Проект «Геката» (СИ)
29 июня 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота «Мара»
«Надо найти Хольгера,» — думал Гедимин, без особой надежды вглядываясь в толпу. Он сошёл с корабля последним, не без оснований предполагая, что на базу вернулся не один «Феникс», и что в коридоре, даже самом широком, от экипажей в тяжёлых скафандрах и экзоскелетах станет очень тесно. До шлюза он добирался четверть часа, огибая плотные группы оживлённо беседующих сарматов и заглядывая в доки. Некоторые из них пустовали, но внутри работали техники, а на дальних концах «дуги» вдоль края кратера строили, как смог рассмотреть Гедимин, ещё восемь доков, — непохоже было, что космофлот потерял половину кораблей.
— Вот что бывает, когда бомбер считает себя крейсером, — с досадой говорил кто-то громкий слева от сармата.
— Не успели вывести миноносцы, — перебивал его другой. — Когда выведут — тут придётся думать…
— Защитные поля просто выжгло, — с весёлым смешком говорил третий. — А потом и пол-обшивки. Вот так — «шшшш» — и зелёная волна!
«Омикрон-бомба?» — подумал Гедимин, но уточнить не успел — его уже пронесло мимо, и надо было спешить, чтобы проскочить до закрытия шлюза.
— Никакой Африки, — сердито фыркнул кто-то под правой рукой. — Оттуда — только драпать. Пока не получил на макушку Север и Мацоду. Про водохранилища — не знаю, может, и взорвали…
Гедимин высвободил руку, прижался спиной к стене, посмотрел на передатчик, — экран был тёмен. На корабле связь ещё кое-как работала — хотя было ощущение, что пять каналов перерезали целенаправленно — а на базе устройство связи превращалось в наручное украшение со встроенным анализатором. «И где мне его теперь искать?» — думал Гедимин, высматривая в толпе чёрные скафандры. «Даже о встрече не договорились…»
— Атомщик! — радостно заорал в ухо вынырнувший откуда-то Линкен, и секунду спустя Гедимин сердито щурился и пытался втянуть голову в плечи — взрывник не только обнял его так, что броня затрещала, но и подкинул к потолку, едва не расколов его шлемом облицовку.
— Л-лиск, тут потолки низкие, — Гедимин кое-как вырвался и в свою очередь обнял Линкена — уже без рискованных подбрасываний. — Как ты вообще меня поднял?!
— Атомщик, мать твоя пробирка! — взвыл Линкен, на секунду отстранившись, и тут же вжался в броню сармата, едва не угодив макушкой ему в респиратор. — Атомщик! Живой!
— И ты вроде тоже, — хмыкнул Гедимин, глядя в горящие белые глаза. Вокруг столпилось много незнакомых сарматов, и кто-то хлопал ремонтника по скафандру и пытался пожать руку.
— Нет, ты слышал? — Линкен отстранился, пытливо заглядывая в глаза Гедимину. — Марс наш! Взяли с налёта!
— Марс?! — Гедимин растерянно мигнул. — Я думал, уже вся система…
Линкен расхохотался, с силой хлопнул двумя руками по спине ремонтника и огляделся по сторонам.
— Атомщик! Я же говорил — он с Энцелада! Что, тески, не взяли ещё Землю?!
Вокруг засмеялись.
— Марс наш, атомщик, — посерьёзнел Линкен. — И Титан, и твой Энцелад. И то, что осталось от Кларка. Вы там со Стивеном перестарались немного. Ну ничего, нам не привыкать строить. Будет наша база.
Гедимин мигнул.
— Мы взяли Кларк?!
Сарматы снова рассмеялись, кто-то потрепал его по плечу.
— Из реакторного отсека ничего не видно, — буркнул он. — Я вообще не знаю, где мы были. Сбили вроде бы «Кондор» над Канадой…
— Туда ему и дорога, — ухмыльнулся Линкен, снимая шлем и с наслаждением вдыхая холодный воздух. — Как давно я не был на Марсе… Вот достроят базы в Агарте и Нергале — будешь летать туда на ремонт. Взяли доки нетронутыми!
— А вот Юпитер разбомбили зря, — мрачно сказал один из сарматов. — Можно было взять. Повесить там по малому крейсеру…
Линкен мотнул головой.
— Юпитер пока не удержать. Земля слишком близко. Там Мацода, Север… Лучше не распылять силы. Марс взяли, Луну, — надо это удержать.
— А что с Ураниумом? — спросил Гедимин, щёлкнув по его наплечнику для привлечения внимания. — Туда ничего случайно не упало? Город цел?
— Цел, прислал подкрепление, — закивал Линкен. — Там сейчас мало кто остался. Все в космосе. Над Канадой теперь наши крейсера, миноносцы по периметру, — быстро до него не доберутся.
Кто-то из компании уже торопил всех, толкал Линкена в бок; взрывник сгрёб Гедимина в охапку и поволок за собой, по дороге выловив из толпы Хильдира. Тесные коридоры гудели, как трансформатор, от тысяч голосов, шума шагов и лязга брони и оружия. В столовой открыли дополнительный зал и выставили на раздачу контейнеры с перцовкой.
— У тебя на корабле все живы? — спросил Гедимин, сев рядом с Линкеном. — А Хольгера не видел?
— А вон там Хольгер, — взрывник махнул контейнером в дальний угол. — Эй, химик!.. Тески, выловите его и тащите сюда. Если атомщик туда пойдёт, тут целой лавки не останется… Все живы. Москитов мы не выпускали, так обошлось. Это — последний такой чистый заход, атомщик. Две прекрасные недели. Будь у нас флот больше и разведка точнее, взяли бы всё. А вот теперь макаки забегали. Следующий вылет так чисто не пройдёт. Да, прозевали момент…
Он тяжело вздохнул и залпом осушил контейнер.
— Гедимин? Линкен? Старался думать всю дорогу, что вы в порядке, — улыбнулся Хольгер, занимая место на тесной лавке; сарматы отодвинулись без споров, кто-то и его похлопал по спине и плечам. — Броня, как я вижу, цела. Как твои реакторы?
— Тихо, — ответил Гедимин. — Но опять откуда-то лезли нейтроны…
Резкий тычок под рёбра заставил его замолчать — удары Линкена чувствовались даже сквозь скафандр.
— Только не реакторы! — он с притворным страданием на лице приложил ладонь ко лбу. — Хольгер, слушай сюда. Атомщик взял Кларк — и сам этого не заметил!
Химик вежливо усмехнулся.
— Я сам точно не знаю, что мы взяли, а что — отдали. Две недели прыжков. Вроде бы все живы, и Марс опять наш. Но с Земли нас выгнали.
— Ну, это разве что в мартышечьих мечтах, — ухмыльнулся Линкен. — Держим Канаду, Антарктиду и Гренландию. Ясархаг тоже на месте. А что до Африки, — воды у нас и здесь полно. А больше там копать нечего.
Он щёлкнул по запястью, разворачивая карту. Трое сарматов немедленно над ней склонились и заспорили, тыкая пальцами во вспыхивающие точки. Гедимин «придвинул» к себе голографический Энцелад.
— Лиск! — он поднял взгляд на взрывника, нехотя отвлёкшегося от обсуждения захвата Африки. — Там были города. Жило много людей. Где они теперь?
Сармат, сидевший напротив, ухмыльнулся и хотел что-то сказать, но Линкен показал ему кулак, и он, фыркнув, отвёл взгляд.
— Понятия не имею, — сказал Линкен Гедимину. — Наше дело — обстрел с орбиты. Для того, что внизу, есть наземный десант.
— Ты кого-нибудь из десанта знаешь? — не отставал сармат.
— Они сейчас на месте, — качнул головой взрывник; ему было не по себе, и Гедимин насторожился. — На планетах, то есть. Ты не думай об их делах, атомщик. Следи за реакторами. Что делать с пленными, наземники знают, им помощь не нужна.
…Крейсер Линкена стоял в четвёртом доке, но сармат проводил сначала Хольгера, а потом и Гедимина до их кораблей, хотя вся его команда уже была на борту.
— Без меня не улетят, — отмахнулся он от смущённого химика. — Повезло, что мы встретились. Завтра новый рейд. Никогда не знаешь, все ли вернутся.
Перед пятнадцатым доком он остановился, хлопнул Гедимина по плечу и криво ухмыльнулся.
— Вон какой твой «Феникс»! Техники его до блеска вылизали. У моего сорвало пару пластин на носу, и вот здесь, над задним антигравом, была проплавленная борозда.
— Из нашего вынимали осколки, — отозвался Гедимин. — Вон там, вдоль третьей палубы. Сорвало экран ракетой, и осколки пробили первый слой. А теперь ничего не видно. Здесь хорошие техники — наверное, с «Гекаты».
Линкен, хмыкнув, снова потрепал его по плечу.
— Это начало, атомщик. Дальше будет хуже. Говорят, у Ассархаддона был план, как взять Землю с налёта — чуть ли не в три дня. Но Маркус его послал.