Проект «Геката» (СИ)

— Что это?
— Если бы я помнил… — Кумала смущённо улыбнулся. — Какой-то незавершённый прототип — сигнальное или управляющее устройство, но точно не оружие. Там должна быть этикетка, но в этот раз она очень неудачно отклеилась…
— Угу, — ремонтник уже не слушал его. «Сигнальное или управляющее… Тогда это должно скрепляться с этим. Здесь был провод… да, клемма сохранилась. А вот это лишнее. А это откуда?»
Он уже скрепил вручную то, что не требовало пайки, и хотел спаять оборванные концы толстого кабеля, когда почувствовал, что Кумала гладит его по плечу.
— Да, вам точно тяжело, — тихо сказал он, не торопясь убирать руку. — Неудобно работать посреди коридора. Если не хотите идти ко мне… этот коридор ведёт в Биоблок. Там есть очень интересное место — личный зоопарк Ассархаддона. Уверен, вы там ещё не были…
Гедимин мигнул.
— Зоопарк? Зверинец? Здесь, на Луне?!
— У нашего куратора свои странности, — улыбнулся Кумала. — Он собирает образцы внеземной фауны и флоры. Очень интересная коллекция. Жаль, туда редко кто ходит. Но это и хорошо — вам там никто не помешает…
Сармат посмотрел на полусобранное устройство, частично намотанное на пальцы, частично зажатое в ладони. Ему самому было интересно, что в конце концов из этого выйдет. «Коллекция животных. Посреди научной базы. Не для работы…» — он едва заметно усмехнулся. «Я бы взглянул.»
— Веди, — кивнул он Кумале. — До подъёма ещё есть время. Я доделаю эту вещь и… вот ещё — называй меня на «ты».
— Нет, этого я сделать не могу, — ответил конструктор, осторожно ставя панель ввода на место и парой быстрых тычков открывая люк. — Не обижайтесь, Гедимин. Я мало кого называю на «ты». Здесь это вообще не принято… Так, готово. Идите рядом со мной, здесь широкий проход.
Он снова положил руку на плечо Гедимина, и сармат озадаченно мигнул — конструктор не просто придерживал его, он осторожно, но настойчиво ощупывал мышцы, оглаживая каждый выступ.
Люк закрылся, оставив сарматов в прямом узком коридоре. Сверху что-то засвистело, и по стене скользнул широкий белесый луч. Кумала подставил под него свободную руку, и луч погас.
— Путь свободен, — конструктор остановился у закрытого люка, гораздо более массивного, чем предыдущий. — Тут гермоворота… Да, придётся подождать. В ночное время тут всё происходит очень медленно…
Он сдвинул щитки, прикрывающие подушечки пальцев, и прижал руку к прозрачной панели. Гедимин услышал тихий свист, перемежающийся пощёлкиванием.
— Спящий режим? — спросил он, доставая из кармана полусобранное устройство. «Пара минут у меня есть…»
— Глубокий спящий режим, — отозвался Кумала, нетерпеливо щёлкнув ногтем по панели. — Досадно. Это затянется минут на пять-шесть.
— Угу, — Гедимин уже растянул элемент, требующий сварки, между пальцами, и настраивал ремонтную перчатку. Она легко управлялась одной рукой, и сармат уже к ней приспособился — все нужные жесты и команды были в инструкции, а броня перчатки практически не стесняла движения. «Самый узкий луч. Здесь тонкие легкоплавкие провода. Какой-то контроллер… интересно, куда он должен был встраиваться…» — мысли сармата были далеко и от Биоблока, и от Кумалы — пока он не заметил, что ладонь конструктора лежит на его груди. Как-то он сумел незаметно для Гедимина просунуть руку под его локоть — наверное, пока сармат отвлёкся на провода…
— Ты чего? — Гедимин резким движением стряхнул чужую руку и недовольно сощурился.
— Я помешал вам? — Кумала спокойно выдержал его взгляд. — Впредь я буду более осторожен. Не обращайте на меня внимания. Я рассматриваю ваши шрамы. Вы вчера тренировались с колючей проволокой? Гуальтари считает, что это очень важно…
— Зачем тебе мои шрамы? — Гедимин запоздало вспомнил, с кем пошёл бродить по пустым коридорам, и ему стало не по себе. Кумала улыбнулся.
— Вы интересны мне, только и всего. Не бойтесь, я ничего не сделаю вам, если вы не захотите. Разве мои прикосновения болезненны или неприятны?
Он провёл пальцем вдоль ключицы сармата, дотронулся до застёжки комбинезона и остановился, глядя ремонтнику в глаза. От его немигающего взгляда сармат вздрогнул и почувствовал слабую тошноту.
 
— Убери, — Гедимин стряхнул его руку. — Так тебе эта штука была не нужна?
Он сжал в ладони непонятное устройство. «Может, этот механизм вообще никогда не работал?» — промелькнула в мозгу слабая и сильно припозднившаяся догадка. «И это не механизм, а просто кучка мусора?»
— Мне нравится смотреть, как вы работаете, — отозвался Кумала; руку он убрал, но его взгляд продолжал ощупывать сармата, и чем дальше, тем это было неприятнее. — У вас меняется лицо, и глаза красиво светятся. Я хочу увидеть, как вы встретитесь с вашим реактором, — говорят, это ваша главная страсть. У вас великолепное тело, и мне нравится смотреть на него. Мне приятно прикасаться к нему и чувствовать ваше тепло. У вас ломка, и я вызвался помочь вам. Не понимаю, что заставляет вас бояться.
Он снова поднял руку, но в этот раз Гедимин оказался быстрее, — бросив на пол ненужные обломки, он схватил конструктора за запястье и, резко вывернув сармату кисть, швырнул его в стену. Тот словно этого и ждал, — мягко, беззвучно оттолкнулся кончиками пальцев и секунду спустя снова стоял перед Гедимином, смущённо улыбаясь. Гедимин ошалело мигнул, бросил взгляд на «сломанную» кисть, — он ожидал, что раздробит Кумале запястье, но тот, судя по выражению лица и лёгкости движений, даже синяка не получил.
— Амортизация, — пояснил Кумала, потрогав пластины лёгкой брони на запястье. — Усилие скользит по поверхности, не задевая содержимое… Кажется, я вызываю у вас только страх и отвращение. Не очень приятно для меня… Я могу попытаться это исправить?
Гедимин вжался в стену. Выглядело это глупо, но сармат чувствовал угрозу, — и то, что он был почти на голову выше, шире в плечах и, возможно, физически сильнее в два-три раза, ничего не меняло.
— Уйди. Сдай меня охране и вали отсюда, — угрюмо сказал он.
Люк сбоку от него беззвучно открылся, впустив яркий свет и пропахший дезинфектантами сквозняк.
— Хорошее предложение, Кумала, — в коридор вошёл Ассархаддон. — Воспользуйтесь им. Немедленно.
Шестеро охранников в экзоскелетах просочились в люк одновременно с куратором; как им это удалось — при том, что ширины люка еле хватало на один тяжёлый экзоскелет — Гедимин так и не понял.
— Мои извинения, — слегка наклонил голову Кумала, отступая в сторону Тренировочного блока. Ассархаддон, не глядя на него, махнул рукой и повернулся к Гедимину. Тот стиснул зубы. Вжиматься в стену было бесполезно — расступаться она не собиралась. «Тут и расстреляют…»
Ассархаддон подошёл к брошенному на пол «механизму».
— А, ремонтный рефлекс, — он спокойно перевёл взгляд на Гедимина. — Теперь понятно. Что ещё могло вас заставить по доброй воле пойти с Кумалой…
Гедимин молча разглядывал его скафандр. В голове было пусто и гулко. О будущем расстреле думать не хотелось, о чём-то ещё — не получалось.
— Гуальтари расстроится, когда узнает, почему вы опоздали на тренировку, — продолжал Ассархаддон без тени усмешки. — Придётся мне обеспечить вам алиби. Заодно поговорим о рефлексах и о том, стоит ли так доверять им. Следуйте за мной.
Гедимин быстро оглянулся через плечо — люк уже закрылся, а за спиной у сармата стояли два «Гарма».
Когда они проходили сквозь люк, ведущий в Тренировочный блок, в коридоре взвыл сигнал побудки. Дождавшись, когда он смолкнет, Ассархаддон замедлил шаг и сказал что-то, обращаясь к Гедимину. Тот, погружённый в гулкую пустоту, оставшуюся вместо мыслей, не сразу его услышал.
— Остров ясности, — продолжал куратор. — Поэтично называемый «глазом циклона». Научитесь формировать его. Этот участок должен быть свободен от влияния рефлексов, эмоциональных бурь, панического страха и — особенно — болевых сигналов. Предельная ясность и чёткость мыслей, полный контроль в пределах «глаза циклона». Этого будет достаточно. Вы уже пытались сформировать его на предыдущих тренировках. По крайней мере, я говорил вам о нём. Но вы постоянно отвлекались на попытки сползти с дыбы. Хорошие попытки, но лучше бы вы слушали, что вам говорят. Сегодня дыбы не будет. Надеюсь, вы наконец сосредоточитесь. Остров ясности, Гедимин. Не теряйте над ним контроля.