Проект «Геката» (СИ)
— Не столько даже жаль кораблей, как экипажи, — продолжал сармат, немного понизив голос — он сам уже заметил, что все вокруг оборачиваются. — Крошечный флот против тысячных межзвёздных баз… Ирренций ирренцием, но что там, у этих мианийцев, на кораблях поставлено… Ты видел те корабли?
Его сосед кивнул.
— Да, бред. Идиотский план. Их там под миллион, и они там вроде бы свои, — значит, их прикроют. А этот полоумный лезет с тремя «Циклопами» против галактической федерации. Мало нам землян под боком…
Гедимин, жестом попросив Хольгера есть и его не ждать, направился к беседующим. Увидев чужака, они замолчали и настороженно взглянули на него.
— Чего тебе? — спросил тот, кто рассказывал про «Циклопы». — Тут всё занято, иди вон туда.
— Ты говорил о мианийских сарматах? — спросил Гедимин. — Так Маркус послал туда карательный флот? Не знаешь, какие корабли, новые или старые?
Второй сармат поморщился.
— Новые, мать его колба! Их строят по два месяца, а эта куча слизи…
Третий, до сих пор молчавший, крепко ткнул его кулаком в бок, и сармат заткнулся.
— Плохо, — сказал Гедимин. — Пропадут корабли. Я видел мианийские крейсера…
Он развернулся, собираясь уйти, но сармат придержал его за руку.
— Ты тоже думаешь, что не надо было трогать этих дезертиров? Они ведь не присягали Маркусу. И про закон о мутантах и гибридах не слышали.
— Ну, положим, это не повод спариваться со всеми подряд, — другой сармат брезгливо поморщился. — Тем более — клонарий у них есть.
— Они там спариваются с местными, и это укрепляет союз, — отозвался первый. — А нас без кораблей спарят макаки, и от этого будет один вред. По мне, так лучше бы Маркус нашёл себе мартышку, чем кидался нашими атомолётами…
— Это верно, — кивнул Гедимин. — И Маркусу не надо было лезть к чужим сарматам. Я бы сам туда переселился. Похоже, там живут разумные существа.
Его потянули за руку, оттаскивая от стола. Обернувшись, он увидел Хольгера.
— Во что ты тут влез, атомщик? — сердито зашипел тот. — Своих проблем тебе мало?
— Маркус послал карателей на сарматские базы в Миане, — отозвался Гедимин. — Я думал, он умнее.
17 января 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
— Далась же тебе эта экспедиция! — Хольгер раздражённо передёрнул плечами. — Если Маркус так легко выделил три «Циклопа» — они у него не последние. И как ты, скажи на милость, собирался во всё это вмешаться?
— Там девять моих курсантов, — угрюмо сказал Гедимин, глядя мимо него. — Как? Вбил бы ему респиратор в череп. Я ничего не смыслю в войнах, но это были мои реакторы — и мои курсанты.
Двое сарматов, обсуждавшие что-то у двери в столовую, замолчали и отошли в сторону. Хольгер ткнул Гедимина в бок.
— Потише, атомщик. Никто не любит, когда ему угрожают. А Маркус и так обидчивый.
Сарматы сели за стол. Ядерному блоку он уже не принадлежал, да и самого блока практически не было, — Гедимин, Хольгер и два-три любопытствующих курсанта не в счёт. Даже стул, на который обычно садился Ассархаддон, последние месяцы кто-нибудь занимал. Васко, дневной охранник Гедимина, иногда появлялся за его плечом, но чаще уходил к друзьям и только изредка переглядывался с охраняемым. Стивен пропал — видимо, участвовал в учениях вместе с остальными капитанами флота Тохиля. Остался ли в окрестностях хоть один доносчик, и о чём он пишет, Гедимин не знал — и об осторожности вспоминал не чаще обычного. Сейчас ему мешали думать постоянно всплывающие мысли о карательной экспедиции в Миану.
«Дрейфующая космическая база, население больше тысячи сарматов, свой клонарий, ремонт крейсеров…» — он в задумчивости водил пальцем по столу. «Есть у них своё вооружение? Не знаю, но антиграв быть должен. Значит, можно ударить гравитационным конусом. Кинетику сделать нетрудно, если есть немного времени. Как быстро они узнают, что к ним летят?.. Уран и торий, что за бред…»
— Смотри! — Хольгер тронул задумавшегося Гедимина за локоть и кивнул куда-то вправо. — Ассархаддон!
Куратор действительно был там — внимательно слушал сарматов, собравшихся за столом, иногда косился на передатчик и показывал что-то на экране. Когда один из сарматов вышел из-за стола, а другие отвернулись и взялись за еду, Гедимин, не выдержав, поднялся на ноги.
— Куда? — крикнул ему вслед Хольгер.
— Пойду спрошу. Он должен знать, — отозвался ремонтник.
«Первый раз подхожу к Ассархаддону до того, как он подошёл ко мне,» — подумал сармат и криво усмехнулся. «Получится незаметно или нет?»
— Не тратьте попусту время, Гедимин Кет, — сказал, не оборачиваясь, куратор. — Я рад, что два твэла были удачно заменены, но на изучение у нас по-прежнему нет времени. Даже Биоблок сворачивает все проекты, а вы говорите о ядерной физике…
Гедимин изумлённо замигал. «Не получилось,» — подвёл он итоги маленького эксперимента, занимая место рядом с Ассархаддоном.
— Я не о твэлах. Ты знаешь что-нибудь о карательной экспедиции в Вендану?
Куратор поднял на сармата удивлённый взгляд.
— Карательная экспедиция, — медленно повторил он. — Я знаю. Не буду спрашивать, как об этом позоре узнали вы. Экспедиция, как и следовало ожидать, провалилась.
Гедимин не двинулся с места. Он выжидающе смотрел на куратора, и тот, слегка поморщившись, продолжил:
— Атаковать миллионный анклав тремя «Циклопами» надо очень быстро и очень тихо. А Маркусу всё мерещится, что у нас в распоряжении пара галактик. Он начал с угроз, и когда дошло до стрельбы, нас там ждали. Я пока не говорил с теми, кого ждали, — им надо отлежаться в медблоке и успокоиться…
Гедимин вздрогнул.
— Что с ними сделали? Они живы?
— Более чем, — отозвался Ассархаддон. — Я даже заподозрил вброс биооружия, но медики не нашли ничего нового, хотя проверили их вдоль и поперёк. Значит, богатые традиции дипломатических отношений… с малоразвитыми расами.
Он криво усмехнулся.
— Не знаю, что конкретно там было. В портал их вытолкнули в носовой части «Циклопа». Оторвали всё по самый антиграв, оставили один ЛИЭГ и «Седжен». Оружие изъяли, даже ручные бластеры. Но все живы, и ни одной серьёзной раны. Ушибы, ссадины, небольшие ожоги.
«Небольшие ожоги?» — сармат вспомнил «особые тренировки», и его передёрнуло.
— Их допрашивали?
— Непохоже, — ответил Ассархаддон. — Нет, это не те повреждения, о которых вы подумали. Просто мелкие ранения, полученные в стычке. Видимо, они пытались сопротивляться, когда корабль вскрыли. Мне кажется, им очень старались сохранить жизнь. Любопытно, насколько это местная традиция, и насколько — заслуга сарматов на той стороне…
Повисло молчание. Гедимин думал о мианийцах. «Кажется, они умнее нас,» — осознавать это было не слишком приятно. «А вот нас там теперь считают злобными идиотами. Досадно.»
— Так они видели тех существ… вблизи? — рискнул спросить он. — Говорили с ними?
— Не так быстро, Гедимин, — качнул головой Ассархаддон. — Всего три дня, как они вернулись, и всего сутки, как мне удалось отбить их у Маркуса. Может, через неделю они смогут что-то рассказать.
Гедимин мигнул.
— А что Маркус? Ему тоже интересно?
Ассархаддон коротко хохотнул; веселья в его глазах не было — только усталость и досада.
— Маркус всерьёз считал, что из этой экспедиции выйдет что-то кроме позора. Поэтому обвинил вернувшихся в предательстве и дезертирстве, и я едва уговорил его не расстреливать их. Он даже допрашивать их не собирался!
Он досадливо поморщился и на секунду отвёл взгляд. Когда он снова посмотрел на Гедимина, его глаза уже ничего не выражали.
— Ваше любопытство удовлетворено?
Сармат кивнул. Ему было что сказать о Маркусе, но он уже понимал, что пользы от этих слов не будет.
— Когда ты узнаешь, что там было, можно будет тебя расспросить?
Ассархаддон смерил его долгим непроницаемым взглядом и медленно покачал головой.