Восхождение лорда Темпера (СИ)

— Как минимум год. — Ответил я, задумчиво пожав плечами. — Припасов у Баратеона, Старка хватит еще месяцев на 6-8, у короны всего на два, а после в их армиях наступит голод.
— Слишком долго. — Сжав рукоять, прошипел волантиец, чье лицо стало еще более хмурым. — Эта драконья шлюха будет у наших ворот через 2-3 месяца. Нам нужны солдаты, лорд, и срочно.
— Пока не закончится война, ни одна из сторон ни за что не отправит вам людей. — Сказал я, краем глаза смотря на до сих пор молчавших представителей Мира и Пентоса.
Ситуация складывалась интересная. Пару дней назад ко мне в город прибыла делегация от пяти южных городов — Волантиса, Мира, Тироша, Лиса и Пентоса. Не сказать что это было каким-то из ряда вон происходящим событием — олигархия всех этих Вольных городов, даже не смотря на их постоянные розни и войны, была по сути одним единым обществом, связанным друг с другом поколениями династических браков и настолько глубокими торговыми соглашениями, что иногда с трудом было определить где кончались интересы одной семьи и начинались другой. Но сейчас, когда Пентос стал, по факту, вассалом Браавоса, Три Сестры начали копить солдат и наемников ради очередной войны за Спорные земли, а Волантис стоял на пороге гражданской войны между торговой аристократией и жрецами Р’глора, чтобы собрать их всех в один союз требовалась очень веская причина.
И она была.
Дейнерис Таргариен.
Уже прошло почти два месяца с тех пор как Мать Драконов захватила последний город в Заливе Работорговцев. Миэрин пал, дав ей в руки практически все богатства, полученные гискарцами на работорговле за последние несколько веков, и кучу проблем с местными семьями, решившими не мытьем, так катанием, через интриги, шантаж и партизанщину, выгнать наглую захватчицу из своих владений. Шансы у них были – у Таргариен прекрасная и дисциплинированная армия, которую вели опытные полководцы. Но специалистов наподобии Вариса или Тириона, умеющих работать с такими серпентариями, как семьи Великих Господ, у нее не было.
До недавнего времени.
Не знаю, получилось ли это у них в оригинальной истории Мартина, но в этой Золотой отряд, вместе с воскресшим «Эйгоном» Тарагриеном из Волантиса отправился в Миэрин. И если верить последним донесениям разведки, сразу после его прибытия волнения в городе очень быстро пошли на спад.
За это наверняка можно сказать спасибо нынешнему капитану Золотых Мечей — Гарри Стрикленду с очень говорящим прозвищем Бездомный. Как докладывал Горис, нынешний казначей и мой шпион в стане наемников, Стрикленд хоть и носит титул рыцаря, больше беспокоится за золото в своих карманах, чем за свою честь и больше любит работать пером, чем мечом. Если двумя словами — кабинетная крыса, лишь хитростью и подкупом ставшая главой отряда.
И этой самой хитростью (и как я подозреваю присущей всем наемникам жестокостью) он и подавил Великие семьи, быстро понявшими что лучше сотрудничать с Матерью Драконов и Безупречными, которые не убивают, не насилуют и в открытую их не грабят, в отличии от андальских варваров, с которыми гораздо труднее вести диалог.
Поэтому было лишь вопросом времени, когда последние Таргариены договорятся между собой, а Толос и Элирия прогнутся и предоставят необходимые корабли для дальнейшего путешествия Дейнерис.
И куда Мать Драконов отправится дальше ни у кого сомнений не возникало — слишком часто эта молодая, по факту, девочка говорила о своем стремлении разбить оковы и избавить людей от рабского гнета, сильно напрягая рабовладельческие города юга.
Сам Волантис, даже не смотря на помощь из Волон Териса, Валисара и Селориса понимал что в одиночку не выстоит. Десяти тысячам Золотых Мечей, 13 тысячам Безупречным, 4 тысячам наемникам из других отрядов, бессчетному числу новобранцев, набранных из бывших рабов, почти 30 боевым слонам и трем уже хорошенько подросшим драконам они могли противопоставить максимум тысяч пятнадцать, из которых 10 были городским ополчением, которое в штаны нагадит при одном виде слона, не то что дракона.
 
Добавим еще и активизировавшихся Красных жрецов, по какой-то причине тайно поддерживающих королеву и получим условия при которых и партия торговцев-слонов, и партия военных-тигров мигом запихала все свои разногласия куда подальше и быстро начала сколачивать коалицию против Дейнерис.
Но и тут все пошло по одному месту — Пентос, хоть и присоединился к союзу, был мало того что не един (существовала целая партия во главе с магистром Иллирио Мопатисом, желавших решить проблему миром), так еще и постоянно одергивался Браавосом, который ради поддержания старинного реноме «Главный противник рабства» даже пошел на жертвы, разорвав несколько торговых договоров с остальными Вольными городами.
Мир, Лис и Тирош хоть и зарыли топор войны тоже мало чем могли помочь. В назревающей недавно войне Мир планировал победить именно за счет Золотых Мечей и не нанимал больше наемных отрядов, а Лис и Тирош были островными городами-государствами и мало чем могли помочь Волантису в случае осады.
«Ведь корабли по земле не плавают» — Подумал я, еще раз оглядев прибывших послов. Сегодня они прибыли сюда именно за моей армией, часть которой в лице Железностопов недавно заглянула в Лис пополнить запас воды и припасов и скоро двинется сюда, в Осгилиат, и узнать о возможности нанять армию Железного трона, как это было во времена Войны Девятигрошевых королей.
— И что же вы нам предлагаете? — Спросил у меня лисниец, раздраженно хлебнув вина из кубка. — Сдаться и открыть ворота этой шлюхе? Да наши предки из склепов поднимутся и своими руками нас задушат за такое святотатство.
— Согласен. — Кивнул представитель Пентоса. — Отмена рабства и приход к власти этой бестии оставит всю торговлю в Летнем море. Корабли и товары будут гнить в портах, а зерно плесневеть в амбарах. Мы все без штанов останемся, если позволим ей творить что вздумается.
— Верно.
— Так и есть.
— Бесспорно. — Соглашались они, постоянно кивая и смотря на меня краем глаза, ожидая моей реакции.
«Эх, и за что мне все это?» — Устало подумал я, еще раз оценивая уже принятое до собрания решение. — И что же вы предлагаете, господа?
— Наше предложение просто. — Сказал посланец Волантиса, который был официальным главой делегации. — Мы готовы заплатить за каждого выставленного против этой шлюхи воина десять золотых онеров и отдать половину всех трофеев.
Не заметив в моих глазах особого воодушевления, он слегка прокашлялся и продолжил.
— Также в каждом из пяти городов мы готовы выдать вам по десять акров земли в портовых кварталах и ряд производств, полный список которых перечислен здесь. — Достав из рукава небольшой свиток, развернув который я внимательно начал вчитывается в ровные столбики цифр и названий, написанных убористым мелким потчерком.
5 кожевенных мастерских в районе Арбо 
3 красильных цеха в районе Сиуре 
7 ткацких мануфактур в районе Малак 
Цех по изготовлению мирийских труб в Алюе 
27 и 28 пристань в районе Сарно 
6 сыроварен в районе Маслен 
5 винокурен в районе Драмбуи 
Внимательно читая каждую строчку и вспоминая названия каждого их районов, я все больше сильнее убеждался в правоте своего изначального решения.
«Вот гады ползучие. Даже на пороге гибели пытаются обмануть» — Мысленно усмехнулся я, откладывая свиток на ближайший столик.
Во-первых предложенные 10 золотых онеров (или 5 драконов) за каждого моего воина были расценкой за средней паршивости наемника, из таких отрядов как Вторые сыновья и Вороны-Буревесники. Робин когда заключает контракт от лица Железностопов всегда начинает торги с 50 онеров, никогда не опускаясь ниже 30. Так что при условии что воевать придется с лучшим наемным отрядом Эссоса и Безупречными цена становится еще оскорбительней.
А во вторых в предложенном списке лишь несколько пунктов были хорошими. Так например район Арбо, где мне предлагались 5 кожевенных мастерских, в Селорисе недавно выгорел и эти производства остались только на бумаге. Мануфактуры в Малаке, большом ткацком районе Морана, маленького города-сателлита Мира, были недавно разорены малым дотракийским каласаром и единственное что там осталось — подгорелые остовы зданий. Лисийские пристани в Сарно были еще два года назад разрушены штормом, алюйские трубы считались худшими из всех производимых, а масленские сыроварни принадлежали недавно разорившемуся древнему роду Марксов, которые скорее их с землей сравняют, чем отдадут мне.