Восхождение лорда Темпера (СИ)

Договорить я не успел. Всю остальную дорогу меня тащил Оберин, мгновенно набравший первую космическую скорость, подгоняя нашего маленького проводника своим кинжалом, обещая в случае промедления утолить свой сексуальный голод на нем.
***
(прим. автора в дальнейшем все разговоры на валирийском, не важно какого диалекта, будут выделены курсивом, дотракийском – жирным, иббенийском – подчеркнуты, а итийском – другим шрифтом)
- Итак, господин Атракес. Свою часть сделки я выполнил. Осталось лишь показать товар на всеобщей ярмарке и отыграть представление со стороны триарха. – Говорил я, потягивая Балерионовское – вино нежного желтоватого цвета, производимое только на Апельсиновом береге, знаменитой на весь Волантис винодельней и названной в честь главного бога в валирийском пантеоне, и получая кайф от трех экзотических красоток, которые нагишом массировали мне плечи, за время плавания ставшие каменными. Недалеко, буквально за соседней дверью, уже полчаса слышались визги, крики и шлепки нескольких переплетённых в экстазе тел. Принц Дорна дорвался до сладкого.
Находились мы на одной из старейших улиц города, где и расположилось заведение моего покровителя. Бордель “Красота Валирии” был одним из трех элитных и дорогих домов подушек Волантиса, чья слава годами бушевала на просторах всех портов Вестеросса и Эссоса. По рассказам староместских моряков этот большой мраморный дом содержит внутри себя сотни красоток, чья внешность и умения не уступают любовницам самого Эйгона IV "Недостойного" Таргариена, чьи вкусы уже полтора века считаются эталоном красоты среди женщин. Три этажа самых искусных любовниц Южного Эссоса, за одну ночь с которыми нужно платить полновесным золотом… Все же бордели очень выгодный бизнес.
- Вы полностью оправдали мое доверие, господин Феликс. Признаться, я не ожидал, что у вас получиться это сделать. Многие контрабандисты клялись всеми богами, которых знали, что достанут мне такого редкого зверя, но просто не возвращались. А вы не просто вернулись живой и целый, но и привезли такой интересный экземпляр. Чем же вы пожертвовали ради такого? Надеюсь не собственной задницей? – Мой собеседник, по форме тела больше напоминавший один большой шмат сала, чем человека, весело рассмеялся своей незамысловатой шутке, поддержанной всеми присутствующими жрицами любви и мной. Я прекрасно понимал, что как бы глупо не выглядел валяющейся на стоящем передо мной диване разумный, недооценивать его нельзя.
«А злить тем более». – Подумал я, отбивая очередную попытку одной из местных проституток залезть мне штаны. Рано. Переговоры еще не закончились.
С Атракесом Белроем, одним из самых богатых дельцов Волантиса и близким другом и помощником триарха Алькаро Левака, я случайно познакомился в Староместе год назад. Уже тогда я был известен в гавани как человек, знающий большинство диалектов валирийского языка и свободно на них разговаривающий. Сам Белрой, приехавший тогда в город лично, по своим торговым делам, оказался в не самой простой ситуации – его переводчик с валирийского на андалос напился за день до переговоров и захлебнулся в собственной блевотине в городской канаве.
Переводчики в этом мире вещь штучная и очень дорогая. Да, большинство вестероских дворян изучают валирийский как местную латынь – язык благородных и интеллигентных вельмож, а многие эссоские купцы изучают андалос для ведения дел в Закатных королевствах, но всегда есть одно большое НО. Первых попросить не получится – примут за оскорбление и вызовут на поединок на смерть, а вторых… какой купец будет приглашать конкурентов на свою сделку в роли посредника? Только полный идиот. Так что я оказался единственным человеком, который мог хоть как-то помочь в той ситуации.
Переговоры Алькаро вел с Староместкой гильдией купцов на поставку в местные бордели партии рабынь из Юнкая. Так-то в Вестеросе запрещено рабство, но по факту… законодательно большинство крестьян не отличаются по своим правам от рабов, за исключением того что их нельзя просто так бить и убивать. А на счет рабынь-проституток из Юнкая… а какие перспективы у девушек, с малого возраста обученных только “пути семи вздохов и шестнадцати поз удовольствия”, не знающих местного языка и ничего не умеющих. Ответ прост – никаких. По закону свободные люди, а по факту все те же рабыни.
 
«Слава всем богам что, таких как они мало» – Подумал я, вспоминая потухшие глаза той четырнадцатилетней девушки, которая почти все время переговоров провела, смотря в пол и боясь даже лишний раз пошевелиться. – «Все же каждая такая рабыня стоила почти сорок драконов, а это слишком большие деньги за работницу этой профессии, которая в Вестеросе получает максимум 5-6 серебряников за раз».
Переговоры прошли успешно и мне даже удалось намекнуть Алькаро что Гильдия пыталась его обмануть, завысив существующий “налог на подушки” или на владения проститутками. За что позже очень сильно поплатились, лишившись половины филиалов в южном Эссосе. Недооценили они этого человека с четвертой степенью ожирения, короткими платиновыми волосами и фиолетовыми глазами-бусинками. Очень непривычное сочетание валирийской природной красоты и тела жирного борова рождало очень странную для восприятия картину, подсознательно занижая интеллектуальные способности купца в глазах собеседника. За помощь меня отблагодарили 15-тью золотыми валарами и несколькими будущими заказами на помощь переводчика от заезжих волантийцев, пополнивших количество моих полезных знакомств.
Только благодаря его покровительству и связям моя задумка стала возможной. По логике я смог бы разбогатеть даже без этой авантюры. Статистика такова - в Вестеросе на 100 крестьян приходится всего один сухопутный торговец. И всего на 100 таких торговцев найдется хоть один морской. Слишком уж не постоянно море, дороги корабли и обеспечение их команд, опасны и пугающие дальние страны и редки хорошие навигаторы, способные выводить суда в опасных водах Узкого и Нефритовых морей. Но покровительство Алькаро даст мне доступ на рынки почти всего южного Эссоса. Так что нужное состояние я наберу гораздо больше, хоть и придётся какую-то часть отдавать Белрою.
- К сожалению, нет, господин. – Сказал я, притворно погрустнев и отпив еще немного вина. – Слишком уж мой зад для них мускулистый. Побоялись, что я им хрен в середине процесса раздавлю.
- Уха-ха-ха-ха-ха… – Последовавший вслед за этим ржач, а смехом это назвать язык не поворачивался, всех присутствующих ясно показал, что шутка зашла на ура. Все же в этом мире хоть какое-то подобие этикета пока появилось только в среде Вестероских лордов, и то соблюдаемый только самыми воспитанными благородными и их дамами. В Вольных городах, где большинство вчерашних необразованных и грязных бедняков сегодня уже владеют несметными богатствами, хоть на какое то культурное поведение рассчитывать сложно. Так что портовые шуточки тут даже в высшем свете примут с распростертыми объятиями, от души посмеявшись и не обидевшись.
Как следует отсмеявшись и влив в себя еще одну порцию вина, Алькаро наконец вернулся к нашему разговору:
- Как вы смогли достать этого зверя не моё дело. Главное выполните оставшуюся часть сделки. По вашим словам вы сможете сделать так чтобы об этом монстре через неделю говорил весь город. – Сказал он, тут же вернув себе серьёзный настрой и уставившись на меня своим самым серьезным взглядом. Почти проняло. – Изначально я не верил что вы хотя бы первую часть своего обещания сдержите, но пока вы не дали мне поводов в вас разочаровываться. Ваша финальная награда зависит от фурора, вызванного передачей зверя триарху. В лучшем случае я одарю вас золотом равным вашему весу, сверху добавив рыночную цену монстра. Но... если ничего не получится вы потеряете всё. В том числе и свою жизнь.
На последних словах всё ложное впечатление о нем, как о милом и не опасном колобке, исчезло сразу. Передо мной сидел - правая рука одного из сильнейших слонов Волантиса, уже 5 лет сидящего на месте триарха, и считающегося богатейшим человеком в этом городе. Махнув рукой, не давая сказать мне хоть слово, он, опираясь на подошедших рабынь, ушёл, оставив последнее слово за собой.