз так в двести больше.