Проект «Геката» (СИ)
— Полосатая, — хмыкнул он. — И рыжая. Помнишь, я говорил, что Тамоанчан скоро станет звездой? У этой планеты времени в запасе ещё меньше. Считанные века, если зрение меня не обманывает.
— Надеюсь, Исгельт уберётся оттуда раньше, — отозвался Гедимин, стряхивая с себя Хольгера. Он следил за состоянием твэлов, поучаствовавших в «манёвре Прожига». Он вернул их в нормальный режим, но излучение ещё пульсировало — и отвлекаться на изучение планет было некогда.
— Да, задерживаться там не стоит, — согласился Хольгер, отходя от мониторов. — Я к нему. Кумалу позвать?
— Сам позову, когда тут закончу, — ответил Гедимин, глядя на меняющиеся цифры. — Если он ещё не у портала. Ему тоже интересно…
Реактор достался Кумале и его подопытным только через полчаса, когда сармат убедился, что твэлы не собираются плавиться. Чем больше опытов по Прожигу он проводил, тем сильнее опасался за целостность и стабильность установки. «Дурацкая была идея,» — думал он, неохотно отходя от щита управления. «С самого начала — дурацкая.»
Когда он добрался до портала, там уже поставили ограждение, и Айзек стоял рядом, ловя сигналы от улетевших в чужую галактику дронов. Один из них был выпущен при Гедимине — довольно крупный, шарообразный, с «лучевым крылом» небольшой мощности. Ещё три таких лежали в открытом контейнере, дожидаясь своей очереди, — видимо, команды к запуску пока не было. Двое сарматов в спецодежде пилотов стояли недалеко от Айзека, рассматривая планету, и вполголоса обсуждали расстояние до её спутников.
— Атомщик? Уже здесь? — сильно удивился Хольгер, выбравшись из-за груды контейнеров. — Ну, как тебе?
Гедимин пожал плечами.
— В планетах я не разбираюсь. Оттуда к нам ещё ничего не прилетело?
Хольгер пару секунд озадаченно смотрел на него; сармат ожидал усмешки, но химик, кажется, не настроен был шутить и смеяться.
— Надо внимательно смотреть, атомщик. Осторожность прежде всего, — серьёзно ответил он. — Исгельт присмотрел подходящий спутник в четырёх часах полёта, сейчас туда выслали дрон.
— Как её назвали? — спросил Гедимин, кивнув на планету.
— Эк Балам, — ответил Хольгер.
— Гедимин? — раздался в наушниках слегка удивлённый голос Исгельта. — Что же, ты вовремя. Нужна небольшая помощь. Эти двигатели — твоё изобретение, в конце концов…
Последующие несколько часов Гедимин почти безвылазно сидел на базе, проверяя оборудование; один раз пришёл сигнал от Кумалы — сработала система глушения реактора; на обратном пути Гедимин немного потренировался в управлении «Седженом», но за всеми этими делами он думал только об Эк Баламе и будущей экспериментальной станции. Кажется, Исгельту понравилась планета, — он готовил корабли к вылету за портал и одобрительно кивал, получая очередной сигнал от дрона-наблюдателя. Несколько аппаратов сканировали систему Эк Балама, избегая приближаться к самой планете или её спутникам; несколько раз Гедимин подходил к Айзеку, но тот сердито шипел и отмахивался — ему было не до разговоров.
— Интересно, что все порталы открываются в плоскости ближайшей планеты, — послышался из наушников задумчивый голос Хольгера. — Наверное, это с чем-то связано.
— Спроси астрофизиков, — отозвался Гедимин. — Это не по моей части. Есть новости с той стороны?
— Спутник выбрали, стягивают к нему дроны, — ответил химик. — Его отсюда хорошо видно. Сейчас он немного правее центра… видишь — узкий бежевый полумесяц?
Гедимин подошёл к ограждению. Узкий полумесяц на боку маленького тёмного шара сдвинулся вправо — теперь он был хорошо заметен на фоне центрального циклона.
— Силикатный? — спросил он, надеясь, что Хольгер ещё на связи, и что с ним Исгельт информацией поделился.
— Лёд и песок, что-то вроде Каллисто, — отозвался химик. — Слабые намёки на атмосферу, внешняя сторона в кратерах. Вода, окись кремния, углекислота в разных видах. Немного железной пыли от метеоритов, примеси магния и титана…
— Хорошее место для кислородных станций, — послышался в наушниках незнакомый голос. — Органику придётся завозить.
— Вам там не жить, — напомнил незнакомому сармату Исгельт. — Восьмичасовые вахты, несколько суток, потом проект свернём. Хольгер?
— Две-три недели, — отозвался тот. — Нужно очень много экспериментов. Как назвали планету?
— Ассархаддон предлагает — «Эк Чуах», — ответил Исгельт.
Гедимин смотрел на тёмный шарик, скользящий вдоль гигантского циклона. «Вахты по восемь часов — это правильно. Меньше вероятности, что кто-то там застрянет. Но за порталом надо будет следить в оба. И мне тоже.»
12 августа 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон
— Портал стабилен? — спросил Хольгер, оторвавшись на секунду от изучения голограммы, растянутой поперёк комнаты. Гедимин кивнул и встал рядом с ним, глядя на снимок. Это был участок поверхности на внутреннем склоне одного из кратеров Эк Чуаха — волнистые складки грязного светло-бурого льда, местами прикрытые ярко-белым налётом. Больше всего его было сверху, на гребне вала, окружающего кратер. К склону присосалась, погрузив в лёд коленчатые трубы, кислородная станция — большая, трёхсекционная, способная обеспечить десяток поселенцев. Одна из протянутых от неё труб заканчивалась теплоизолированным баком синеватого цвета, вторая шла к холму, лежащему поперёк складок. Если бы не его расположение, он окончательно слился бы с окружающим рельефом, — маскировочная обшивка из фэнрила повторяла ближайшие участки местности.
— Что за дымка? — спросил Гедимин, уловив странную рябь вокруг кислородной станции.
— Газ испаряется. Освещённый участок, температура растёт, — пояснил Хольгер.
— Кому дымка, а кому и атмосфера, — еле слышно хмыкнул Айзек, показав на чёрное небо над краем кратера.
— Все звёзды сразу, — Гедимин покосился на стену купола, за которой его ожидало то же самое небо — разве что светящиеся пятна там были расставлены по-другому.
Картинка сменилась другой — кто-то обошёл замаскированную базу и сделал снимок дна кратера. Оно дымилось, не прикрытое от солнечных лучей тенью гор, и складки льда вокруг него ярко блестели. За дальним валом просматривался ещё один, более высокий, — кратер лежал на краю более древнего и крупного, и, в свою очередь, в его дне виднелась округлая вмятина характерной формы.
— Кратер в кратере в кратере, — хмыкнул Хольгер. — Гедимин, смотри, — это твёрдая углекислота, как на Марсе до терраформирования. Надо показать Линкену, он ещё застал это вживую…
Картинка снова сменилась — кто-то заснял вблизи участок дна, покрытый испаряющейся углекислотой. Под тающей наледью проступали синевато-лиловые разводы, причудливо размытые постоянными перепадами температуры.
— Прямая связь? — Гедимин скользнул взглядом по стыкам стен и обнаружил небольшой лючок с торчащей из него трубкой. Раньше этой детали здесь не было.
— Да, через ретранслятор у портала, — кивнул Айзек. — Очень удобно.
— Исгельт прогнал нас с базы, — усмехнулся Хольгер. — Думаю, побоялся, что Айзек провалится в портал. Отсюда мы слышим Эк Чуах, а они слышат нас… Что? Да, извини за заминку. Спасибо, что показал нам планету. Tzaatesqa!
Он щёлкнул коммутатором и поднялся на ноги. Голограмма погасла.
— Дугал проверяет оборудование. Завтра в четыре — первый прогон. Портал должен открыться напротив системы Плутон-Харон. Дроны Дугала должны будут опознать её. Надеюсь, Исгельт не затянет с передачей!
Он встряхнул головой и, шагнув к Гедимину, схватил его за плечи. Сармат изумлённо мигнул.
— Это великое изобретение, атомщик. А теперь мы научимся им управлять! Сеть порталов Земля-Вендана, тысячи терраформированных планет…
— Погоди, Хольгер, — Айзек осторожно потянул его за руку, отцепляя её от плеча Гедимина. — Ещё неизвестно, что на это скажут венданцы. Может, у них свои планы на эти планеты.
— На Эк Чуахе много воды, — задумчиво сказал Гедимин. — Может быть жидкость подо льдом. Предупреди Дугала — портал открывается как можно выше. Ни в коем случае нельзя цеплять поверхность.