Проект «Геката» (СИ)

Гедимин сузил глаза.
— До дециметра, — буркнул он. — И с личного разрешения Ассархаддона… Стой. Почему Исгельт не знает, чем вы тут заняты?
Сарматы снова переглянулись; Айзек, странно вывернув ладонь, показал Хольгеру какой-то жест, но Гедимин его не разглядел и посмотрел на сармата с недоумением. «И у них секретность,» — думал он. «Почему?»
— Мы пока, — медленно проговорил Хольгер, глядя куда-то в сторону, — не уверены, что это нужно разглашать. Пока не проведены окончательные опыты, это всего лишь предположение, и незачем беспокоить Исгельта из-за такой ерунды.
— А реактор взрывать из-за ерунды можно, — Гедимин выразительно хмыкнул. — Ладно, секретничайте дальше. Я тоже ничего не скажу. Но к реактору — только втроём с Ассархаддоном.
«Не придут,» — думал он, глядя на закрывающийся шлюз. «Хольгер странный. Обычно он ничего не скрывает. Или… может, он думает — это ещё одна бомба? Тогда хорошо, что он молчит. И я тоже болтать не буду.»
20 сентября 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон — кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
Воздух под куполом качнулся, и в наушниках еле слышно засвистело — кто-то втиснулся в приоткрытый люк, но закрыть его за собой не решился, и теперь кислород вытекал из-под купола в шлюзовую камеру.
— Заходи! — Гедимин, сердито щурясь, отвернулся от монитора и протянул руку к закрывающему рычагу. Люк запоздало захлопнулся.
— Это я, Амос Атабаска, — сообщил, глядя на Гедимина снизу вверх, филк в чёрном скафандре. — Хольгер просил тебя через десять минут выйти и встать спиной к шлюзу. Хочет, чтобы ты увидел эксперимент.
— Ладно, — отозвался ремонтник, поворачиваясь к щиту управления и проверяя показатели. Один из твэлов сегодня вёл себя странно — Гедимин уже полчаса думал, не заглушить ли реактор для тщательного обследования…
— Чего сам не пришёл? — спросил он, не оборачиваясь.
— Он тоже придёт, — пообещал Амос, протискиваясь обратно в шлюзовую камеру. Насосы успели откачать немало воздуха из неё — давление снова упало, и Гедимин опять услышал свист в наушниках. В этот раз, впрочем, Амос захлопнул люк сразу же, не дожидаясь наполнения камеры. «Ничего страшного,» — напомнил себе Гедимин, с трудом разжимая кулак, — филк определённо нуждался во вразумлении. «Насосы вкачают всё обратно. Лучше заглушить реактор — мне из-за него неспокойно…»
Выйдя из-под купола, сармат увидел в семи метрах от него странные пометки на камнях — два косых креста, расположенных в пяти метрах друг от друга. Между ними, что-то выглядывая на экране наручного смарта, стоял Хольгер.
— Амос! — позвал он, увидев Гедимина. — Иди скорее!
Двое сарматов подошли к шлюзу и встали там, повернувшись к странным знакам. Гедимин удивлённо посмотрел на них, но Хольгер жестом попросил подождать. Десять секунд спустя над каждым из крестов зажглось по белой точке. С каждым мгновением они становились ярче — и внезапно расплылись в тонкие кольца, открывая над поверхностью два округлых проёма по пятьдесят сантиметров в поперечнике.
Они замерли друг напротив друга. Со своего места Гедимин мог заглянуть в каждый из них. За тем, что слева, виднелась ярко освещённая равнина, покрытая странными округлыми гребнями, смыкающимися в одной точке; над ними дрожал белесый пар. На одном из гребней на почтительном расстоянии от проёма появилась фигура в сером экзоскелете и вскинула руку; она держала на ладони круглый дрон. Гедимин изумлённо мигнул, узнав местность, — это было дно кратера на Эк Чуахе.
За вторым «окном» поверхность была ровной, серовато-чёрной, будто оплавленной. На краю площадки стоял сармат в лёгком скафандре — судя по виду, с ипроновым слоем — и держал в руках круглый дрон. Чуть поодаль начинался плотный зелёный настил из переплетённых растений, лежащих друг на друге и, похоже, частично сросшихся; этот приземистый «ковёр» едва заметно вздрагивал, будто ветер дул с такой силой, что мог поколебать сплетённые ветви. И, видимо, это было так — при каждом порыве сармат с дроном слегка смещался, пытаясь встать к ветру боком, и, несмотря на все попытки, его сносило.
 
Пока Гедимин заглядывал в порталы, оба дрона взлетели и секунду спустя прошли сквозь «окна» и на мгновение повисли над поверхностью Луны. Хольгер подошёл к ним и осторожно прикоснулся ладонью к корпусам. Гедимин, мигнув, двинулся вперёд. Он успел притронуться к дронам кончиками пальцев — аппараты уже продолжили полёт. За порталами их ждали. Обменявшись дронами, каждый из сарматов вскинул руку в прощальном жесте, и Гедимин вслед за Хольгером попрощался с ними. Порталы уже закрывались, ещё несколько секунд — и не осталось ничего, кроме слабого, исчезающего сигма-излучения, улавливаемого дозиметром. Далёкие планеты снова разошлись.
— Уран и торий… — Гедимин ошеломлённо качнул головой. — Эк-Чуах и Кагет, точная стыковка… У вас всё-таки получилось?!
В этот раз была его очередь обнимать Хольгера, и химик не стал сопротивляться — он сам беззвучно смеялся, дрожа от волнения вместе со скафандром.
— Получилось! — выдохнул он, упираясь в плечо Гедимина и немного отстраняясь, чтобы набрать воздуха в лёгкие. — Константин всё-таки высчитал точные координаты. Выходит, объект Эк Чуах — не овал, а что-то вроде шестерёнки с зубцами. Если это учитывать… Ну, ты сам видел, что получается.
— Видел, — Гедимин оглянулся на кресты, вспоминая, как близки недавно были две планеты из галактики, невидимой для телескопов Солнечной Системы. «Всего пять метров. Оттуда вышел — туда вошёл…» — он недоверчиво покачал головой. «И я бы мог сходить. Хоть туда, хоть туда.»
— А отсюда на Эк Чуах и Кагет открыть не получится? — спросил он. Хольгер виновато вздохнул.
— В кратере Кеджори постоянно пробуют. Нет. Не хватает точки отсчёта. Здесь мы её нашли, а там… — он развёл руками. — Но согласись — это выглядело неплохо?
— Мне нравится то, что вы сделали, — кивнул Гедимин. — Когда-нибудь построят такой космопорт. Большой зал — и лучи-коридоры во все стороны. В каждом — портал на освоенную планету. Можно проехать, можно пройти пешком. И не нужно лететь несколько часов… лет… веков…
Он ухмыльнулся и положил руку Хольгеру на плечо.
— Будет справедливо, если его назовут твоим именем, химик.
Хольгер смущённо хмыкнул.
— Я бы очень хотел до этого дожить и увидеть этот космопорт. Даже если его назовут именем какой-нибудь макаки. Так же, как хотел бы увидеть твои электростанции, в одиночку питающие континент.
Гедимин посмотрел на него, смигнул набежавшую влагу и порывисто его обнял.
… - Эк Чуах оставят. Откроют ещё одну базу, — вполголоса объяснял Хольгер Гедимину и Линкену; Константин, потирая помятые бока — Гедимин немного не рассчитал силы с объятиями — сидел на углу стола и делал вид, что его тут нет.
— Это будет сразу после Дня атомщика, — продолжал Хольгер. — Двадцать седьмого вывезут всё с Эк Чуаха, двадцать девятого Исгельт попросит тебя открыть новый портал. Или… есть вероятность, что вернётся Ассархаддон, и они заберут у тебя реактор. Тогда откроет сам.
— Да ради всех планет Венданы, — Гедимин пожал плечами. — Хочет работать — пусть работает.
Реактор, остановленный перед экспериментом с двумя порталами, через час был запущен, и вроде бы ничего странного с ним не происходило. Гедимин отслеживал его до конца рабочей смены, оставил на ночь и был за него почти спокоен.
— Будь я Ассархаддоном — построил бы порт, — сказал Линкен. — Выход из «Койольшауки» прямо на Кагет, оттуда — сетью по всем базам. И никакие макаки наши корабли не перехватят.
— Вернётся — построит, — сказал Гедимин, мысленно достраивая чертёж космопорта — с некоторыми особенностями, рассчитанными под расположение в туннелях. — Он умный. Должен понимать, что удобнее.
Константин, на секунду оторвавшись от смарта, презрительно фыркнул.
— Вы хоть знаете, что там излучается, когда объект проходит сквозь портал? И как это влияет на живые существа?