Попаданка. Хозяйка магической академии (СИ)

- Я люблю тебя, Эстер. - Тихо шепнул Рауль на ухо своей любимой женщине. - Скажи, ты выйдешь за меня замуж как можно скорее? Как только король подпишет прошение о разводе, в тот же день, мы обвенчаемся? Я больше не хочу тебя терять. Ни на мгновение, моя любимая Эстер. И мечтаю о том, как мы окажемся в нашей Академии, где-то в уединенном коридоре, где я смогу прижать тебя к стене, и целовать, целовать, до тех пор, пока у тебя голова не пойдет кругом...
- Да, да, конечно, Рауль, - Эстер взяла его лицо в ладони, целуя в губы легко, коротко, не раз, будто не в силах никак насытиться этими поцелуями. - Я люблю тебя! И я хочу не зажиматься по углам академии... - ее глаза лукаво блеснули, ведь Томми и остальные были в стороне, и она могла искренне прошептать Раулю то, что было у нее на уме. - А украсть тебя на долгую первую брачную ночь в свою постель... А может, и на целый медовый месяц?
  
Эпилог
 
И снова Аскен готовился к Новому Году. Я расправила складки платья на животе. Он уже заметно округлился, и я с улыбкой приложила к нему ладонь, крутясь перед зеркалом. Ко мне подбежал Томми, обнимая меня за талию.
– Мама, а ты говорила, что малыш все чувствует, даже пока он у тебя в животике! Ну, что мы его уже любим и ждем! А праздник, праздник ему понравится? – взгляд Томми блестел от предвкушения.
– Обязательно понравится, – тепло улыбнулась я.
– Скорее бы уже он родился! Хочу знать, будет ли у меня братик или сестренка!
– Я тоже, моя радость, – я поцеловала Томми во взъерошенную макушку. – Но вы точно с ним поладите!
Он с улыбкой закивал и побежал к Шуршику. Тот обнаружил завернутые в яркую бумагу подарки на столе и теперь собирался попробовать их на зуб. Я с улыбкой проводила Томми взглядом. Как изменился мой мальчик! Больше не было запуганного птенчика, который дергается от любого резкого движения. Передо мной был счастливый, улыбчивый ребенок. Он с жадностью глотал магическую науку и даже заявил нам с Раулем на днях, что когда вырастет, на пару недель точно поедет погостить к Лео, чтобы тот подучил его премудростям Пауков! У нас отвисли челюсти, но этого стоило ожидать. Томми хотел многое знать и уметь, он горел идеей в будущем не быть книжным червем, изучающим магию в стенах академии, а активно помогать магией людям. Например, уничтожать или отправлять обратно в демонический мир опасных тварей, к чему у него точно был талант. Я старалась не хвататься за сердце при мысли об этом, а Рауль с улыбкой целовал меня в щеку, говоря, что это хорошо, что я воспитала маленького храбреца, которым можно гордиться. И с ним было невозможно не согласиться!
В комнату зашел Рауль, и я отвернулась от зеркала, напоследок поправляя свои завитые локоны.
– Ну, что? Ты готова, моя дорогая? – он поцеловал меня в уголок губ, беря за руку и увлекая к двери. – Считай этот праздник сюрпризом для тебя! Ведь ты не участвовала в организации в отличие от прошлого раза.
– А все из-за того, что кто-то снова отобрал у меня кресло ректора! – шутливо укорила я.
Рауль присел передо мной, чтобы погладить по животу.
– Только до того момента, как малыш родится и подрастет! Потом обещаю вернуть обратно. Если хорошо попросишь, – лукаво шепнул мне Рауль так, чтобы Томми в дальнем конце комнаты не услышал.
Я рассмеялась и отвесила подзатыльник. Рауль ойкнул, рассмеялся, а потом приник губами к моему животу.
– Сейчас самое главное – это наш будущий малыш. Поэтому нагружаться работой тебе никто не даст, моя милая. Даже если нужно будет запереть тебя в комнате. Я попрошу Антонио, он за тобой присмотрит.
О, в этом можно было не сомневаться! К счастью, Антонио оставил попытки заполучить меня. Как только узнал о нашей помолвке с Раулем, он отступил. Зато стал потрясающим другом семьи. Антонио много проводил времени с Томми, учил его тонкостям темной магии и магии Пауков. Конечно, не так углубленно, как мог бы научить Лео, но и этого было немало. Что же насчет ревности меня к Раулю, так она постепенно сошла на нет. Оставалось надеяться, что Антонио скоро найдет ту единственную, с которой у него все сложится.
 
Томми подхватил на руки Шуршика, и мы пошли к остальным. Мой сын был просто неразлучен со своим фамильяром, и в академии уже все к нему привыкли. Даже перестали шарахаться все, включая Эстемана, который поначалу смотрел на демоническую зверятину огромными перепуганными глазищами при каждой встрече.
В зале уже сверкала и переливалась золотыми распустившимися цветами эльфийская елка. В этом году ее никто не ронял! Подносы со сладостями парили прямо в воздухе – это была новая магическая фишка. А чтобы не оставлять без работы Фыра и прочих ушастых-хвостатых, они разносили закуски посытнее вроде канапешек с сыром, копченостями и морепродуктами, а также напитки: соки, эльфийские цветочные нектары и вкуснейший лимонад.
Я скользнула взглядом по ученикам. Среди тех, кто постарше, стояли Эдвард и Рик, болтая между собой. В последнее время они стали настоящими друзьями! Эдвард тренировал Рика, подтаскивая по фехтованию и боевой магии. Хотя иногда так усердно, что мне казалось, что этот паршивец все же мстит за старые обиды. А Рик помогал Эдварду с историей и прочей «книжной пылью», как презрительно именовал это последний. Кому, как ни наследнику древнего рода, пусть и обедневшего, идеально знать все ветви древних аристократических древ? Меня радовало, что мальчишки наконец сумели поладить. Они заметно повзрослели. И сейчас, в черных с блестящими узорами костюмах, казались уже без пары лет молодыми мужчинами. Теми, кто больше не размениваются на пустые детские споры и пакости, а уже скоро найдут свой путь в жизни и каких-нибудь красавиц, с которыми создадут семьи.
Тем временем заиграла музыка, и Рауль пригласил меня танцевать. Я с радостью позволила закружить меня в медленном танце.
– Видишь, сколько здесь новых лиц? – сказал Рауль. – У детей из бедных семей теперь больше шансов попасть в Аскен. А все благодаря твоим идеям и тому, сколько труда ты вложила в академию.
– Но ты продолжил мое дело, пока я временно отдыхаю, – улыбнулась я, взъерошивая его светлую челку. – Все-таки из тебя хороший ректор, дорогой.
– А муж? – с нахальной улыбкой вздернул нос Рауль.
– А муж самый лучший и любимый! – рассмеялась я.
Рауль с веселым смехом закружил меня по залу. А потом мы остановились недалеко от елки, и золотые отблески заплясали на наших лицах.
– Рад слышать… потому что ты достойна самого лучшего, – сказал Рауль, понизив голос. – Я люблю тебя, моя Эстер.